Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

absynthe

Выбери женщину: Какие книги хочется тут обсуждать и рецензировать

Сообщество создано, чтобы женщины могли тут обсуждать книги, написанные женщинами, с феминистских позиций в рамках принципа "выбери женщину", чтобы начать разбавлять свои книжные полки, заставленные мужскими книгами, книгами женщин. Это женское пространство и мужчины в сообщество не принимаются. (Удалять тех, кто принят по ошибке, я, конечно, не буду, но общий принцип от этого не меняется).

Помимо серьезных книг, написанных сознательными феминистками, феминистской критики патриархата, книг по психологии для повышения самосознания и вычищения сексистской парадигмы из своего сознания, хочется обсуждать и жанры "полегче" - детективы, фантастику, триллеры и пр., написанные женщинами, где много персонажей женщин.

Очень интересна художественная литература, описывающая мир и жизнь глазами женщин, через переживание женского опыта.

Интересны автобиографии и мемуары сильных и успешных женщин, даже если они не считали/не считают себя феминистками и местами транслирует сексистское гуано.

Впрочем, истории про тяжелые судьбы жертв патриархата интересны не менее историй успеха.

Не менее интересны хорошие детские книги, написанные женщинами, чтобы знать, какой книгой меньше засоришь мозг ребенка.

Вообще выбор книги для рецензий - на усмотрение читательниц - если что-то вам показалось стоящим, то оно с большой долей вероятности может показаться стоящим другим женщинам.

Сообщество модерируют: felix_mencat, maiorova, lada_ladushka, freya_victoria, roveindusk.
В случае конфликтов или вопросов, касающихся правил, обращайтесь к модераторкам.

АПД. Виртуальный книжный клуб.Collapse )

АПД. 2 - Стандартизированное оформение постов с рецензиями Collapse )

АПД. 3 - СПИСОК КНИГ МЕСЯЦА Книжного Клуба за все месяцы - http://fem-books.livejournal.com/102658.html

АПД.4 - ПОИСК ПО ТЕГАМ - - http://fem-books.livejournal.com/tag/

АПД. 5 - очень полезная статья о женской литературе и о феминистской лит. критике, Ирины Жеребкиной: http://fem-books.livejournal.com/269691.html?view=2209915#t2209915

АПД. 6 - ПРАВИЛА СООБЩЕСТВА: http://fem-books.livejournal.com/278879.html

АПД. 7 - "Зеркало" сообщества регулярно копируется на dreamwidth, под тем же названием.
Кроме того, 29 октября 2014 года родился новый сайт книжного сообщества - https://fembooks.wordpress.com/

АПД. 8 - "Как подавить женское писательство" Джоанна Расс - http://fem-books.livejournal.com/533224.html

АПД. 9 - "Попробуйте один год не читать книги, написанные белыми гетеросексуальными цисгендерными мужчинами" - http://fem-books.livejournal.com/710524.html

АПД. 10 - "Энциклопедия для девочек: как менялась главная героиня романа воспитания в XX веке" - лекция Александры Шадриной - http://fem-books.livejournal.com/1076178.html
кот

Шорт-лист международного Букера 2021 года

Краткий список всем известной премии составляют шесть книг, шесть имён, и женских имён из них всего три: это датчанка Ольга Равн [Olga Ravn] с антиутопией, точнее, дистопией «Служащие» [Mit arbejde]



аргентинка Мариана Энрикес [Mariana Enríquez] со сборником рассказов «О том, как опасно курить в постели» [Los peligros de fumar en la cama/The Dangers of Smoking in Bed]



и россиянка Мария Степанова с романом романсом «Памяти памяти»



Впервые российское произведение в шорт-листе. Будем ждать развития событий.
кот

В день рождения Беллы Ахмадулиной

Бог

За то, что девочка Настасья
добро чужое стерегла,
босая бегала в ненастье
за водкою для старика, —

ей полагался бог красивый
в чертоге, солнцем залитом,
щеголеватый, справедливый,
в старинном платье золотом.

Но посреди хмельной икоты,
среди убожества всего
две почерневшие иконы
не походили на него.

За это вдруг расцвел цикорий,
порозовели жемчуга,
и раздалось, как хор церковный,
простое имя жениха.

Он разом вырос у забора,
поднес ей жёлтый медальон
и так вполне сошел за бога
в своем величье молодом.

И в сердце было свято-свято
от той гармошки гулевой,
от вин, от сладкогласья свата
и от рубашки голубой.

А он уже глядел обманно,
платочек газовый снимал
и у соседнего амбара
ей плечи слабые сминал...

А Настя волос причесала,
взяла платок за два конца,
а Настя пела, причитала,
держала руки у лица.

«Ах, что со мной ты понаделал,
какой беды понатворил!
Зачем ты в прошлый понедельник
мне белый розан подарил?

Ах, верба, верба, моя верба,
не вянь ты, верба, погоди!
Куда девалась моя вера —
остался крестик на груди».

А дождик солнышком сменялся,
и не случалось ничего,
и бог над девочкой смеялся,
и вовсе не было его.


Королева Маб.
Монолог Меркуцио

(Из цикла «Ромео и Джульетта. Поэтическое изложение сцен симфонии Гектора Берлиоза по трагедии Уильяма Шекспира»)

Меркуцио, пока ты не испил
Хмель бытия, раскинув ум, как сети
Для простаков, пока тебе Шекспир
Паясничать велит пред ликом смерти,
Суди-ряди про королеву Маб!
Хвали её причуды и проказы!
В кошечий март и соловьиный май
Всех девственниц, которые прекрасны,
Чужды страстям, привержены к сластям,
С улыбкой королева Маб прощает,
Нашепчет вздор, забыв про стыд и срам,
И лбы их непорочные прыщавит.
Их сон невинный в предрассветный час
Из грёз слагает образ кавалера,
Но неизбежность их грядущих чад
К ним тяжко примеряет королева.
Коль вдруг: «апчхи!» - и падают очки
Со лба того, кто денди слыл дотоле, —
То королев Маб — дитя, учти, —
В его ноздре летит на фаэтоне.
Маб, как известно, повитуха фей.
Фей, как известно, искушает эхо.
Ах, страх! И – ах! В руках у Маб – трофей,
И к прочим эльфам мы прибавим эльфа.
Если вельможа, чей высокий сан –
Над нами, как звезда над звездочетом,
Худеет, предаётся странным снам,
Гнушается богатством и почетом,
Знай: королева Маб над ним в ночи
Стихи шептала, музыкой гремела,
И он ей внял.
— Меркуцио, молчи,
Ты пустомеля. [То слова Ромео]
И впрямь молчи, задира, коновод,
Шутник убитый и шалун бессмертный.
Умы глупцов столетья напролет
Напрасно ты дразнил твоей беседой.
А я! Вдруг спросят: белый лист вам мал,
Что вы сюда явились? Бог и люди,
Все это — козни королевы Маб,
Маб – королевы выдумки и плутни.



10 апреля 1937 года - 29 ноября 2010 года
кот

Хелена Синерво

* * *

это моё тело,
берите и ешьте,
это моя шапка,
берите и
нахлобучивайте на голову
и бросайте на вешалку,
это мой дом,
берите и живите
и ломайте,
это моя дорога,
берите и шагайте,
расставайтесь и возвращайтесь,
это моё повторение,
берите и повторяйте,
это моё это,
берите это это
и жуйте и глотайте
и плюйте
и эткайте


Этим стихотворением из дебютного сборника «К нечитанным» [Lukemattomiin] 1994 года хочется начать разговор о финской поэтессе Кирсти Хелене Синерво [Kirsti Helena Sinervo], знаменитой в Суоми и до обидного малоизвестной на постсоветском пространстве. Подборка её стихов в переводе Элеоноры Иоффе публиковалась в журнале «Иностранная литература» (2009, №9) и в антологии современной женской поэзии Финляндии «Голос женщины» [Издательство Пушкинского фонда, 2017]. Сегодня Хелене Синерво исполняется шестьдесят лет.



