freya_victoria (freya_victoria) wrote in fem_books,

Лу Цинцзы и Cюй Юань

Обе поэтессы жили в конце 16-го - начале 17-го веков, обе получили большое признание признание еще при жизни. Они были соседками и подругами, а возможно, и любовницами. В поэзии обеих присутсвует явный гомоэротизм, это бесспорно. Они часто посвящали свои стихотворения женщинам и писали о них, зачастую применяя "словарь любовника" - слова и обороты, которые обычно употребляли мужчины, воспевая женскую красоту.
Лу была родом из Гусу (Сучжоу), нынешней провинции Цзянсу. Ее отец, Лу Шидао, был министром. В 15 лет Лу вышла замуж за Чжао Хуаньгуана (второе имя - Фаньфу) и уехала с ним на Холодную Гору, где они вели идиллическую сельскую жизнь. Говорили, что они своими руками расчищали землю. Первый ее сборник не сохранился, все ее стихи, дошедшие до нас, вышли в двух сборниках, опубликованных в 1600 году.
Лу и Чжао считались образцовой семейной парой культурных людей, разделявших интерес к литературе и любовь к уединенной жизни. Хотя они предпочли жить в отдалении от политической суматохи, их дом на Холодной Горе привлекал множество гостей, их навещали выдающиеся литераторы их времени. Литературные таланты Чжао Хуаньгуана сильно уступали дарованиям супруги, однако он не проявлял зависти к успехам жены, напротив, с большим энтузиазмом писал о ее достижениях в предисловиях к ее книгам и финансировал издание ее сборников.
Лу пренебрегала ограничениями своего весьма высокого социального статуса и часто посвящала свои стихи не только дамам своего круга, но и куртизанкам и служанкам.
To Lady Gu, née Yan
In those days, just married,
little more than thirteen,
You were a marsh-orchid
in your sweet plenitude
An elegant epidendrum
so soft and delicate
Even jade could not compare.
You lived sequestered, alone
In a fine mansion, behind
screens strung with pearls,
And no one ever got to see
your beautifully embroidered dress
Moonlight illumines an empty court
half the double door is shut;
A sweet aroma emanates
from silk bed curtains
    you've just awakened from dreams.
Petals from trees
have finished falling,
    restless crows have settled;
Not raising the pearl blinds,
you chant sutras in the night.
Sunlight draws a clear spring
to flow over fine sand;
In the sand is white jade
pure, without flaw.
Intending to keep butterflies
from flitting among red maples,
You didn't plant peonies
in your spring garden.

А вот стихотворение, посвященное госпоже Сюй:
To Lady Xu of Taiyuan
                  I remember how we met by chance
                      that day in empty autumn hills;
                          hills empty, air so chilled
                             it wilted thickets of sweet herbs.
                  But your silken garments swept away
                      the lonely-cloud-of-autumn mood;
                  Autumn brilliance shone like fire
                      bathing the green hibiscus.
                  Your rosy face, with a flower's grace
                  Glowed and seemed to hold spring breeze.
                  You did not want to tell your name
                  And only said of land and home
                      they were the same as mine.
                   Met but not yet friends, alas,
                      parted, we kept thinking of each other;
                  It was thinking of each other
                      that finally brought us close.
                  Thus I met the charming one
                  When pink buds made the dawn moon lovely
                  And lush green gave a splendor to the sunny spring.
                  In sunny springtime's second month the fair one came.
                  This fair one was so hesitant
                      to make her feelings known to me,
                  So hesitant yet wished to tell
                      the story of her life.
                   She spoke at last of everything
                      of all the troubles in her heart.
                  The fair one's home is west of the misty sea;
                  She was twenty when her phoenix husband died,
                      leaving the phoenix mate to roost alone.
                  Weeping dew in the spring courtyard,
                      the purple orchid suffered;
                    Her fragrance spent itself
                      by autumn draperies as the sun went down.
                  Year after year, time and again,
                      she saddened when the sweet green came;
                  Filled with grief, filled with heartbreak,
                      so soon did autumn once again arrive.
                  By lamplight she was moved to sing
                      the song called ''Cypress Boat";
                    Under flowering trees, could she stand
                      to listen to the calling birds?
                  Birds calling, flowers falling
                      springtime and autumn again;
                  As time passed, the flower of youth
                      was carried away on the current.
                  When mother was thirty and son sixteen,
                 Screens opened, a peacock soared
                      magnificent in many-colored plumage.
                  Newly whitewashed were the walls,
                      the bright mirror gleamed;
                  At the gauze window, beautifully adorned,
                      an orchid swayed, sweet upon the breeze.
                  Wild weeds were promptly cut away
                      before the darkening of autumn;
                   Peach and plum were planted everywhere
                      to make a blaze of beauty in the spring.
                  In the night, when no one knew,
                      she held her beloved grandson;
                  By day she watched the careless maid
                      for errors in her weaving.
                  She traveled with her elder brother,
                      a pleasure-trip to the capital;
                  He took her with him everywhere,
                      her happiness knew no end.
                  But for every three thousand held prisoner
                      ten thousand is paid in ransom,
                  And when she returned she found someone
                      had stolen in, a present made to Xiangru;
                  A beautiful Maoling girl, her face like jade,
                 Now sang at banquets in the tender evening light.
                  Wenjun in grief composed her complaint:
                      "Together till our heads are white."
                  Anguish over the young lord
                      has caused no end of pain.
                  But why the need for so much pain?
                 Why the need for sorrow?
                  This family of so proud a name
                      whom can we call its equal?
                  Elder brother is a great minister,
                      nephew an important scholar;
                  What's more it has an immortal,
                      the Immortal of Red Palisades, who's come
                          to make a pleasant sojourn there.
                  Oh, Red Palisades Immortal!
                      Visitor from Penglai!
                  The dark blue sea
                      is vast and dim,
                          fog and mist divide us.
                  Why do you not inhale
                      essences of moon and stars,
                  Con your spirit texts of gold?
                  Then when white clouds disappear,
                      leaving the tiers of heaven clear,
                  Seize the motion of yin and yang,
                      ride it boldly where you will
                          anywhere in the universe!
(a peacock soared - павлин взлетел, это значит, что юноша достиг брачного возраста. Далее она описывает, как сын Сюй привел в дом жену, у нее родился внук.
А затем сын привел в дом наложницу, и свекровь, возмущается этим. Вспоминая историю Сыма Сянжу, чья жена Вэньцзюнь убедила его не брать наложницу, написав ему стихотворение, она выражает надежду, что сын вновь полюбит жену.

Red Palisade - священная гора, где живут даоистские бессмертные. Здесь Лу сравнивает Сюй с бессмертными.

"Лунное и звездное вещество" - намек на даоистские духовные практики, направленные на достижение бессмертия.)

В этом стихотворении Лу сравнивает некую куртизанку с бессмертными богинями и с великой поэтессой Сюэ Тао (Collator Xue):

To a Courtesan

In skirt of kingfisher blue
robes of peony crimson
You halt your cloud-carriage
at a hidden spot deep
    in a mass of flowers.
Reaching for a red leaf
you casually inscribe some words,
Feeling no less a poet
than Collator Xue of long ago.

A Beautiful Woman Asleep in Springtime
Behind the "mother-of-clouds" screen
in a "seven treasures" inlaid bed
Where tasseled curtains are warm,
scented with aromatic "bunched gold,"
This beautiful woman who last night
sang and danced her heart out
Now twists and turns mothlike brows
trying to evade the morning light.
("Мать облаков" - это слюда, предмет роскоши и признак богатства. Вероятно, речь идет  богатой куртизанке. На это же намекают и другие элементы декора. "Семь драгоценностей: золото, серебро, ляпис-лазурь, хрусталь, агат, рубин, сердолик. "Bunched gold" - куркума, тоже предмет роскоши; ее использовали не только в кулинарных целях, но и как ароматическое вещество.)
The Sick Songstress
She leans for support upon a silver screen,
lately she doesn't allow herself to sing.
Her Chu waist is thin and weak,
hardly able to bear a silk dress.
In her small courtyard the moon sets,
flowers have nothing to say;
Sadly, anxiously, she listens
to rain in the night, falling faster.
(Chu waist - Женщины из южных провинций, которые когда-то относились к царству Чу, считались обладательницами особо изящных и стройных фигур.)

Видимо, адресатка этого стихотворения тоже Сюй Юань - фамилия ее мужа была Фань.
In Response to Lady Fan
Thousands of valleys
wind in the pines,
    thousands of valleys
Each separate note
of the crying birds
    is a separate note
        of sorrow.
I want to send you
my sorrowing heart
    with whom then shall I send it?
I'll send it with the flowing stream
that bears my flowing tears away.

Сюй Юань - также уроженка Сучжоу, старшая дочь императорского слуги Сюй Шитая. С детства проявляла интерес и способности к литературе. Заслужила прозвище "Возрожденная Се", в память о Се Даоюнь. Во взрослом возрасте получила также имя Сяошу, "Маленькая госпожа". Она вышла замуж за Фань Юньлиня, тоже любителя книг, но вскоре обнаружилось, что обязанности жены отвлекают ее от собственной поэтической деятельности. Поскольку семья мужа испытывала финансовые трудности, Сюй Юань ткала на продажу и даже продавала украшения из своего приданного, чтобы поддержать мужа. Хотя они были относительно бедны, Сюй Юань и Фань Юньлинь тоже считались образцовой талантливой парой, поддерживавшей друг друга.
Вскоре усилия Фань Юньлиня были вознаграждены, и он получил должность в Наньцзине. Сюй Юань, в отличие от многих женщин ее круга, не осталась дома, а сопровождала мужа в его деловых поездках. Ей довелось много попутешествовать, и это отражено в ее стихах.
Presented to My Younger Brother's Wife, Ye Niang
                  Her marvelous beauty possesses the fragrant spring,
                  Her manner effortlessly steals the hearts of others.
                  Pacing back and forth, leaning against the curtain screen,
                  Coming and going, her shadow spills across a carpet of flowers.
                  The dressing table mirror reveals the lovely curves of her face;
                  Lowering her head, coiled hair forward, she folds an embroidered kerchief.
                  To her pair of moth eyebrows she lightly applies black kohl,
                  With delicate hands she smoothes on flesh-colored powder.
                  Her qin plays, and flowing water echoes its tune;
                  Pipes perform, and colored clouds unfurl.
                  She composes songs on the River Xiang,
                  Leaves pearls on the Luo River's banks.
                  Patterned curtains obscure the moonlight;
                  Sheer silk awnings ward off fragrant dust.
                  Dreams are broken by dawn at her window;
                  Flowers are bright, fledgling swallows tame.
                  May we meet someday at the riverbank's bend
                  To gather greenery and enjoy a fine day together.

For a Beautiful Woman
                  Pretty eyebrows, envy of the aromatic spring;
                  Eyes with wave-like glances: autumn moons.
                  Gracefully, she walks among the blossom-covered shrubs.
                  A breeze arrives; her light sleeves slightly flare.
                  Her fragile frame cannot withstand the autumn,
                  Listless, she can't bear the endless day.
                  What is it that most touches her emotions?
                  Bamboo shadows swaying over clear waters.
Parting Words to Uncle's Wife as She Returns to Chu
                  Our hearts lingering at the Northern Bridge;
                  Our steps disconsolate as we hold hands.
                  The cold pond's wild flowers wither;
                  The hidden path's fragrant orchids fade.
                  Forever cut off from Wuchang fish scales,
                  Afraid that we'll never see Hengyang feathers.
                  How can I ease my troubled thoughts
                    Ever clinging with the firmness of metal and stone?

Written in Fun for My Cousin in Celebration of Her Wedding
                  In cassia rooms the orchid censer burns brightly;
                  Though cloud-like windows, drums beat anew.
                  A person like the one who sits in the moonlight:
                  A scene rivaling spring in the Han Palace.
                  Perfecting your beauty, you steal glances in the phoenix mirror;
                  Refreshing your makeup, you adjust a green hand scarf.
                  Full of tenderness, yet shy to come from behind the curtain;
                  Wavering light shines upon your back, your waist, your body.
                  Painted sheer silk, floating scarf upon your forehead;
                  Soft thick canopy, richly ornamented bed.
                  Standing screen panels carved from mother-of-cloud;
                  At the heart of the chamber hangs a crescent moon of jade.
                  Hiding from the wind, a lacquer stand reflects green shadows;
                  As you take lotus footsteps, silk stockings emit perfume.
                  You have a husband who will forever serve as your companion;
                  Bring him round to share a cup with us amidst the flowers!
Tags: 16 век, 17 век, reading the world, Азия, Китай, английский язык, китайский язык, поэзия, судьба женщины

  • Post a new comment


    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment