Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Categories:

Тамара Михеева: человек и семья

Уральская писательница Тамара Михеева живёт с семьёй в селе Миасское, работает учительницей литературы, воспитывает двоих сыновей. И пишет очень необычные детские книги. Очень разнообразные.



После жёстких, проблемных «Янки» и «Лёгких гор» неожиданно буколическое впечатление производит «Полынный слон». Будни мальчика Никиты описаны с нежностью, с сочувствием. Почему-то принято считать, что малышам и переживания присущи маленькие. У Никиты по-другому. Вот он, поврослевший и гордящийся, идёт в детсад на полный день, а там так скучно и тошно без мамы – а мама работает, ей чудом подвернулась интересная работа. Вот папа вместо обещанной пуделихи Смородинки принёс домой тощего и мокрого уличного щенка Кренделя. К вопросу о гендерных предрассудках: Никита искренне считает, что мужчина не может любить пуделя. Разве что овчарку. Таинственная игра с мамой «нешевелюха-молчанка», в которую мама только и в состоянии играть, оборачивается тяжёлой беременностью, а несколько недель гречки и опостылевших котлет-ёжиков на обед – рождением маленькой, хрупкой девочки. Значит, интересная работа в лучшем случае откладывается. Ну, а Никита уверен, сестрёнка – это здорово. Правда, именно теперь он начал задаваться сложными недетскими вопросами:

– Мама, вот люди умирают, а зачем?
– Какой трудный разговор ты завёл, Никита...

Идиллия уходит из мира детства... да и существовала ли она, эта идиллия?

Новеллы сборника «Доплыть до грота» скорее напоминают эскизы будущих повестей.Общая тема – необычные семьи. Меня, помнится, потрясла формулировка психотерапевтессы Харриет Лернер, что сводные семьи есть, а смешанных семей не существует. Семьи не смешиваются. Михеева поднимает тему этих «смешений». У Альки семья расширенная – в неё входят все коллеги родителей по театру. Если бывают театральные пасторали, «Алька» – одна из них. У Сони Ким в «Непутёвой Кате» – наоборот, уменьшенная, настоящий папа далеко, в Швеции, а отчим – как-то примет отчим? Зоя, за три года похоронив мать и бабку, приходит в семью отца, к мачехе и сестре, а сестра младше Зои всего-то на несколько месяцев («Карманы, полные шишек»). Представляю себя на месте мачехи. На самом деле – не представляю. Вот так и получается: единственный родной человек по документам чужой, не дед, а бабушкин муж, а родные по паспорту – фактически посторонние... В «Если ты воздух» совсем необычная история: у мужа сын от первого брака, у жены дочь от первого брака. Дети вырастают вместе и – венчаются. По пути наименьшего сопротивления, шутят они, хоть шутка и не слишком весёлая. А девочка-подросток сопротивляется, не хочет общаться с бывшим другом.

– Зачем ты так с ним? Может, ты его воздух, и перекрываешь ему кислород…

Условно не-семейные рассказы Михеевой – настоящие триллеры: что «Три желания» о мальчике, выполнявшем желания поселковой королевы, недалёкой и несчастливой девочки, как юный рыцарь выполнял бы повеления настоящей королевы, что, тем более, «БГ», где в качестве кульминации одноклассники насильно кормят тортом девочку с целиакией. Держат за руки, за голову и пихают силком этот торт. Развлечение такое. В новелле «Шесть миллионов шагов» Агаша бредёт пешком от города к городу, ночует по кустам и по пустым домам.

Не быть ничьим воздухом, только своим собственным – этот же порыв движет и фантазийной героиней, тринадцатилетней Мией из одноименного романа. Было бы желание, в «Мии» можно найти мотивы от гриновских до крапивинских. Здесь и абсолютно фольклорный «помощной зверь», гигантский чёрный кот, и драконы, и межпространственные перемещения посредством специальной технологии. Но основной темой остаётся путь женской индивидуации. Не выйди дочка маячника из дому украдкой, не оставь родителей, сестёр и братьев ради вечного тряпично-мишурного праздника – бродячего цирка, так и прожила бы она всю жизнь, работая по хозяйству, заботясь о младших и претерпевая от старших. Но всё случилось иначе. И вот парадокс: большой мир, в который выходит Мия, оказывается завязан на судьбу нескольких поколений её семьи. Прабабка, бабка, дед – все оставили свой след, и по этому следу, спотыкаясь и тревожась, бредёт внучка-правнучка. А история, как всегда, учит тому, что история никого ничему не учит.

Мия всхлипнула и продела в кольцо ракушки кожаный шнурок, повесила на шею. Она наконец поняла, зачем бабушка дала ей именно её. Эта ракушка была самой простой, самой обыкновенной, из тех, что валяются под ногами сотнями, и мы даже не замечаем их. Но именно поэтому она так остро напоминала о доме.
Tags: 21 век, Россия, детские книги, повесть, рассказ, реализм, русский язык, фэнтези
Subscribe

  • Emmy van Deurzen "Psychotherapy and the Quest for Happiness"

    Эмми ван Дорцен – экзистенциальная психотерапевтка, создательница собственного метода – философской терапии, основанной на…

  • Рассказ Юдоры Уэлти

    Благотворительный визит Ясный холодный день, время близится к двенадцати. Держа перед собой горшочек с цветком, девчонка лет четырнадцати спрыгнула…

  • Кто боится Юдоры Уэлти?

    Писательницы американского Юга обрели долголетнюю заслуженную популярность на постсоветском пространстве. С детства мы читаем и перечитываем Харпер…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments