May 9th, 2021

кот

Подборка к празднику: о войне и не только

Сразу хочу оговориться, что это не такой исчерпывающий перечень, какой составила бы профессиональная специалистка в области истории Второй мировой или социологии, и предлагаю считать нижеследующий текст списком дилетантки.



О Ританне Армени, точнее, о её документальной повести, посвящённой Инессе Арманд, в сообществе уже рассказывалось: https://fem-books.livejournal.com/1498443.html. Темой советских военных лётчиц журналистка заинтересовалась неожиданно для себя,Collapse )

Ещё в декабре 2019 года в издательстве АСТ вышли мемуары клавесинистки Зузаны Ружичковой [Zuzana Růžičková] «Сто чудес» [One Hundred Miracles] о пережитом в период нацистской оккупации. За плечами хрупкой музыкантши Терезин, Аушвиц, Берген-Бельзен.Collapse )

Затронув тему концентрационных лагерей, позволю себе прорекламировать монографию мужского авторства: «Жизнь вопреки. Стратегии выживания в нацистском женском концлагере Равенсбрюк (1939-1945 гг.)» Станислава Аристова [Common Place, 2018]. Очень непростое чтение, в месяц по чайной ложке, однако нужное.

И из того, что я ещё не прочла, но нацеливаюсь: Ольга Германовна Жукова, «Культурный фронт Великой Отечественной войны» [Вече, серия «Великая неизвестная война», 2020].Collapse )

Алэн Польц "Женщина и война"


"Статистика, необходимая и неизбежная в любом военно-историческом исследовании, превращает, увы, безмерные страдания миллионов людей в аккуратные колонки цифр. Это нехорошо, поэтому закончить статью я хочу безыскусным рассказом о пережитом одной венгерской женщины, Алэн Польц. Кто такая Алэн Польц? Добрый человек. Очень добрый человек (она и работу себе нашла соответствующую - врач психотерапевт в хосписе). До чтения ее мемуаров "Женщина и война" (опубликовано в журнале "Нева", №2/2004 г.) я думал, что такой добротой и смирением могут обладать только бестелесные ангелы. К сожалению, эта вполне земная женщина 19 лет от роду оказалась в конце войны в маленьком венгерском городке, ставшем на несколько месяцев прифронтовой зоной.
Алэн Польц рассказывает о том, что она видела и пережила с удивительной кротостью и сочувствием ко всем людям. Даже то, что в устах современного журналиста показалось бы мне омерзительной игрой в "политкорректность", у неё звучит естественно и человечно. Разумеется, она не забывает постоянно напоминать читателю о том, что "венгерские солдаты вели себя в русских деревнях не намного порядочнее".
Она успевает придумать объяснения и оправдания всему ("я узнала, что обвиняют нас в том, что мы шпионы, потому что точь-в-точь после боя часов на колокольне бомба попала прямо в русский штаб, и погибло много народу. Они думали, что мы подавали сигналы из церкви. Им невозможно было объяснить, что башенные часы бьют регулярно, потому что заведены, это простое совпадение. Вообще, русским очень многое нельзя было растолковать. Они жили в другом мире, у них был совсем другой опыт. Логика их тоже была иной. Они не знали, что такое башенные часы...")
Она находит оправдание даже этому:
Collapse )

Источник