Category: авто

Category was added automatically. Read all entries about "авто".

absynthe

Выбери женщину: Какие книги хочется тут обсуждать и рецензировать

Сообщество создано, чтобы женщины могли тут обсуждать книги, написанные женщинами, с феминистских позиций в рамках принципа "выбери женщину", чтобы начать разбавлять свои книжные полки, заставленные мужскими книгами, книгами женщин. Это женское пространство и мужчины в сообщество не принимаются. (Удалять тех, кто принят по ошибке, я, конечно, не буду, но общий принцип от этого не меняется).

Помимо серьезных книг, написанных сознательными феминистками, феминистской критики патриархата, книг по психологии для повышения самосознания и вычищения сексистской парадигмы из своего сознания, хочется обсуждать и жанры "полегче" - детективы, фантастику, триллеры и пр., написанные женщинами, где много персонажей женщин.

Очень интересна художественная литература, описывающая мир и жизнь глазами женщин, через переживание женского опыта.

Интересны автобиографии и мемуары сильных и успешных женщин, даже если они не считали/не считают себя феминистками и местами транслирует сексистское гуано.

Впрочем, истории про тяжелые судьбы жертв патриархата интересны не менее историй успеха.

Не менее интересны хорошие детские книги, написанные женщинами, чтобы знать, какой книгой меньше засоришь мозг ребенка.

Вообще выбор книги для рецензий - на усмотрение читательниц - если что-то вам показалось стоящим, то оно с большой долей вероятности может показаться стоящим другим женщинам.

Сообщество модерируют: felix_mencat, maiorova, lada_ladushka, freya_victoria, roveindusk.
В случае конфликтов или вопросов, касающихся правил, обращайтесь к модераторкам.

АПД. Виртуальный книжный клуб.Collapse )

АПД. 2 - Стандартизированное оформение постов с рецензиями Collapse )

АПД. 3 - СПИСОК КНИГ МЕСЯЦА Книжного Клуба за все месяцы - http://fem-books.livejournal.com/102658.html

АПД.4 - ПОИСК ПО ТЕГАМ - - http://fem-books.livejournal.com/tag/

АПД. 5 - очень полезная статья о женской литературе и о феминистской лит. критике, Ирины Жеребкиной: http://fem-books.livejournal.com/269691.html?view=2209915#t2209915

АПД. 6 - ПРАВИЛА СООБЩЕСТВА: http://fem-books.livejournal.com/278879.html

АПД. 7 - "Зеркало" сообщества регулярно копируется на dreamwidth, под тем же названием.
Кроме того, 29 октября 2014 года родился новый сайт книжного сообщества - https://fembooks.wordpress.com/

АПД. 8 - "Как подавить женское писательство" Джоанна Расс - http://fem-books.livejournal.com/533224.html

АПД. 9 - "Попробуйте один год не читать книги, написанные белыми гетеросексуальными цисгендерными мужчинами" - http://fem-books.livejournal.com/710524.html

АПД. 10 - "Энциклопедия для девочек: как менялась главная героиня романа воспитания в XX веке" - лекция Александры Шадриной - http://fem-books.livejournal.com/1076178.html
by sheetofchrist
  • svarti

Эйми Бейкер

Предыдущий пост о писательнице
Перевод Елены Филипповой

Пять стихотворений

Кость дракона

Сарай охвачен пламенем. Все, что внутри – корова, свинки – все сейчас сгорит и станет пеплом, ничем. Он знает, ты все видишь, понимаешь все слова, хотя еще едва лепечешь. И запертая в высоком детском кресле, ты вслушиваешься в предсмертное дыханье. В мучительные вопли, в рев - с таким же жизнь рождается. Повсюду вонь горелой плоти, костей, пылающих, как дерево, повсюду пепел, он забивает тебе нос. Ты наблюдаешь: пришли пожарные, они одеты не в униформу, нет, это люди в белых рубахах, люди в подтяжках, люди в потрепанных картхартах, люди в тяжелых башмаках с дерьмом коровьим на подметках. Ты наблюдаешь: он яростно орет, Дэйзи, иди наружу, он спрашивает, как там кошки. Ты наблюдаешь: бабушка берет его за плечи, уводит прочь, чтоб он не видел, как рушится сарай. Ты наблюдаешь: вот и пожарные ушли, но долго еще сидит он, качает и качает головой.
Потом, в ту ночь, он подойдет к тебе, и приложив к твоей головке ладонь, шепнет на ушко: запомни. Потом, в ту ночь, придут соседи и кто-то оставит на крыльце пару шаров для боулинга –дар погорельцам. Потом в отместку отец подложит им два башмака, на этом все и кончится, никто не станет поддерживать его игру. Потом на пепелище ты найдешь кусочек кости, крохотный, не больше, чем твоя ладонь, сверкающий, как лунный камень.

[ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ]Духи

Вот способы, как защититься от мертвецов. Проходи по кладбищу, не раскрывая рта. А не то вдохнешь вместе с воздухом. И притащишь духов к себе домой прямо в собственных легких. Призрак чает прижаться к твоей душе. Заползет под кожу, станет частью тебя, сошьет себя с тобой, растечется в тебе, заменит тебя собой. И ты станешь женщиной, умершей от родильной горячки, или утонувшим на озере мужичком. Нож вонзенный в злых духов, их может удержать, но тут главное не опоздать, пригвоздить их вовремя. Так спаслась моя бабушка: однажды ночью, когда шла домой, дух ей встретился в темноте, и она к поперечине забора приколола его ножом. И, рассказывала, спасло ее одно: она спрятала маленький нож в носке и носила с собой. Уж поверь, она знала, что говорит – дух прошел совсем рядом. И тогда,- уж поверь, она знала, что говорит – нож и нужно метнуть. Практикуйся.

Истоки

Началось все в Джорджии, в палатке. Говорят, ты родился в Вальдосте. Ты туда не вернулся, а я не хотела. Никогда не хотела. В этой Джорджии было столько слез. Так и вижу. За городской чертой, за тротуарами в моторном масле среди чистого поля, оранжевая как апельсин, как пылающая звезда - палатка. И деревья вокруг, вцепившиеся корнями, в это поле. Может, думают, что палатка в самом деле – сверхновая. Может, деревья знают, что здесь опасно. Несмотря на уход, они желтеют, листья скручиваются до начала лета, точно сожраны гусеницами. Их прожилки лопаются, как хрупкая платина.
Но как гибнут они, никто не видит. Все попряталось. Снаружи палатки зудят москиты. Возбужденные самочки в поисках теплых тел. Внутри женщина с высветленными волосами, с накладным шиньоном выебывает другим мозги. Внутри девочка едва научившаяся ходить, но уже понимающая, что нужно бежать отсюда и как можно быстрее. И мужчина по имени Ли Харольд, или, может, не так тебя зовут. Я вас путаю. Вы идете в комплекте, и сказать по правде, я ничего не помню. Только думаю о Ли Харви и летящей пуле. Если пуля выходит из ствола винтовки со скоростью три тысячи футов в секунду, сколько времени ей потребуется, чтобы меня настичь?

Колорадо

Это все началось задолго до Колорадо. Когда он родился в Денвере, я уже была. Помню женщину, прятавшуюся от мира за цепной оградой, звено к звену она ее плела. Не сработало, у нее просто выманивали деньги. Она мне подарила заводного оленя Рудольфа, в его носу загоралась лампочка, и он двигал под песенку механическими ногами. Ты сломал его, а он все мельтешил ногами точно вихрь – вжик, вжик, вжик.
В отличие от тебя, у его родителей не было ни имен, ни тел.
Все, что помню я о Колорадо: динозавры. Драмамин. Гостиничные бассейны. Сон, вгоняющий в клаустрофобию, рев тракторных прицепов, подымающий среди ночи.
Все, что помню о нем – ничего.

PIAZZA DELLE CURE
Здесь, где когда-то селились доктора, осталась теперь всего одна аптека, но не купишь в ней белых таблеточек, чтобы пропала боль. Нет, сегодня на полках ряды флаконов с вязким шампунем, а машинка приткнувшаяся в углу, та, что стягивает предплечье, замеряя давление крови, не расскажет, сколько сможет сердце выдерживать эту боль. За стеклом аптеки итальянские девчонки выбегают из лавок с продуктами в бумажных коричневых мешках. Перебегают улицу, мелькают среди машин, уворачиваются от столкновенья. Они знают секрет: нужно идти вперед и не заглядываться по сторонам. Там на углу, где торгуют мороженым, у подземного перехода, в пятнах аэрозольной краски и свежей спермы, стайка юнцов в облегчающих джинсах руки закладывает за пояс, ложками длиной с палец зачерпывает джелато и подманивает подружек с пунцовой помадой на губах. Но по ночам здесь зияющая пустота, улицы, покрытые собачьим дерьмом, палыми листьями, мокрыми от автомобильной смазки. И в тишине одинокий звук – цокают по асфальту высокие каблучки.
Вот повернули от улицы с огнями в тьму перехода,
и не различит никто
пятна красного девического пальто.

