Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Роман воспитания, или Чужая душа

Под этими названиями выходили, соответственно, журнальный вариант и книжное издание единственного романа пермской писательницы Нины Горлановой, написанный в соавторстве с её мужем Вячеславом Букуром. Произведение вполне можно назвать документальным, художественного вымысла там немного. В 1996 году оно вошло в шорт-лист Русского Букера и переменило мою жизнь.



"Роман воспитания" начинается не то в сказочной, не то в библейской манере: Долго ли, коротко ли все было вместе: стены, потолок, сияние под ним и два тела – большое и маленькое. Это все жило. При помощи большого тела ходило тяжелыми ногами по полу, поднимая клубы пыли, а малым телом сосало грудь, а со стен штукатуркой сыпало на пол. Это было хорошо и просто. А потом, по-пастернаковски, о третьем годе явились слова: мама, Настя, отчего-то гнида. А потом оказалось, что Настя и гнида - одно и то же. И так бы и сгинуть девочке под жёстким крылом матери-алкоголички, однако на неё обратила внимание соседская семья художников. Пусть у них самих четверо, но Слава и Нина настроены серьёзно и уже учат Настю рисовать.

Да, я была наивная, простосердечная! Да, чёрт возьми, хотелось сказки! Хотелось эвкатастрофы, победы сил Добра над генетической? душевной? социальной? энтропией, засасывающей девочку Настю в адский водоворот пьяного безобразия. Но силы Добра опускают голову и плачут в платочек, а душа - душа уходит в потёмки. Никого нельзя спасти насильно. Даже если любишь. Особенно, если любишь.


… люди становятся хорошими, когда ссорятся. От них в это время можно что-то получить.

Я сударь, ты сударь, а кто же у нас присударивать станет?

Врать не хочу, оно само врётся.

И тут ему катаклизмы жизнь прописала, как клизмы.

- Миша, не шути!
- А ты выбирай: или я буду шутить, или пить водку.

Вы что, забыли семнадцатую заповедь:  «Не вводи в опупение»?

- Она глубокоуважаемо смотрит так, - сказала Соня, пытаясь как-то выразить то, что взрослые бы назвали «много претензий».

Ты в процессе делания добра совсем озверела.

А есть где-нибудь дома – так, как с брошенными детьми, но только там брошенные папы, чтобы выбрать получше и непьющего?

Мишу пронзила такая боль в спине, что он на некоторое время поверил в Бога.

Советская тёща – самая тёщистая тёща в мире.

- Представляешь, застала его в постели с другой!
- Как обидно, - растерянно ответил Миша.
- Наоборот! Миш, это же новая шуба мне!
- Да, плохо быть бедным… Что с бедного взять? С богатого шубу, а бедного можно только выгнать.
- Опять не то! Ты всегда не то говоришь! Бедного можно под это дело заставить вымыть окна, понял?!

Деньги – они как детки. Хоть и большие, а кажутся всё равно маленькие.

- Вы никогда, наверное, Бася Абрамовна, не нервничали, потому что у вас вырос вон какой сын.
- Разве это вырос? – подняла брови Бася Абрамовна. – Чтоб у вас было столько денег, как вам кажется, что он вырос.

Если б я думала, что мой сын думает только об выпить, так ладно, а он ещё стал после думать, да-да, только об погулять.

Язык голову кормит, язык же и до побоев доводит.

А где вы бываете, черти, когда у меня нет белой горячки?

… биологический музей университета, где на каланхоэ висела табличка: «Не жевать!»

Почему мои дела шли хуже, когда я сам был лучше?

Морщины – это трещины, когда душа растёт.

- Миша, ты в совершенстве знаешь немецкий?
- Нет, просто у меня такой вид.

Под кем лёд трещит, а под нами – ломается.

Оно уже натерпелось от тебя, это отчаяние! Впустила отчаяние в душу, оно свило там гнёздышко, а ты его гонишь!

Но, может быть, предательство – это форма нашего существования?

Неудачи больше о человеке говорят хорошего, чем удачи. Удача говорит о том, что человек выбрал лёгкую задачу. А неудача? Выбрал трудную…

Кисель к стенке прибить нельзя.

Я принял тысячи исповедей и понял одно: взрослых нет, – сказал священник у Мальро.

- Моча отходит? По-большому ходите каждый день? Это и есть счастье! (нянечка в больнице).

Обещает озеро, да едва ли даст из болотца отхлебнуть.

Прошу на моей могиле написать: умер от морального самосовершенствования.

Мы с классом ездили в лес – мальчик нашёл японские часы! А я нашла скелет человека. Разве это справедливо?

- А Бог когда-нибудь плакал?
- Не знаешь, что ли: конечно плакал, когда родился.
Tags: 20 век, Россия, дети, детство, домашнее насилие, мемуаристика, мир искусства
Subscribe

  • Четверг, стихотворение: Эрси Сотиропулу

    Αντο εἰναἰ ένα ποἰημα Это — стихотворение Эрси Сотиропулу [Έρση Σωτηροπούλου] родилась в городе Патры в 1953 году. После путча чёрных…

  • Узница подземелья рассказывает

    Я уже чувствую себя каким-то амбассадором (амбассадоршей) реальных историй о преступлениях, но факт остаётся фактом: эта тема не теряет остроты,…

  • В поисках незначительной детали

    Первая в моём читательском списке книга из лонг-листа международного Букера – «Незначительная деталь» [تفصيل ثانوي] Адании Шибли…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments