November 1st, 2019

кот

О чём вспоминают жёны

Мэрилин Ялом [Marilyn Yalom], сотрудница Института гендерных исследований Клейман [Clayman Institute for Gender Research] известна добротными и обстоятельными исследованиями на темы, которые в общественном сознании воспринимаются как щекотливые, щепетильные и даже отчасти тревожные. Достаточно перечислить названия её работ: "Смертность, материнство и литература о безумии" [Maternity, Mortality, And The Literature Of Madness], "История груди" [History of the Breast, имеется в русском переводе (Эксмо, 2011)], "Общительный пол: история женской дружбы" [The Social Sex: A History of Female Friendship], "Как французы изобрели любовь" [How the French Invented Love: Nine Hundred Years of Passion and Romance, имеется в русском переводе (Эксмо, 2013)], "Американский погост, или Четыреста лет истории кладбищ и мест погребения" [The American Resting Place: 400 Years of History Through Our Cemeteries and Burial Grounds]. Совсем недавно в издательство НЛО в серии "Культура повседневности" вышел самый популярный труд Мэрилин Ялом "История жены" [A History of the Wife] в переводе Дарьи Панайотти.



Конечно, такую глубокую и сложную тему нельзя охватить полностью, как нельзя объять необъятное. Тем более, что страниц всего пятьсот с небольшим. Первые главы напоминают по форме очерки, краткую характеристику этапов замужества как явления: библейская культура, античная Греция, Рим, средневековье... На любую из перечисленных тем Ялом с её эрудицией могла бы создать монографию, но по-настоящему оживляется, когда дело доходит до удела жены в протестантизме.

Трансформация брака и семьи в ходе Реформации годится в сюжеты для десятка-другого исторических романов. Collapse )

Upd.:Современность у Ялом начинается с 1940 года. Вторая мировая война, спровоцировав уход мужчин в армию и на флот, дала возможность женщинам, состоящим в браке, закрепиться на профессиональных позициях, которых они бы не видали как своих ушей: судьбой замуней женщины было чаще всего увольнение. Вообще современная семья с двумя зарплатами и двумя карьерами начиналась в сороковые-роковые. Все мы помним массовый вал американской пропаганды "женщина, иди на завод, поддержи армию делом, финансами, огородом, наконец, сама, наконец, сходи повоюй". Но после победы был такой же массовый вал пропаганды с обратным знаком, чтобы убрать женщин с рабочих мест. Мавританка сделала своё дело, мавританка должна уходить. А отказываться от профессиональной реализации, карьерных перспектив и зарплаты многие уже не хотели. Трагедия супруги-домохозяйки, описанная Бетти Фридан, росла ещё и отсюда.

Как Мэрилин Ялом оценивает сексуальную революцию? Не однозначно положительно, связывает с нею рост числа абортов, вензаболеваний, родителей-одиночек. С другой стороны, она и пятидесятые не идеализирует, в отличие, например, от Джессики Лэйхи. Домашнего насилия тогда было не меньше. Просто избиения жён и детей были не в фокусе общественного внимания, частное дело частного домохозяйства. Семья продолжает изменяться, изменяется и роль жены, и если книгу Мэрилин Ялом нельзя считать исчерпывающим руководством, как введение в проблему она вполне годится.