А вот оригинал:

FLAPDRAGON
The barn is on fire. Inside, the pigs and cow spark into nothingness. He makes sure you can see, so you know what words will bring you. Trapped inside your highchair, you listen to the last sounds of breathing. The heavy bellow like giving birth. There is the scent of gutted flesh, of bonfired wood that aches in your lungs. You watch the firemen come, not black-suited men, but men in suspenders, men in white shirts, men with worn-out Carhartts, men with their shit-kickers soiled with their own cows’ manure. You watch him cry for Daisy left inside, hear him ask about the cats. You watch our grandmother lead him away so he will not see how the barn deflates. You watch until the last fireman leaves, long after he is done shaking his head.
Later, in the dark, he will cup his hand over your ear and whisper a reminder to you. Later, someone will bring a pair of bowling balls, leave them on the front porch like an offering. Later, our father will return the shoes and they won’t charge him for the half-finished game. Later, you will find pieces of bone, no bigger than your hand, polished like moonstones.

BOGEY
There are ways to protect yourself from the dead. When passing a cemetery, do not speak. You will breathe them in. Carry a ghost home with you inside your lungs. Tucked next to your soul. Underneath your skin they will become a part of you, sew their soul to yours until you are one seamless being. You will be the woman who died of childbed fever, the man who drowned in the lake. A knife thrown straight can hold an evil spirit still, but only if you catch it in time. Our grandmother saved herself one night, attached a ghost to a split-rail fence on her walk home in the dark. Listen to her words when she says she carried a knife in her sock, a small one is all it took. Listen to her when she says it was a near miss. Listen to her when she says you have to throw hard. Practice.


BIRTH
It begins in Georgia. In a tent. They say you were born in Valdosta. You haven’t been back since and I don’t want to go. I never want to. You are Georgia, the trail of tears. I see you there, in it all. Instead of sidewalks and motor oil, it is the tent, burnt orange, in a field. The trees hold tight to the ground. Perhaps they think the tent is a supernova. Perhaps they know too, these trees, what dangers are there. In spite of their care, the trees begin to singe, leaves curling like caterpillars dead before summer. Veins burst open, turn platinum.
No one notices the trees are dying. Everyone is hiding. Outside the tent is a veil of mosquitoes. All female, looking for body heat. Inside is a woman with bleached blonde trailer-trash hair, a fuck me attitude. Inside is a girl who just learned to walk, but already knows how to run. Inside is a man with the name Lee Harold, or maybe that is your name. His the inverse. You are a matched set, I think, but in truth I can never remember. I only think of Lee Harvey and a bullet. If a bullet leaves the barrel of a gun at 3,000 feet per second, how long does it take until it reaches me?

COLORADO
It begins before you in Colorado. He was born in Denver and I’ve been there. A lady tries to keep out the world with a chain link fence. It doesn’t work, they still take her money. She gives me a mechanical Rudolph with a nose that lights up and a song that plays as its moves its motorized legs. You break it, but it still makes a whir-whir-whir.
Unlike you, his parents have no names, no bodies.
This is what I remember of Colorado: Dinosaurs. Dramamine. Hotel pools. Claustrophobic sleep to the sound of tractor-trailer drivers up too late.
This is what I remember of him: nothing.

PIAZZA DELLE CURE
What was once home to doctors now only houses one single pharmacy that doesn’t sell any of the tiny white pills needed to rid the body of hurt. Instead, there are compact rows of bottles holding custard thick shampoo and a blood pressure machine in the corner which strapped to the arm cannot tell how much a heart can withstand. Outside, pocket-sized Italian nonnas are carrying thick brown paper grocery bags. They step out into the street and the cars curve around them, avoiding impact. The trick is to step boldly without looking. At the gelateria on the corner, near the tunnel reeking of spray paint and sex, young men stand with their hands in their too-tight jeans. They eat gelato with spoons the size of a finger and call to girls with their raspberry stained lips. At night there is only empty streets filled with crushed dog shit and wet autumn leaves that smell of car exhaust. A pair of high-heeled shoes are the only sound.
When the streetlights go out
the human eye cannot detect
the red of the girl’s coat.
кот

Гана: Аджоа Йебоа-Афари

Аджоа Йебоа-Афари [Ajoa Yeboah-Afari] родилась в 1950 году в сельской местности. Дедушка - вождь, отец - школьный учитель. Закончила Ганский университет по специальности "журналистика", работала корреспонденткой местных радио- и телеканалов, а также на Би-би-си. Наиболее известна еженедельной колонкой "Раздумья дочери народа", в иронической и сатирической форме обсуждающей политику, экономику, насущные проблемы страны. Избранные очерки вышли в виде книги под названием "Дочь народа: десять лет раздумий". На русский язык переведён один рассказ, который я здесь с удовольствием и помещаю. После него я  прочла до середины список прививок, организовала копилку "на путешествие в зап. афр." и поместила туда первую тщедушную купюру.


Collapse )

Перевод М. Теракопян

Обратите, кстати, внимание, что род мужской по умолчанию. И как изменится текст, если переделать мужские окончания на женские...