Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

кот

Мона Авад: про заек и людей

Канадская романистка Мона Авад [Mona Awad] родилась в Монреале, выросла в Миссисоге, штат [Upd.: провинции, провинции, провинции!] Онтарио, училась в Нью-Йорке и Эдинбурге, докторскую диссертацию защитила в Денвере. За свою первую книгу «Тринадцать способов взглянуть на толстую девочку» [13 Ways of Looking at a Fat Girl] она в 2016 году получила канадскую премию за лучший дебют, которую до неё вручали, например, Джоан Барфут, Элеанор Каттон, Мадлен Тьен. В «Тринадцати способах» отразились отроческие переживания самой Авад и её попытки привести образ своего тела в соответствие с требованиями идеала. Обсуждались и методы Моны Авад, например, специально составленные для каждой главы плейлисты, помогающие проникнуться настроением эпизода. Для следующего романа, «Зайка» [Bunny] тоже был составлен плейлист, и его по ссылке даже можно послушать: http://www.largeheartedboy.com/blog/archive/2019/07/mona_awads_play.html .



Итак, в центре нашего повествования молодая студентка по имени Саманта Маккей. Филологический факультет престижного университета, мастерская прозы под руководством талантливейшей преподавательницы — иные бы душу продали, а наша героиня бродит под сенью академических рощ, дуясь, горюя и проклиная весь мир. Есть с чего: её мать умерла от тяжёлой болезни, а отец ввязался в какую-то финансовую авантюру и пропал. Большинство избегает девушки, некоторые пытаются поддержать. Однако в роль облагодетельствованной сиротки мисс Маккей отнюдь не желает вживаться и тихо ненавидит всех, кто хочет ей помочь. Ближайшая подруга Ава словно бы и не замечает, насколько любимой «Хмурочке» пришлось туго, и это, наверное, наилучшая стратегия: в конечном итоге только с Авой Саманта и в состоянии общаться. Особенную, нутряную ненависть у них обеих вызывают Зайки,Collapse )Продолжает ли работать неуёмная фантазия Саманты или скучная действительность вступает в свои права — не имеет значения. Важно, что студентка доказала, как Бодлер — она способна создавать прекрасное, она не ниже тех, кого презирает. Для Заек нет победы, как нет возможности отметить себя в пространстве идей. Художественное бессилие как метафора небытия, социальной никчёмности, которую не замажешь помадой, не прикроешь радужным шёлком с коронованными котятами, не обыграешь маленькими пони, не засюсюкаешь и не засмеёшь. Мне жаль Заек, я хотела бы, чтоб хоть в финале за них заступились. Саманта и её создательница к Зайкам беспощадны.
dirty

дневник С.А. Толстой: дело Крейцеровой сонаты

Этот пост — не о "Крейцеровой сонате" Льва нашего-всего-Николаевича Толстого, которая, разумеется, не относится к книгам, рекомендуемым для ЦА этого сообщества. Это один из постов серии, где я рекомендую дневник Софьи Андреевны Толстой и немножко показываю, что интересного и важного можно из него узнать. Поскольку никому из нас, скорее всего, не удастся пройти в жизни мимо "Крейцеровой сонаты" так или иначе, очень полезно знать, что на самом деле стояло за ней и что нам теперь со всем этим делать.

(оригинальный пост в моем блоге)

*



“Крейцерова соната” была написана в 1887—1889 годах.

К тому времени Лев Николаевич уже основательно поехал крышей на почве косьбы сена, штопания сапогов и прочей нестяжательности и благодетельности и решил отказаться от всяческой собственности. Софья Андреевна, имея на руках выводок из 9 детей (последние из которых были еще малышами, хотя старшие уже были совершеннолетними и, соответственно, нуждались в имуществе уже здесь и сейчас), приходит в ужас и решительно отказывает своему господину и повелителю в этой маленькой причуде. Она не за себя лично радеет, а за детей, искренне не понимая, как можно так обидеть и буквально пустить по миру своих детей, особенно малолетних. Мало того, насколько я понимаю, тогдашние законы просто не давали ему возможности сделать это, если только он не признан умалишенным, например. У женщины нет никаких прав на его имущество, но детей он не имел права лишить наследства, просто отказавшись от имущества.

Толстой отрекается от всего “художественного”, написанного им ранее, и отказывается получать за них деньги и вообще заниматься публикацией и всякими разными скучными делами взрослой жизни. Косить! вот занятие для настоящего человека!

После череды бурных скандалов было решено, во-первых, уже сейчас разделить имущество на каждого ребенка, во-вторых, Толстой написал доверенность на жену не только на ведение всех его имущественных дел, но и на издательскую деятельность его книг. Софья Толстая все это делала с огромным трудом и неприязнью, она никогда не собиралась заниматься этими скучными бизнес-делами, судами, общением с издателями, хождениями в цензурный комитет и всем этим, и у нее реально нет времени на это (дети! хозяйство! все на ней, в том числе полное бытовое обслуживание ее непутевого мужа, "отрекшегося от всего", — от питания до одевания и уборки в комнатах, не говоря уж о корректурах и переписываниях его писанины), но она скрепя сердце все это делала, чтобы на что-то жить и оставить хоть какую-то копейку денег детям. И это не фигура речи: у них реально не было бы на что жить, если бы не доходы от издания книг. Имение Ясная Поляна было убыточным, содержание усадьбы и все текущие хозяйственные расходы (включая кормежку супруга, от которой тот почему-то не отрекался) Софье Андреевне приходилось покрывать из вот этих вот издательских доходов. Кроме того, Софья Андреевна была все-таки искренне предана своему мужу как литератору и боготворила его художественный талант (хотя и считала его говнюком как человека и никогда не заблуждалась относительно того, что он удивительно фальшив и неискренен в своих книгах по сравнению с тем, какой он на самом деле), поэтому считала кощунственным отказываться от приведения в приличный вид и издания его книг.

Соответственно, помимо забот о детях (несколько из которых еще совсем маленькие, и она все еще продолжает рожать на фоне всего этого: в 1880 году Софья Андреевна получает доверенность от мужа на ведение имущественных дел, а в 1885 году становится издательницей сочинений мужа, при этом последние пятеро детей родились в 1877, 1878, 1881, 1884 и 1888 году соответственно — вот неуемный же старикашка!), помимо всего домашнего хозяйства, Софья Андреевна, которая сама уж не молода по тогдашним меркам и до крайности изнурена бесконечными беременностями, теперь еще и должна мотаться везде по всем этим делам, которыми в России тех лет вообще редко какая женщина занималась, это были чисто мужские терки, а муж ее сложил ручки на пузе по этому поводу.

Так вот, “Крейцерова соната” (1887—1889). У Толстых только что родился последний, нежно любимый всеми сыночек Ванечка, Толстая вся в заботах, в тревоге о малыше, который постоянно болеет, сама тоже болеет, ну и так далее. А Великий Русский Писатель в это время пишет повесть о том, как гадки некоторые жены некоторым мужьям — до такой степени, что и убить их не грех.

Collapse )

Ну не говнюк ли? Типичный же токсический абьюзер. Хочется через века крикнуть ей, пусть и далеко не юной уже: девочка, беги оттуда! беги немедленно!

Вместе с тем, дневник Софьи Андреевны — это не сплошные страдания об унижениях и погубленной жизни с говнюком. Это прежде всего интереснейший памятник неуклонно растущей внутренней силы и нравственной, интеллектуальной, социальной независимости женщины даже в таких чудовищных условиях невыносимого давления внутри семьи и извне. Что, возможно, немного видно даже из этого поста и, надеюсь, еще лучше будет видно в следующих моих записях на эту тему. За это Софья Андреевна поплатится посмертной славой "больной на голову истерички и стервы, испортившей жизнь гениальному писателю/мыслителю и приведшей к его преждевременной смерти" — но об этом тоже позже.
кот

Зачем Джоанне Морриган становиться знаменитой?