Родилась поэтесса в городе Тампере, первое стихотворение она сочинила в трёхлетнем возрасте, но, сначала выбрала музыку. Только в 1984 году, закончив консерваторию по классу фортепиано и начав преподавать, Хелена Синерво, по собственному признанию, заметила, что бываю сама собой, только когда пишу... Музыка, в особенности близкая мне классическая традиция, начала казаться слишком абстрактной. Обучение детей из микрорайона высокой культуре несло в себе и некий социальный конфликт. К тому же после переезда в Хельсинки у меня не было средств на столь просторное жильё, где, кроме рояля, помещалась бы кровать. Был ли приход от клавиш к перу вынужденным или естественным — из этого ироничного мемуара не вполне понятно, но классические гармонии несомненно повлияла на поэзию Синерво:

* * *

Кто там, снам идя вослед, заплутал в лесу огня?
Кто, в пещере заключён, плачет золотыми пулями?
Кто безголовым бежит по черному проулку, кто безруким?
Чей корабль кровью гружён, чей парус из крови соткан?
Чьё там сердце, как откроешь — только горсточка песка?
Чей там глаз размолотый пепельницу наполняет?
Чья там птица однокрылая до луны взлетает?
Кто во рту ребёнка носит, зубы чьи осеменяют?
Кто там руку поджигает, говоря: «Я — свет»?
Чьим же снам идя вослед, заплутал в лесу огонь?

[Из сборника «Синяя Англия» [Sininen Anglia], 1996]

Урбанистическая рунопевица, Синерво смело сочетает мотивы рун Калевалы с подчёркнуто бытовым, повседневным, ироничным. Тема родной природы, в финской поэзии особенно значимая, у неё неизменно сочетается с темой души и смерти:

Полёвка

Только теперь у меня есть время ответить, прости эту задержку.
Сын отнял пенсию и уехал в Таллинн,
не волнуйся – я обойдусь, в жестяной коробке под камнем
спит скрученная купюра, словно павший бумажный солдатик.
Когда сын ушёл, я пробралась сюда, к тайнику, и смотрела,
как из-под утренних теней появилась мышка-полёвка
и понеслась с ужасной скоростью по льду.
Маленький бескрылый самолётик на взлётной полосе:
что было поделать – ветер
дул в направлении проруби.

Collapse )

[Из сборника «Человекоподобный» [Ihmisen kaltanen], 2000]

Наиболее известным прозаическим произведением Хелены Синерво стал первый роман «Дом поэтессы» [Runoilijan talossa], вышедший в 2004 году. Он посвящён судьбе Ээвы-Лийсы Маннер, одной из крупнейших послевоенных поэтесс-модернисток. «Дом поэтессы» получил национальную премию «Финляндия», по его мотивам существует театральная пьеса и радиопостановка. «Подёнка с Артиллерийской улицы» [Tykistönkadun päiväperho], саркастическая история учёной и матери семейства, решившей превратить свою жизнь в некий арт-проект, не получила такого же широкого признания, пишут, что это проза не для всех, а вот третий роман, «Армонранта» [Armonranta], вызвал интерес и у публики, и у самых требовательных критиков. В местечке Армонранта останавливается семейная пара, Хелена и Хета. Да-да, две женщины, и они семья. Хета местает стать матерью, проходит курс лечения от бесплодия. Хелена вся в сомнениях, она и отвергнуть опыт родительства не готова, и трудно принять, что физиологически ребёнок будет не твой и любимой женщины, а любимой женщины и анонимного донора, третьего лишнего... Отец Хелены, больной старик, готовится к смерти. Он передал единственной дочери портфель с протоколами послевоенных судебных заседаний и перепиской, из которой начинает складываться любопытная и жуткая семейная история. Неизвестно, насколько автобиографична «Армонранта», но в тексте используется реальный дневник деда поэтессы, участника Первой мировой войны, и дневниковые записи её отца.

* * *

Я собиралась под Рождество поехать
праздновать день рожденья отца,
но брат крутанул на машине вольт
и упал на обочину вниз головой,
вертя колёсами во все стороны света.

Собака улизнула в окно,
и мы больше не вспоминали дитя в яслях,
первый младенческий крик,
вопль, сметающий нелады
с лиц святого семейства.

Отец повидал три войны, так много
смертей, что подсчёт покойников
стал сложеньем в бинарном потоке:
пока вычислишь одного,
другой уже равен нулю.

Опьянел ли он оттого,
что пришлось увидеть и это,
положить рядом с гробом лилии,
удивляясь своему бытию,
когда сын перестал дышать?

Может, песня навевала сон,
облекая звуками смерть,
унимая, как шалуна,
что, прежде чем ляжет спать,
балуется напоследок?

Не знаю. Не смею спросить.
Но слышала отца, поющего в церкви,
над рыданиями и охрипшими голосами
резонируя всем девяностооднолетним существом:
прекрасно странствие души в дальний край.

(Из сборника «Расчётная книга» [Tilikirja], 2005)

Стихи Хелены Синерво переведены более чем на двадцать языков. Сама она тоже известная переводчица, особенно с французского: Стефан Малларме, Морис Бланшо, Ив Бонфуа зазвучали по-фински благодаря её труду. Также Синерво переводила с английского свою любимую поэтессу Элизабет Бишоп, а с шведского Агнету Энкелль, которая, в свою очередь, переводит её на шведский.

* * *
Платон и Аристотель искали знаний
в полотне собственной туники,
в недрах которой никогда не чесались
укусы комаров Финляндии, иной зуд
подстрекал их спрашивать:

куда мы отплываем, умирая?
Откуда мне знать, что я не мотылёк,
грезящий, что он человек?
Откуда берутся слова и как они
соотносятся с бытием и предметами?

Collapse )

(Из сборника «Песни неправильного жанра» [Väärän lajin laulut], 2010)

Все стихи в переводе Элеоноры Иоффе.
кот

«Дэйзи Джонс и «The Six»»: как не надо писать о вопросах феминизма

На самом деле новый роман Тейлор Дженкинс Рид [Taylor Jenkins Reid] совсем неплох. Заметно, что писательница из Лос-Анджелеса горячо любит семидесятые, о которых пишет, и в рок-культуре видит не только брюки клёш и разбитые об пол электрогитары. Необычна и форма подачи: mockumentary, псевдодокументальное повествование о никогда не существовавшей музыкальной группе, тем не менее вписавшейся в настоящую рок-сцену, как гоночная машина в поворот. Если бы Дэйзи Джонс и «The Six» не существовало, их следовало бы выдумать. Другое дело, что все попытки исследования столь непростого феномена разбиваются об одно имя, и имя это — Мэри Сью.



Ибо кем, как не Мери Сью, является главная героиня? И броская красота, и мощный великолепный голос без единого занятия по вокалу, и баснословно богатая артистическая семья, и ярко-рыжие волосы, и изящная фигура без грамма лишнего веса, и острый интеллект, и естественная раскованность на эстраде, и самое главное — всё от природы, без усилия, без ухищрения. Чувство было, что читаешь какой-то фанфикшен. Опереточный злодей-итальянец, навязавшийся нашей диве в мужья, только усиливает сложившееся впечатление.

Шестеро из ларца, одинаковых с лица. Солист Билли, соперник итальянца, немного посложнее. Несколько пересаливает лицом. Его младший брат Грэм немного попроще, вечный второй зайчик в пятом ряду. Им противостоит конфликтный Эдди, который на самом деле никакой не конфликтный, просто писательница взяла и решила, что должен же быть конфликт. И он будет. Вот, например, с Эдди. Кровь из носу. Басиста вообще забыли, как Фирса в заколоченном доме, ему досталась всего одна реплика под занавес. Несколько более индивидуализированы ударник Уоррен Родс — наигранно разбитной, этакий весельчак-добряк себе на уме и в свою пользу и, конечно, клавишница. Забавный штрих: когда братцы-рокеры проводили прослушивание, не расслышали её фамилию и записали два имени подряд, Карен Карен. Так она с тех пор и выступает бесфамильная. Символично.

Collapse )
кот

Мона Авад: про заек и людей

Канадская романистка Мона Авад [Mona Awad] родилась в Монреале, выросла в Миссисоге, штат [Upd.: провинции, провинции, провинции!] Онтарио, училась в Нью-Йорке и Эдинбурге, докторскую диссертацию защитила в Денвере. За свою первую книгу «Тринадцать способов взглянуть на толстую девочку» [13 Ways of Looking at a Fat Girl] она в 2016 году получила канадскую премию за лучший дебют, которую до неё вручали, например, Джоан Барфут, Элеанор Каттон, Мадлен Тьен. В «Тринадцати способах» отразились отроческие переживания самой Авад и её попытки привести образ своего тела в соответствие с требованиями идеала. Обсуждались и методы Моны Авад, например, специально составленные для каждой главы плейлисты, помогающие проникнуться настроением эпизода. Для следующего романа, «Зайка» [Bunny] тоже был составлен плейлист, и его по ссылке даже можно послушать: http://www.largeheartedboy.com/blog/archive/2019/07/mona_awads_play.html .



Итак, в центре нашего повествования молодая студентка по имени Саманта Маккей. Филологический факультет престижного университета, мастерская прозы под руководством талантливейшей преподавательницы — иные бы душу продали, а наша героиня бродит под сенью академических рощ, дуясь, горюя и проклиная весь мир. Есть с чего: её мать умерла от тяжёлой болезни, а отец ввязался в какую-то финансовую авантюру и пропал. Большинство избегает девушки, некоторые пытаются поддержать. Однако в роль облагодетельствованной сиротки мисс Маккей отнюдь не желает вживаться и тихо ненавидит всех, кто хочет ей помочь. Ближайшая подруга Ава словно бы и не замечает, насколько любимой «Хмурочке» пришлось туго, и это, наверное, наилучшая стратегия: в конечном итоге только с Авой Саманта и в состоянии общаться. Особенную, нутряную ненависть у них обеих вызывают Зайки,Collapse )Продолжает ли работать неуёмная фантазия Саманты или скучная действительность вступает в свои права — не имеет значения. Важно, что студентка доказала, как Бодлер — она способна создавать прекрасное, она не ниже тех, кого презирает. Для Заек нет победы, как нет возможности отметить себя в пространстве идей. Художественное бессилие как метафора небытия, социальной никчёмности, которую не замажешь помадой, не прикроешь радужным шёлком с коронованными котятами, не обыграешь маленькими пони, не засюсюкаешь и не засмеёшь. Мне жаль Заек, я хотела бы, чтоб хоть в финале за них заступились. Саманта и её создательница к Зайкам беспощадны.
dirty

дневник С.А. Толстой: дело Крейцеровой сонаты

Этот пост — не о "Крейцеровой сонате" Льва нашего-всего-Николаевича Толстого, которая, разумеется, не относится к книгам, рекомендуемым для ЦА этого сообщества. Это один из постов серии, где я рекомендую дневник Софьи Андреевны Толстой и немножко показываю, что интересного и важного можно из него узнать. Поскольку никому из нас, скорее всего, не удастся пройти в жизни мимо "Крейцеровой сонаты" так или иначе, очень полезно знать, что на самом деле стояло за ней и что нам теперь со всем этим делать.

(оригинальный пост в моем блоге)

*



“Крейцерова соната” была написана в 1887—1889 годах.

К тому времени Лев Николаевич уже основательно поехал крышей на почве косьбы сена, штопания сапогов и прочей нестяжательности и благодетельности и решил отказаться от всяческой собственности. Софья Андреевна, имея на руках выводок из 9 детей (последние из которых были еще малышами, хотя старшие уже были совершеннолетними и, соответственно, нуждались в имуществе уже здесь и сейчас), приходит в ужас и решительно отказывает своему господину и повелителю в этой маленькой причуде. Она не за себя лично радеет, а за детей, искренне не понимая, как можно так обидеть и буквально пустить по миру своих детей, особенно малолетних. Мало того, насколько я понимаю, тогдашние законы просто не давали ему возможности сделать это, если только он не признан умалишенным, например. У женщины нет никаких прав на его имущество, но детей он не имел права лишить наследства, просто отказавшись от имущества.

Толстой отрекается от всего “художественного”, написанного им ранее, и отказывается получать за них деньги и вообще заниматься публикацией и всякими разными скучными делами взрослой жизни. Косить! вот занятие для настоящего человека!

После череды бурных скандалов было решено, во-первых, уже сейчас разделить имущество на каждого ребенка, во-вторых, Толстой написал доверенность на жену не только на ведение всех его имущественных дел, но и на издательскую деятельность его книг. Софья Толстая все это делала с огромным трудом и неприязнью, она никогда не собиралась заниматься этими скучными бизнес-делами, судами, общением с издателями, хождениями в цензурный комитет и всем этим, и у нее реально нет времени на это (дети! хозяйство! все на ней, в том числе полное бытовое обслуживание ее непутевого мужа, "отрекшегося от всего", — от питания до одевания и уборки в комнатах, не говоря уж о корректурах и переписываниях его писанины), но она скрепя сердце все это делала, чтобы на что-то жить и оставить хоть какую-то копейку денег детям. И это не фигура речи: у них реально не было бы на что жить, если бы не доходы от издания книг. Имение Ясная Поляна было убыточным, содержание усадьбы и все текущие хозяйственные расходы (включая кормежку супруга, от которой тот почему-то не отрекался) Софье Андреевне приходилось покрывать из вот этих вот издательских доходов. Кроме того, Софья Андреевна была все-таки искренне предана своему мужу как литератору и боготворила его художественный талант (хотя и считала его говнюком как человека и никогда не заблуждалась относительно того, что он удивительно фальшив и неискренен в своих книгах по сравнению с тем, какой он на самом деле), поэтому считала кощунственным отказываться от приведения в приличный вид и издания его книг.

Соответственно, помимо забот о детях (несколько из которых еще совсем маленькие, и она все еще продолжает рожать на фоне всего этого: в 1880 году Софья Андреевна получает доверенность от мужа на ведение имущественных дел, а в 1885 году становится издательницей сочинений мужа, при этом последние пятеро детей родились в 1877, 1878, 1881, 1884 и 1888 году соответственно — вот неуемный же старикашка!), помимо всего домашнего хозяйства, Софья Андреевна, которая сама уж не молода по тогдашним меркам и до крайности изнурена бесконечными беременностями, теперь еще и должна мотаться везде по всем этим делам, которыми в России тех лет вообще редко какая женщина занималась, это были чисто мужские терки, а муж ее сложил ручки на пузе по этому поводу.

Так вот, “Крейцерова соната” (1887—1889). У Толстых только что родился последний, нежно любимый всеми сыночек Ванечка, Толстая вся в заботах, в тревоге о малыше, который постоянно болеет, сама тоже болеет, ну и так далее. А Великий Русский Писатель в это время пишет повесть о том, как гадки некоторые жены некоторым мужьям — до такой степени, что и убить их не грех.

Collapse )

Ну не говнюк ли? Типичный же токсический абьюзер. Хочется через века крикнуть ей, пусть и далеко не юной уже: девочка, беги оттуда! беги немедленно!

Вместе с тем, дневник Софьи Андреевны — это не сплошные страдания об унижениях и погубленной жизни с говнюком. Это прежде всего интереснейший памятник неуклонно растущей внутренней силы и нравственной, интеллектуальной, социальной независимости женщины даже в таких чудовищных условиях невыносимого давления внутри семьи и извне. Что, возможно, немного видно даже из этого поста и, надеюсь, еще лучше будет видно в следующих моих записях на эту тему. За это Софья Андреевна поплатится посмертной славой "больной на голову истерички и стервы, испортившей жизнь гениальному писателю/мыслителю и приведшей к его преждевременной смерти" — но об этом тоже позже.
кот

Зачем Джоанне Морриган становиться знаменитой?

Ты не живёшь в Лондоне. Ты играешь в Лондон – чтобы выиграть.

В прошлом году в ноябре я, притихшая и непонимающая, читала «Стать Джоанной Морриган», почти автобиографический роман известной музыкальной журналистки Кейтлин Моран [Caitlin Moran], и невольно задумывалась, каким же будет продолжение этой грустной истории о химических зависимостях, систематической аутоагрессии и рискованном сексуальном поведении. Похоже, в промежутке между двумя томами главгероиню подменили. Самое любопытное пропущено: как, каким образом из заблёванной и заплаканной малолетней литсотрудницы на полставки выросла интеллигентная, деловитая и трезвая молодая женщина, на собственном опыте постигающая науку, как быть знаменитой?



Была середина восьмидесятых, и мы все доподлинно знали, что рано или поздно русские непременно развяжут ядерную войну против Западного Мидлендса – угроза настолько укоренилась в сознании, что Стинг даже написал об этом песню, с предупреждением, что всё будет плохо. Вот почему мы готовились к самому худшему.
Мы разработали план побега. Дом нашей мечты был надёжным укрытием для выживания в условиях ядерной катастрофы. С собственным автономным водоснабжением – ручьем или колодцем. С большим участком земли, чтобы мы смогли обеспечить себя продовольствием.
– Разобьём парники, обеспечим себя овощами, – говорил папа.
В доме будет огромный подвал, набитый зерном и оружием.
– Чтобы отстреливаться от грабителей и мародёров. Или чтобы застрелиться самим, – весело добавлял папа. – Если станет уже совсем тяжко.


Это бэкграунд, а что же теперь? В неполные двадцать лет Джоанна-Долли здраво судит обо всём от музыки до экологии, стала менее жёсткой и более рассудительной,  и уж теперь не только ей читают проповеди, но и сама она освоила кафедральный тон. Ей наконец-то удалось освоить главную артистическую мудрость: не можешь  решить проблему, сделай из неё шоу. У Дон О'Портер в «Коровах» схожая коллизия, и в чём-то даже хуже -- там героиню застают за мастурбацией в общественном месте, снимают ролик, ролик этот вирусится, и так она начинает вести блог о мастурбации, её гигиене, техниках, культурных аспектах. Можно сказать, призвание обрела. Так и Джоанне удалось собственный «стыд-позор» практически переозвучить голосом Николая Дроздова в видеопособие по женскому эмпауэрменту. Удалось ценой колоссального душевного напряжения, но удалось же! Прямо-таки репетиция MeToo в отдельно взятом сообществе.

Collapse )

Предыдущие посты о Моран: https://fem-books.livejournal.com/477392.html
https://fem-books.livejournal.com/171068.html
https://fem-books.livejournal.com/308871.html
https://fem-books.livejournal.com/1901899.html
кот

Четверг, стихотворение: Агнешка Осецкая

Агнешка Осецкая [Agnieszka Osiecka] родилась в 1936 году в Варшаве. Её отец, известный пианист Виктор Осецкий, называл себя гражданином Австро-Венгрии, а по происхождению был венгр. Привенгеренный поляк, так называла его дочь в мемуарах, говорил по-польски с сильным акцентом. Родился Виктор Осецкий вообще в Белграде. Сверстники его травили и дразнили из-за тяжёлого кожного заболевания, он ушёл в музыку, быстро эмансипировался от семьи, уехал во Львов, стал работать в казино и сделался весьма популярным музыкантом. Мастерски сочинял песни, был душой компании, гастролировал по Европе... Мать, Мария Штехман, наполовину сербка, наполовину румынка, точнее, арамунка (есть такой народ арамуны, их ещё называют валахи), происходила из помещичьей семьи, учительница польского языка, была администраторшей знаменитого литературного кафе Sztuka i Moda.



После рождения дочери они жили в Закопане, работали вместе в курортной кофейне и вернулись в свою квартиру в «творческом» квартале Саска Кемпа незадолго до начала войны. Ресторан Wаtra, общее дело Осецких, работал в оккупированной столице и, по некоторым сведениям, имел связи с сопротивлением. Варшавское восстание семья пережила, но, как и многих варшавян, лишившихся жилья, немецкая администрация отправила из в транзитный лагерь в Прушкуве, так называемый Дулаг 121. Collapse )

И, собственно, песни и стихи под катом:

Collapse )

Сьюзен Лангер


Сьюзен Катерина Лангер (20 декабря 1895  — 17 июля 1985) — американская философка сознания и эстетики, наиболее известная своей книгой 1942 года «Философия в новом ключе» ("Philosophy in a New Key").

Вячеслав Шестаков "Эстетическая философия Сьюзен Лангер":
"Сьюзен Кэтрин Лангер (1895—1985) относится к числу наиболее значительных и влиятельных философов США завершающегося столетия. Ее труды широко известны не только в Америке, но и во всем мире, они включены во многие антологии, хрестоматии и учебники по философии и эстетике. Эстетические идеи Сьюзен Лангер являются предметом анализа и дискуссии во многих странах мира: США, Великобритании, Италии, Польши, России.
Как и большинство американских ученых, Лангер всю свою жизнь была связана с преподаванием. Пятнадцать лет она преподавала философию в колледже в Редкдифе, затем читала лекции в Колумбийском университете в Нью-Йорке, потом — в женском колледже штата Коннектикут, где в конце концов получила статус исследователя, что позволило ей заниматься исследовательской работой и написанием книг.
Первые труды Лангер — «Практика философии» (1930) и «Введение в символическую логику» (1935) — не получили широкой известности. Работой, которая обратила на себя внимание и принесла ей широкое признание не только в США, но и в Европе, стала именно «Философия в новом ключе» (1942). Затем последовала работа «Чувство и форма» (1953) и сочинение «Ум: очерки о человеческом чувстве» в 3-х томах, которые выходили последовательно в 1967, 1972 и 1982 году. Эстетические ее статьи собраны в книге «Проблемы искусства» (1957). Таково творческое наследие Лангер, прожившей долгую и плодотворную жизнь, занимаясь наукой и преподаванием.
Книга, в которой Лангер изложила главные принципы своей философии, не случайно названа «Философия в новом ключе». Под этим «ключом» Лангер имеет в виду музыкальный ключ, придающий определенную тональность и характер звучания всему музыкальному произведению. В ее книге этот «новый ключ» — идея о символическом характере познавательной деятельности. Под этим ключом она аранжирует все свои философские идеи, сочетая камерное, сугубо сонатное развитие главной темы с полифонизмом ее разработки и достигая эффектного, поистине симфонического звучания в финалах.
Collapse )