Category: история

absynthe

Выбери женщину: Какие книги хочется тут обсуждать и рецензировать

Сообщество создано, чтобы женщины могли тут обсуждать книги, написанные женщинами, с феминистских позиций в рамках принципа "выбери женщину", чтобы начать разбавлять свои книжные полки, заставленные мужскими книгами, книгами женщин. Это женское пространство и мужчины в сообщество не принимаются. (Удалять тех, кто принят по ошибке, я, конечно, не буду, но общий принцип от этого не меняется).

Помимо серьезных книг, написанных сознательными феминистками, феминистской критики патриархата, книг по психологии для повышения самосознания и вычищения сексистской парадигмы из своего сознания, хочется обсуждать и жанры "полегче" - детективы, фантастику, триллеры и пр., написанные женщинами, где много персонажей женщин.

Очень интересна художественная литература, описывающая мир и жизнь глазами женщин, через переживание женского опыта.

Интересны автобиографии и мемуары сильных и успешных женщин, даже если они не считали/не считают себя феминистками и местами транслирует сексистское гуано.

Впрочем, истории про тяжелые судьбы жертв патриархата интересны не менее историй успеха.

Не менее интересны хорошие детские книги, написанные женщинами, чтобы знать, какой книгой меньше засоришь мозг ребенка.

Вообще выбор книги для рецензий - на усмотрение читательниц - если что-то вам показалось стоящим, то оно с большой долей вероятности может показаться стоящим другим женщинам.

Сообщество модерируют: felix_mencat, maiorova, lada_ladushka, freya_victoria, roveindusk.
В случае конфликтов или вопросов, касающихся правил, обращайтесь к модераторкам.

АПД. Виртуальный книжный клуб.Collapse )

АПД. 2 - Стандартизированное оформение постов с рецензиями Collapse )

АПД. 3 - СПИСОК КНИГ МЕСЯЦА Книжного Клуба за все месяцы - http://fem-books.livejournal.com/102658.html

АПД.4 - ПОИСК ПО ТЕГАМ - - http://fem-books.livejournal.com/tag/

АПД. 5 - очень полезная статья о женской литературе и о феминистской лит. критике, Ирины Жеребкиной: http://fem-books.livejournal.com/269691.html?view=2209915#t2209915

АПД. 6 - ПРАВИЛА СООБЩЕСТВА: http://fem-books.livejournal.com/278879.html

АПД. 7 - "Зеркало" сообщества регулярно копируется на dreamwidth, под тем же названием.
Кроме того, 29 октября 2014 года родился новый сайт книжного сообщества - https://fembooks.wordpress.com/

АПД. 8 - "Как подавить женское писательство" Джоанна Расс - http://fem-books.livejournal.com/533224.html

АПД. 9 - "Попробуйте один год не читать книги, написанные белыми гетеросексуальными цисгендерными мужчинами" - http://fem-books.livejournal.com/710524.html

АПД. 10 - "Энциклопедия для девочек: как менялась главная героиня романа воспитания в XX веке" - лекция Александры Шадриной - http://fem-books.livejournal.com/1076178.html

Алие Акимова "...И зори родины далекой" (2002)

"Недавно вернулась после летнего отпуска, проведенного в Крыму, одна из моих коллег и при встрече так живо и красочно описала мне свою поездку, что я вдруг вновь очутилась в своем страшном депортированном детстве. Воспоминания, которые я старалась навсегда отодвинуть, забыть, выбросить из своей жизни, вновь нахлынули на меня и затопили мое нынешнее благополучное и спокойное существование. Я увидела себя восьмилетней девочкой с расплетенной косичкой, с располосованной щекой, в порванном школьном фартуке, за которой гонится весь наш девчачий класс. А преследуют меня потому, что я на очередное оскорбительное “Продажная шкура” с криком “Ненавижу вас всех!” наотмашь ударила ближайшую обидчицу портфелем, а затем вырвалась из схвативших меня цепких рук и убежала, оставив в кулачках одноклассниц ленточку из косы и рюшки от фартука. Это послужило сигналом к погоне, и вот вся свора несется за мной. Я выбегаю из школьного двора, мчусь по улице, задыхаясь, вбегаю в длинный барак, лечу по узкому коридору мимо закрытых дверей, а в конце коридора — тупик, вокруг — ни живой души, я понимаю, что пропала. И вдруг одна из дверей открывается, и на пороге появляется мальчик. “За мной гонятся”, — беззвучно шепчут мои губы, он вталкивает меня в комнату, сам остается в коридоре. А там уже топот ног моих преследовательниц.
— Тут девчонка не пробегала? — спрашивают его.
— Нет, — спокойно говорит мальчик и спрашивает: — А что она натворила?
— Они Крым немцам продали! — кричат мои одноклассницы…
Какие все-таки неожиданные фортели выкидывает судьба! Муж мой остался сиротой в пятилетнем возрасте: его отца в 1943 году за партизанство расстреляли немцы, а мать с тремя малолетними детьми в 1944 году была депортирована из Крыма и вскоре умерла от гангрены, поранив ногу в горячем цеху бекабадского металзавода. Несмотря на сиротство, мой бедный муж вырос добрым и веселым человеком и однажды на вопрос: “Находились ли вы во время войны на оккупированной территории?” написал в анкете: “Находился и сотрудничал с оккупационными властями, за что в возрасте трех лет был депортирован из Крыма”. Мы тогда хохотали над этой остроумной, как нам казалось, фразой, не замечая ее трагичности, ибо мы были молоды, счастливы, полны надежд и планов и не подозревали об обреченности нашего будущего. Нам казалось, что, пока мы любим друг друга, ничего с нами не может случиться. По беспечности, свойственной молодости, мы забыли, что сиротское холодное и голодное детство в спецпоселении не проходит даром. Мужу моему было двадцать восемь лет, когда у него остановилось сердце. И я осталась вдовой с двухлетним ребенком. Прошли годы, и наша дочь вышла замуж за человека, дед которого когда-то был комендантом одного из спецпоселений крымских татар в Узбекистане. Теперь Ивану Митрофановичу под девяносто, он на пенсии, мы с ним очень дружим, и он совершенно забыл этот короткий эпизод из своей подневольной военной жизни: мало ли какие приказы ему приходилось выполнять? А я ничего не забыла. Не про него, а про себя. Услужливая память гонит меня в мое детство, которое постоянно возвращается ко мне в ночных кошмарах. Как бесконечно долго оно длилось, и как я его ненавидела… Как там у Толстого? “Счастливая, бесконечно счастливая пора детства…” Его Николинька задыхается от радости, счастья и любви. Было ли детство счастливым у моего поколения? Не знаю. Я просто расскажу о своем."

Читать дальше

Об Алие Акимовой:
Collapse )
гейша

М. Г. Ракитина, "Жизнь на женской половине царского дворца в XVI–XVII веках"

Книга из музейного магазинчика. О том, где ее можно купить - по ссылке внизу.
-----------------------------------



Книга посвящена жизни цариц и царевен в XVI–XVII веках, их повседневным заботам, а также торжественным приемам и выездам, в которых они участвовали. В качестве иллюстраций использованы произведения русских и зарубежных мастеров из собрания Музеев Московского Кремля, в том числе миниатюры из уникальных рукописных книг. Книга предназначена для семейного чтения и адресована широкому кругу читателей.

Источник: https://www.kreml.ru/shop/item.nauchnye-sborniki-i-monografiinauchnye-publikatsii/zhizn-na-zhenskoy-polovine-tsarskogo-dvortsa-v-xvixvii-vekakh/
кот

Татьяна, Мария, Александра

Дочери ему сильно преданы, хлопочут и стараются, делают ему в услугу, что только могут вздумать, исповедуют «вегетарианство», «удаление от брака» (а lа «Крейцерова соната»), что совсем у них и не в натуре, хлопочут о самоусовершенствовании, о душе, о надобности жить «по-божески», и все это лишь чужой кафтан и жилет, надетый для маскарада. Не будь их отца, никогда ничего подобного им и в голову бы не пришло, и вели бы они точь-в-точь такую жизнь, как все российские барышни, московские, петербургские и провинциальные. Говорить с ними – не стоит, просто скучно, как с большинством всех их бесчисленных товарок по всему лицу нашего широкого отечества. Но все они парни хорошие (то есть дочери-то!), умеют все делать, что хочешь, и дрова рубить, и шить, и штопать, и лошадь запрягать, и телегой править, и шить, и кроить, и перевязки ставить, и на гитаре или мандолине играть, и множество всякого другого. У одной Татьяны я насчитал ей прямо в глаза 22 разных уменья. Но ни к каким искусствам они неприкосновенны, и поэзия летает от них очень далеко, искусство — тоже. Зато они все — секретари у отца, помощницы и исполнительницы, встают в шесть и семь часов утра, когда нужно, чтобы написать или переписать просто на бумаге или на ремингтоне, что ему требуется, и это без всякого напоминания или понукания. Значит, это все-таки прекрасные, отличные девчата, обожают отца, на него не надышатся, с ним и скачут верхом по полям или мечут мячики в лаун-теннис, но никакого разговора с ним поддерживать — не в состоянии! Я много раз видал, что он к ним обращается, подставляет им оказию: «Да ну же, да ну же, матушка, говори, толкуй, спорь!» — видно, он всё надеется, только никогда ничего не выходит, и приходится сводить разговор на любимые у всего дома шахматы, шашки, хальму, что сделано, что надо сделать, куда съездить, кого повидать… Но с сыновьями — в миллион раз хуже. Те уже и столько-то не годятся. — этот отрывок из письма В.В. Стасова часто цитируют, вспоминая о дочерях Льва Толстого. Поэтому нельзя не приветствовать выход большой и подробной биографии, где Надежда Генадьевна Михновец ставит Татьяну, Марию и Александру Толстых в центр повествования и развенчивает взгляд на них как на служебных персонажей в жизнеописании гения. Книга так и называется: "Три дочери Льва Толстого".



На втором фото слева направо – Александра Львовна, Татьяна Львовна, Софья Андреевна, Мария Львовна.

Collapse )

Мишель Филгейт - О чем мы молчим с моей матерью

Аннотация «В этой книге вы найдете 16 личных историй, которые пережили авторы в  отношениях со своими матерями. Здесь обсуждаются темы, которые не  принято обсуждать, поднимаются вопросы, на которые сложно найти ответы, –  и все же этот разговор должен состояться. Разнообразие тем и стилей от  известных, талантливых авторов делает сборник многогранным и глубоким.  Оригинальное издание дополнено эссе молодого русского прозаика Кристины  Гептинг.»

кот

Феминистическое подарочное

Издательство «КомФедерация» ещё в начале года порадовало нас комиксом Пенелопы Бажьё [Pénélope Bagieu] «Дерзкие. Женщины, которые делали то, что хотели» [Culottées]. В модном нынче жанре краткой вдохновляющей биографии французская художница сделала оригинальную и умную коллекцию характеров, коллекцию, я бы даже сказала, судеб, которые воодушевляют её и поддерживают. Это книга не о великих женщинах в том специфическом понимании величия, которое характерно для учебников. Здесь нет жизнеописаний Екатерины Второй или Клеопатры, да оно и к лучшему: стать в будущем абсолютной монархиней мало кому из читательниц грозит. Употребляю слово «грозит» без малейшей иронии, и да, я сторонница максимы «абсолютная власть развращает абсолютно». Шанс обрасти бородой, подобно цирковой артистке Клемантине Делейт, тоже, в сущности, невелик. Но какая яркая индивидуальность. Джорджина Рид, хранительница маяка. Иозефина ван Горкум, упрямая влюблённая (памятник ей и её мужу в виде рукопожатия над кладбищенской оградой, разлучавшей и в посмертии католиков с протестантами, многие из нас видели на фото). Катя Крафт, вулканолог. Лозен, воительница и шаманка. Аннет Келлерман, русалка. И натурально, русалка, не только пловчиха, но и актриса, и изобретательница, и предпринимательница. Хотя правящие особы у Бажьё есть, национальная героиня Анголы Зинга и китайская императрица профеминистических убеждений У Цзэтянь. Действующие лица раскрываются с неожиданной стороны. Жозефина Бейкер? Знаем, знаем, танцовщица из варьете в банановой юбочке. А окаазывается, она была участницей французского Резистанса. А социальная работница Тереза Клэр подготавливала свои новации в организации ухода за пожилыми людьми, двадцать лет в одиночку ухаживая за беспомощной бабушкой. Некоторые рецензентки недовольны — про Терешкову нет рассказа. Надеюсь, что переведут и второй том «Дерзких».



В конце лета «Манн, Иванов и Фербер» пополнили нашу полку « женская история» другим сборником биографий «Невероятные женщины, которые изменили искусство и историю» [Broad Strokes: 15 Women Who Made Art and Made History]. Искусствоведка Бриджит Куинн [Bridget Quinn] отвечает за информацию, художница Лайза Конгдон [Lisa Congdon] за оформление: убедительные портреты женщин, посвятивших себя изобразительному искусству. Я их просто здесь перечислю поименно.
Артемизия Джентилески, Италия; Юдит Лейстер, Нидерланды; Аделаида Лабий-Гюйар, Франция; Мари-Дениз Вильер, Франция; Роза Бонёр, Франция; Эдмония Льюис, США; Паула Модерзон-Беккер, Германия; Ванесса Белл, Великобритания; Элис Нил, США; Ли Краснер, США; Луиза Буржуа, Франция; Рут Асава, США; Ана Мендьета, Куба/США; Кара Уокер, США; Сюзан О’Мэлли, США. Тут можно с неудовольствием выразиться, что книга явно американоцентричная и даже немного сан-франциско-центричная. Асава и О’Мэлли работали в Сан-Франциско. Тому удивляться не приходится, что американки американоцентричны. Поразительно другое. Почему на нашем далеко не бедном материале такой общедоступной биографической литературы о художницах и скульпторшах принципиально нет? Или, может быть, есть, а я ещё не сориентировалась как следует?

Имеется перевод на украинский язык: https://fem-books.livejournal.com/1567961.html

И, наконец, «Может ли гендер меняться?» [Is Gender Fluid?] Салли Хайнс [Sally Hines], вышедший в августе сего года в издательстве «Ад Маргинем Пресс». У них целая переводная серия «The Big Idea. Введение в двадцать первый век». В 2020 году планируются к выпуску работы о концепции маскулинности и о веганстве, а уже изданы — о будущем капитализма, искусственном интеллекте и современной медицине. Хайнс, известная своими исследованиями трансгендерности, не претендует на какие-то глобальные открытия, а скорее предлагает аудитории краткий обзор: как понимались гендерные различия в разных культурах, в разные эпохи? Конечно, века истории человечества в сто сорок книжных страниц при всём желании не втиснешь. Много читая о гендере и связанных с ним проблемах, невольно воспринимаешь книгу как своего рода краткий конспект. Но этот краткий конспект снабжён массой ссылок, сносок, списков рекомендованной литературы, иллюстраций. И вообще интересный образец полиграфического искусства. Уже ради одной своей красоты «Может ли гендер меняться?» подходит для новогоднего подарка.

Хедвиг Дом


"Хедвиг Дом (Марианна Аделаида Хедвиг) - одна из восемнадцати детей в семье еврея Густава Адольфа Шлезингера, владельца табачной фабрики, родилась 20 сентября 1831 г. Когда ей исполнилось пятнадцать лет, девушка была вынуждена оставить школу и помогать матери по хозяйству. В 1853 г. она вышла замуж за Эрнста Дома, главного редактора сатирического еженедельника "Трах-тарарах". В браке, продолжавшемся 30 лет, она родила пятерых детей. Ее дом стал местом встреч берлинских художников, артистов и интеллектуалов. Первая научная работа Хедвиг Дом, написанная во второй половине 60-х гг., называлась "Испанская национальная литература в ее историческом развитии" и, несомненно, свидетельствовала о таланте женщины, не получившей даже полного среднего образования. Ее известные феминистские полемические произведения вышли в первые годы после создания Германской империи: "Что пасторы думают о женщинах" (1872), "Учение иезуитов у домашнего очага" (1873), "Научная эмансипация женщины" (1874), "Природа и право женщин" (1876).
Х. Дом считала, что так называемый женский социальный характер обусловлен воспитанием, а не биологическими задатками. Она требовала равных прав на образование для обоих полов и боролась за женское избирательное право. Работа по дому и воспитание детей могут быть поручены общественным учреждениям, чтобы предоставить женщине возможность заниматься профессиональной деятельностью. Экономическая независимость женщины создаст этические основы брака, поскольку женщина больше не должна будет выходить замуж по материальным причинам.
Но эти воззрения не вызвали широкого общественного резонанса, поскольку оказались для вильгельмовской Германии несколько преждевременными. Во второй половине 1870-х - 1880-х гг. Хедвиг Дом прекратила писать, а расцвет ее творчества пришелся на период 1890-1910 гг., когда она уже достигла возраста 60-80 лет. В это время ею был написан ряд романов и рассказов, новое поколение женщин обратилось к ее ранним публицистическим работам.
Хедвиг Дом умерла от воспаления легких 1 июня 1919 г. в Берлине."
Источник

Немецкая Википедия

Елена Ланге



Елена Ланге (9 апреля 1848 — 13 мая 1930) — немецкая публицистка и педагогиня, деятельница женского движения.
Работала директрисой женской учительской семинарии. В 1889 по её инициативе в Берлине были учреждены курсы реальных наук для женщин. В 1893 программа курсов была расширена и были введены классические языки. Ланге была одной из видных деятельниц женского движения в Германии того времени.
В 1890 она вместе с Марией Лепер-Гуссель и Августой Шмидт основала «Всеобщий немецкий союз учительниц», в котором, а также во «Всеобщем немецком женском союзе», была председательницей.
Опубликовала брошюры «Высшие школы для девушек и их предназначение» (нем. Die höhere Mädchenschule und ihre Bestimmung; (1888), «Женское образование» (нем. Frauenbildung; 1889), «Развитие и состояние высшего образования для женщин в Германии» (нем. Entwicklung und Stand des höhern Mädchenschulwesens in Deutschland, 1893), «Пособие по женскому движению» (нем. Handbuch der Frauenbewegung вместе с Гертрудой Беймер, Б., 1901—1903).
С 1893 Ланге издавала журнал «Frau», посвященный женскому движению.
В 1918 г. вступила в Немецкую демократическую партию, в составе фракции которой стала в 1919 г. старейшим депутатом Гамбургского парламента.

Из Википедии

Констанс Мейнард



Портрет работы Джорджа Уильяма Джоя

Констанс Мейнард (9 февраля 1849 – 26 марта 1935) - первая директриса Уэстфилд-Колледжа (предназначенного изначально только для женщин) и пионерка в области женского образования. Она была плодовитой писательницей, всю жизнь вела дневники, написала автобиографию (которая, увы, так и не была опубликована), а также написала ряд книг и статей об образовании и религии.
Дневники Констанс Мейнард с 1866 по 1934 - "Зеленая книга" - описывают ее "внутреннюю жизнь", эмоциональный отклик на различные события. Автобиография была написана в период между 1915 и 1933, и посвящена годам жизни с 1849 по 1927. Автобиография также написана в стиле рефлективного дневника.
Мейнард рассказывает о жизни первого поколения студенток Гёртон-Колледжа (первого женского колледжа в Кэмбридже), о своей роли в создании Уэстфилд-Колледжа и первых годах его работы, о своих "романтических дружбах" с женщинами.
Констанс Мейнард стала первой женщиной, преподававшей курс "моральных наук" (философии) в Кембридже после завершения обучения в 1875 году. Но ей пришлось 53 года дожидаться получения научной степени в Гёртон-Коледже - она смогла получить её только в 1933-м. И ллишь в 1948 году Кембриджский университет полностью уравнял в правах студентов и студенток.

Зильвия Бовеншен, из книги "Имагинированное женское начало" (2)


Отрывок из книги был опубликован в антологии "Немецкое философское литературоведение наших дней", переводчица - Марина Бобрик.
Начало

2
История дебатов по поводу функций женщин в культуре, или шире, история изображения женского в дискурсах культуры есть история забвения, умолчания и поэтому постоянного, пусть с изменениями, повторения уже однажды придуманного. Подобное единообразие и безрезультатность определений, выработанных для функций и характеристик, из которых складывался круг представлений вокруг понятия 'женское' (Weiblichkeit), позволяет классифицировать их также на поперечном срезе истории. В том виде, как они отложились исторически, они мало пригодны для обоснования гипотезы некоторого прямолинейного или даже поступательного исторического развития идей. Лакуны в корпусе культурной памяти столь же очевидны, как и соответствующий им недостаток традиции в области проблемно-исторической рефлексии. Предпринимаемые время от времени попытки задним числом разглядеть историческую преемственность между этими спорадическими выступлениями не учитывают специфического характера дискуссии о женском. Уже сравнительный анализ соответствующих исторических текстов дезавуирует измышления о некой скрытой телеологии, питаемой надеждой на то, что можно эволюционно развить некие моменты, чреватые будущим. В рамках сравнения на большом историческом пространстве публицистические бои вокруг этой темы, если рассматривать их только в аспекте открытой аргументации за или против женщин, могут быть свернуты до небольшого пучка сравнительно стереотипных мнений. Это можно сказать как о тех текстах, которые следовали стратегии клеветы, так и о тех, в которых велась культурная борьба за женщин в ту или иную эпоху.
Collapse )