Ты не живёшь в Лондоне. Ты играешь в Лондон – чтобы выиграть.

В прошлом году в ноябре я, притихшая и непонимающая, читала «Стать Джоанной Морриган», почти автобиографический роман известной музыкальной журналистки Кейтлин Моран [Caitlin Moran], и невольно задумывалась, каким же будет продолжение этой грустной истории о химических зависимостях, систематической аутоагрессии и рискованном сексуальном поведении. Похоже, в промежутке между двумя томами главгероиню подменили. Самое любопытное пропущено: как, каким образом из заблёванной и заплаканной малолетней литсотрудницы на полставки выросла интеллигентная, деловитая и трезвая молодая женщина, на собственном опыте постигающая науку, как быть знаменитой?



Была середина восьмидесятых, и мы все доподлинно знали, что рано или поздно русские непременно развяжут ядерную войну против Западного Мидлендса – угроза настолько укоренилась в сознании, что Стинг даже написал об этом песню, с предупреждением, что всё будет плохо. Вот почему мы готовились к самому худшему.
Мы разработали план побега. Дом нашей мечты был надёжным укрытием для выживания в условиях ядерной катастрофы. С собственным автономным водоснабжением – ручьем или колодцем. С большим участком земли, чтобы мы смогли обеспечить себя продовольствием.
– Разобьём парники, обеспечим себя овощами, – говорил папа.
В доме будет огромный подвал, набитый зерном и оружием.
– Чтобы отстреливаться от грабителей и мародёров. Или чтобы застрелиться самим, – весело добавлял папа. – Если станет уже совсем тяжко.


Это бэкграунд, а что же теперь? В неполные двадцать лет Джоанна-Долли здраво судит обо всём от музыки до экологии, стала менее жёсткой и более рассудительной,  и уж теперь не только ей читают проповеди, но и сама она освоила кафедральный тон. Ей наконец-то удалось освоить главную артистическую мудрость: не можешь  решить проблему, сделай из неё шоу. У Дон О'Портер в «Коровах» схожая коллизия, и в чём-то даже хуже -- там героиню застают за мастурбацией в общественном месте, снимают ролик, ролик этот вирусится, и так она начинает вести блог о мастурбации, её гигиене, техниках, культурных аспектах. Можно сказать, призвание обрела. Так и Джоанне удалось собственный «стыд-позор» практически переозвучить голосом Николая Дроздова в видеопособие по женскому эмпауэрменту. Удалось ценой колоссального душевного напряжения, но удалось же! Прямо-таки репетиция MeToo в отдельно взятом сообществе.

Collapse )

Предыдущие посты о Моран: https://fem-books.livejournal.com/477392.html
https://fem-books.livejournal.com/171068.html
https://fem-books.livejournal.com/308871.html
https://fem-books.livejournal.com/1901899.html
кот

Четверг, стихотворение: Агнешка Осецкая

Агнешка Осецкая [Agnieszka Osiecka] родилась в 1936 году в Варшаве. Её отец, известный пианист Виктор Осецкий, называл себя гражданином Австро-Венгрии, а по происхождению был венгр. Привенгеренный поляк, так называла его дочь в мемуарах, говорил по-польски с сильным акцентом. Родился Виктор Осецкий вообще в Белграде. Сверстники его травили и дразнили из-за тяжёлого кожного заболевания, он ушёл в музыку, быстро эмансипировался от семьи, уехал во Львов, стал работать в казино и сделался весьма популярным музыкантом. Мастерски сочинял песни, был душой компании, гастролировал по Европе... Мать, Мария Штехман, наполовину сербка, наполовину румынка, точнее, арамунка (есть такой народ арамуны, их ещё называют валахи), происходила из помещичьей семьи, учительница польского языка, была администраторшей знаменитого литературного кафе Sztuka i Moda.



После рождения дочери они жили в Закопане, работали вместе в курортной кофейне и вернулись в свою квартиру в «творческом» квартале Саска Кемпа незадолго до начала войны. Ресторан Wаtra, общее дело Осецких, работал в оккупированной столице и, по некоторым сведениям, имел связи с сопротивлением. Варшавское восстание семья пережила, но, как и многих варшавян, лишившихся жилья, немецкая администрация отправила из в транзитный лагерь в Прушкуве, так называемый Дулаг 121. Collapse )

И, собственно, песни и стихи под катом:

Collapse )

Сьюзен Лангер


Сьюзен Катерина Лангер (20 декабря 1895  — 17 июля 1985) — американская философка сознания и эстетики, наиболее известная своей книгой 1942 года «Философия в новом ключе» ("Philosophy in a New Key").

Вячеслав Шестаков "Эстетическая философия Сьюзен Лангер":
"Сьюзен Кэтрин Лангер (1895—1985) относится к числу наиболее значительных и влиятельных философов США завершающегося столетия. Ее труды широко известны не только в Америке, но и во всем мире, они включены во многие антологии, хрестоматии и учебники по философии и эстетике. Эстетические идеи Сьюзен Лангер являются предметом анализа и дискуссии во многих странах мира: США, Великобритании, Италии, Польши, России.
Как и большинство американских ученых, Лангер всю свою жизнь была связана с преподаванием. Пятнадцать лет она преподавала философию в колледже в Редкдифе, затем читала лекции в Колумбийском университете в Нью-Йорке, потом — в женском колледже штата Коннектикут, где в конце концов получила статус исследователя, что позволило ей заниматься исследовательской работой и написанием книг.
Первые труды Лангер — «Практика философии» (1930) и «Введение в символическую логику» (1935) — не получили широкой известности. Работой, которая обратила на себя внимание и принесла ей широкое признание не только в США, но и в Европе, стала именно «Философия в новом ключе» (1942). Затем последовала работа «Чувство и форма» (1953) и сочинение «Ум: очерки о человеческом чувстве» в 3-х томах, которые выходили последовательно в 1967, 1972 и 1982 году. Эстетические ее статьи собраны в книге «Проблемы искусства» (1957). Таково творческое наследие Лангер, прожившей долгую и плодотворную жизнь, занимаясь наукой и преподаванием.
Книга, в которой Лангер изложила главные принципы своей философии, не случайно названа «Философия в новом ключе». Под этим «ключом» Лангер имеет в виду музыкальный ключ, придающий определенную тональность и характер звучания всему музыкальному произведению. В ее книге этот «новый ключ» — идея о символическом характере познавательной деятельности. Под этим ключом она аранжирует все свои философские идеи, сочетая камерное, сугубо сонатное развитие главной темы с полифонизмом ее разработки и достигая эффектного, поистине симфонического звучания в финалах.
Collapse )
кот

Скрипка, деньги и «Титаник»

– Я даже не знаю, как назвать музыку, которую мы исполняем. Классика? Нью-эйдж? Саундтрек к «Титанику»?
– Я называю это «клоп», – отвечает Дебби. – Классика плюс поп. Людям нравится такая музыка, она на слуху, как поп, и при этом солидная, как классика. Они готовы слушать ее с утра до вечера. В рейтинге клоп-музыки у Композитора все первые места.


Джессика Чиччехитто Хайндман [Jessica Chiccehitto Hindman, в переводе ошибочно: Чиккетто], молодая выпускница престижного колледжа, переживает не лучшие времена. Работу по специальности никак не найти, деньги на исходе, обстановка накаляется. По счастливой случайности, она, не профессиональная скрипачка, удачно проходит прослушивание в турне со знаменитым Композитором. Композитора по имени не называют, хотя у некоторых читателей есть подозрение, что речь идёт о Тиме Джанисе. Ну, знаете эти диски: «Кельтское сердце», «Рождественский подарок», «Прекрасная Америка»... Ненавязчивые, почти фоновые мелодии, лишённые диссонансов, не запоминающиеся, текущие и текущие мимо, как вода. Ведь кто-то же их пишет? И ещё какую карьеру на них делает, хоть сам три аккорда правильно не возьмёт и знаменитое бетховенское та-та-та-там, судьба стучится в дверь, не опознает. Худшие подозрения Джессики оправдываются. Выступать ей предстоит под фанеру.



– Знаешь, чего не хватает в этой книге?
Collapse )

Сара Флауэр Адамс


Сара Флауэр Адамс (22 февраля 1805 – 14 августа 1848) - английская поэтесса, написавшая слова одного из самых известных религиозных гимнов - "Nearer, My God, to Thee", последней композиции, сыгранной оркестром тонущего "Титаника". Первой написала музыку для этого гимна ее старшая сестра, Элиза Флауэр, известная в свое время композиторка, хотя мелодий существует несколько.
Их мать умерла, когда Саре было всего пять лет, и воспитанием девочек занимался отец, человек либеральный и в политическом, и в религиозном отношении. Гарриет Мартино была знакома с сестрами Флауэр, и они стали прототипами ее романа "Deerbrook". Также Сара и Элиза Флауэр дружили с Гарриет Тэйлор Милль; в ее доме Сара Флауэр и познакомилась со своим будущим мужем - Уильямом Бриджесом Адамсом, полемистом и железнодорожным инженером. Сара и Уильям поженились в 1834 году.
Сара Флауэр Адамс пробовала себя на сцене, и с большим успехом: в 1837 году в Ричмонде она сыграла леди Макбет, Порцию, леди Тизл. Однако, подвело здоровье, и актерскую карьеру она не смогла продолжить.
В 1841 году вышло ее самое крупное произведение - драматическая поэма "Vivia Perpetua", из жизни ранних христиан: молодая христианка отказывается подчиниться воле мужа-язычника и отречься от веры, и принимает мученическуую смерть.
13 гимнов, написанных Сарой Флауэр Адамс, вошли в сборник, опубликованный ее пастором в 1840-1841 годах. Музыку на ее слова написала Элиза.
Обе сестры имели слабое здоровье, Сару постигла глухота, а умерла она всего в 43 года от туберкулеза. Элиза ухаживала за Сарой, но подорвала собственное здоровье и умерла еще раньше, чем сестра.

кот

Рассказ Ольги Берггольц «Ночь в «Новом мире»», продолжение

Начало здесь

«Петя Волохов... Петя Волохов...» — повторяла Айна, когда они шли к нему обогреться чаем, и слегка дрожала, боясь взглянуть на председателя. А Волохов шел, чуть сутулясь, шинель стояла на нем как труба, и только полы раздражающе бились о голенища. На полпути Волохов остановился немного задыхаясь, и виновато взглянул на Айну.
— Тут страшная высота, — сказал он с трудом. — Вы извините, у меня сильное расширение сердца. Плохо переношу эту страшную высоту.
Он прикрыл глаза обветренной рукой, справляясь с одышкой.
«Как он изменился, — думала Айна, дрожа. — Сколько ему? Он был года на четыре старше меня».
— Товарищ Волохов, — сказала она тихо, — вы меня не узнали?
Collapse )

(окончание следует)
кот

Варвара Вольтман-Спасская

Девочка у рояля

Дочери моей,
Марине Дранишниковой

Стрелки непочиненных часов,
Как трамваи, неподвижно стали.
Но спокойно, под набат гудков,
Девочка играет на рояле.

У неё косички за спиной.
На диване в ряд уселись куклы.
Бомба, слышишь? В корпус угловой...
Дрогнул пол. Коптилка вдруг потухла.

Кто-то вскрикнул. Стёкла, как песок,
Заскрипели под ногой. Где спички?
Девочка учила свой урок,
В темноте играя по привычке.

