June 1st, 2020

кот

Мнуха Брук и «Семья из Сосновска»

Сегодня хочу пополнить рубрику «забытые имена» и от души желаю, чтобы это имя вспомнили. Шестидесятые годы, по моему скромному субъективному мнению, вообще время расцвета и разнообразия советской детской литературы, но «Семья из Сосновска» Мнухи Брук такое необычное произведение, что его можно назвать уникальным. Перед нами история многодетной еврейской семьи из украинского местечка в черте оседлости. И быт, уклад, речь этого самого местечка — штетла, как сказали бы его обитатели и обитательницы, сохранён с трепетом и с любовью. Подпольно-революционные события, развивающиеся на фоне этого быта, даны лишь конспективно, в той мере, в какой десятилетняя Муся Левин могла быть в курсе дел взрослой старшей сестры, увлечённой конспиративной деятельностью. А вот просто жизнь, нереволюционная...

Мама внесла в зал маленький кипящий самовар, постелила на стол толстую домотканую скатерть и вынула из старого буфетика сахарную голову, завёрнутую в толстую синюю бумагу. Большим ножом и молотком она отрубила кусок сахара величиной с кулак, щипцами расколола его на мелкие кусочки и положила в сахарницу. Потом она разрезала оставшуюся с субботы половину халы и вышла из комнаты.
Вскоре мама вернулась вместе с крестьянкой, усадила её на деревянный диван перед столом и налила стакан чаю. Крестьянка пила чай из блюдечка и ела халу, отламывая маленькими кусочками. Говорили они с мамой на украинском языке, который в те времена считался деревенским. Женщина рассказывала, что её муж погиб в японскую войну и оставил пятерых детей мал мала меньше.
Мне показалось, что мама и крестьянка похожи друг на дружку...



Collapse )