Так еще не пел нам Мендельсон,
Как сейчас в тревогу. И весь дом был
Музыкой нежданной потрясен
В грозный час разрыва близкой бомбы.

И наутро, в очередь идя,
Постояла я под тем окошком.
Ты играешь, ты жива, дитя.
Потерпи ещё, ещё немножко.

Зимовать остался Мендельсон.
Как надежда, музыка бессмертна.
Стали стрелки. Город окружён.
До своих — большие километры.

Хлеб, как пряник, съеден по пути.
Раскладушка в ледяном подвале.
Но, как прежде, ровно с девяти
Девочка играет на рояле.

1941

Варвара Вольтман родилась в 1901 году в Хосте, в семье Василия Вольтмана, акционера и директора нескольких железных дорог. В начале 20-х годов она, начинающая поэтесса, переписывалась с Андреем Белым.В 1924 году показывала свои стихи Ахматовой, получила одобрительный отзыв. В Мариинском театре познакомилась с главным дирижёром оркестра Владимиром Дранишниковым. От незарегистрированного брака с ним родила в 1929 году дочь Марину, и в том же году вышел её первый поэтический сборник "Первая книга стихов". Дранишников впоследствии уехал работать в Киев и в 1939 году умер. Было ему всего сорок пять лет.

Впоследствии В. В. Вольтман ещё два раза была замужем, но оба брака закончились разводами. Когда началась война, ей с дочерью Мариной не удалось эвакуироваться: с точки зрения ленинградской писательской организации, скромная поэтесса не представляла первостепенного интереса для эвакуации. Блокадная зима и серьёзное ранение в ногу подорвали здоровье Варвары Вольтман, и эвакуация в Ташкент, о которой написан целый цикл удивительно ярких, самозапоминающихся триолетов, стала спасением и для неё, и для дочери. После снятия блокады они вернулись в Ленинград.

Вторая книга стихотворений Варвары Вольтман-Спасской (фамилия попоследнему, самому счастливому браку), "В кольце", вышла в 1968 году, через два года после смерти поэтессы. Марина Дранишникова, которой посвящено это стихотворение, стала известной пианисткой и композиторшей. "Поэма для гобоя и фортепиано" Марины Дранишниковой входит в золотой фонд произведений для гобоя. Осторожно, мелодия привязывается!



Другие стихотворения В. Вольтман-Спасской по ссылке: https://steinkrauz.livejournal.com/tag/%D0%92%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%82%D0%BC%D0%B0%D0%BD-%D0%A1%D0%BF%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F
кот

Четверг, стихотворение: Анья Эрямайа

Анья Эрямайа [Anja Erämaja] родилась в 1963 году на одном из островов архипелага Турку. Сейчас с семьёй живёт в Хельсинки. Закончила Высшую школу дизайна по специальности "Фотография". Со студенческих лет пела в поп-группе "Соковарка", сейчас выступает в составе кабаре-трио Singing Coffee Makers, исполняя песни на собственные тексты. "А вам какое дело" [Kuuuliko tämä teille] — третий сборник стихотворений в прозе Аньи Эрямайа. Он посвящён переезду на новую квартиру и общению соседей в новом доме.




* * *

Здесь кухня — сюда вилки, ножи, стаканы, тарелки.






Здесь гостиная, книги — туда,
пианино — сюда,




нет, ещё поближе,
вот сюда, спасибо.





Здесь спальня, вносите кровать


Collapse )
(перевод Элеоноры Иоффе)


* Виолета Парра [Виолета дель Кармен Парра Сандоваль, Violeta Parra]   —  чилийская поэтесса, певица, фольклористка, художница. Наиболее известное произведение   —  песня "Благодарю жизнь" [Gracias a la Vida], вошедшая в последний альбом Парры, записанный перед её самоубийством. Песня получила международную популярность, переведена на несколько языков, в том числе и на финский, часто исполняется в Финляндии.