Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Четверг - стихотворение: Мажанна Богумила Келяр

Мажанна Богумила Келяр [Marzanna Bogumiła Kielar] родилась в 1963 году в небольшом городке Голдап, поблизости от литовской границы. Она закончила философский факультет Варшавского университета. С 1991 года работает в Академии специальной педагогики, сначала ассистенткой на кафедре философии, теперь защитила докторскую диссертацию и читает лекции. С 2006 года руководит студией эвристики на кафедре педагогики творчества. Основные мотивы поэзии: природа, сексуальность и смерть.



Итак, пятиминутка погожего лета.

* * *

ещё час назад туманное утро
не предвещало такого огромного, ясного неба,
сверкания рыбок в нагревшихся водах пруда;
радости от того, что взлетающие дикие утки
оставляют отчетливый след на зыблемой глади:
августовского дня
и долго влекут за собою взгляд, всё более спокойный.
Ржавых садов наполняются чаши,
сыплются зерна из колосьев.
И тихнешь, удивительно невинный. Чистый:

пологие холмы стоят в великолепном свете,
в травах, низко, стелется смерть.

В тени

в воздухе запах и жужжанье,
расцвели каштаны, стоят тяжёлые во влажной тёмной зелени:
украдкой ты манишь меня,
луч солнца, настигаешь:
как Сусанна, молодая и чистая, купается передо мною смерть,
что-то напевает, волосы собрала в узел,
поднимает кверху
гребнем из кости, обнажая шею, для моих губ?
Накрашенных губной помадой?
Ветер доносит из-за дома свежий запах древесины,
сосновых бревен, сложенных у дороги;
пахнет живицей,
с приближеньем вечера сильнее,
в блокноте телефон, который нужно вычеркнуть —
как цветная, вышитая подушка, день ускользает
из-под головы

Нагота

ветви облеплены белой и розовой пеной,
пчелиным жужжаньем;
крылья дня раскрываются солнцу, легчайшему ветру,
запахам скошенных трав луга
и длинных ромашек у южного края.
Затенённый, темнеющий берег пруда.
Твоя рука в моих волосах и на шее,
деликатно. И вся её хрупкость (и дрожь?)
Нагота раздвигающихся листьев, густеющей
зелени, пальцы, спускающие плечико платья.

В саду, босиком

стряхиваю с ноги муравья
и смотрю, что он сделает с дарованной ему жизнью,
с этим временем, с малой каплей.
В жёлтом свете тропинки он догоняет собратьев,
убивающих какое-то насекомое, подвижных, хищных.
Он не ведает о моём, длившемся миг, колебанье.

У горячего камня, под ливнем солнца, в саду плодоносном
ты одно только это и видишь, прозорливое якобы око,
слепое око поэта:
только этот плотоядный цветок с греческим красивым названьем
(thanatos) как он открывается и закрывается.
И не можешь этого ни понять, ни проверить
никаким живым способом. Того, что тебе дано будет тоже;
сорванные почти чёрные, сладкие вишни
истекают кровью в моей ладони.

Искушение

мгновение всего лишь

эту изумлённую радость, когда ты наконец приезжаешь
и выносишь вещи из старой
рассыпающейся машины, эту радость подобную водопаду
и всё что к ней причастно
мягкую паутину света под сенью каштанов
брошенный огрызок и то, как ты затягиваешься, щуришься
пепел падает на рубашку, стряхиваешь его быстро
одновременность жёлтых астр, облака пыли над дорогой
и праздник такой, поскольку ты близко
ласточки всё ниже, к дождю, всё меньше неба
и свет уже лишь из щелей, из трещин
в темнеющих тучах

эти обрывки, их безвозвратность
запомнить, ни для чего

Поездка

Утро как капсула с мускусом
хочется раздавить, растереть в пальцах
и чтоб на подушечках запах остался, крепкий.
Табачные листья сушатся возле убогих
обшарпанных домиков, будто обмытых водою,
свежих от влаги утреннего тумана.
Стерня и поздние плоды. Пустые чёрные гнёзда
у шоссе, высоко на деревьях;
я еду к тебе и тебя разбужу, наверно,
и ты не начнёшь уже день с папиросы и кофе,
который ты готовишь с гвоздикой,
я везу тебе сад, ароматы
целого сада

* * *

стая голубей расцветает белая на синем
полотнище тучи, над городом, когда я открываю окно,
и мягко скользит вниз:
день делает свой первый вздох; нагой —
каких он ждет теперь имён
в улочках серых?

Ты спишь не отвернувшись и сжимаешь в пальцах
край простыни, тень ночи, которая, отступая,
говорит, уверенно и спокойно: «Я отдаю тебя только
на время».

Яблоко

я подымаю плод, он в плесени, струну
молчанья, смерти трогаю невольно.
Смятая вокруг ног простыня травы тяжела от росы,
потому что начинается ночь и в комнатке в мезонине
по возвращении
одиночество: кружащие, крикливые птицы,
спугнутые со своего ежедневного места;
распадаешься, исчезаешь (любовь) и с тобою то,
что не имеет значенья, что всё ещё будит нежность
(шрам на пальце, очки в роговой оправе),
безвозвратно, бесследно.

Собаки

учуяли что-то, и я заглянула под листья функии.
Я заперла собак и взяла в кухне банку —
лягушка вкатилась внутрь, измазанная глиной
и, пожалуй, испуганная. Когда я несла ее к речке через
подмоклое поле, припомнился мне фрагмент,
читанный утром, о гармонии с жизнью, без постулатов,
какой она быть должна, без желаний;

позволь жизни быть такой, какая она есть, и расслабься –
припоминала я слово за словом, выпуская лягушку
в полутени
вода блестела, как навощенное дерево,
и дно, перемеленное на песок. Водяной паук
сидел в своей подводной станции, в колоколе паутины.

Возвращалась я плотиной;
слова жужжали в тяжелой банке дня,
как одымленные пчелы, жалили. Собаки на меня смотрели
сквозь остекленную веранду —

* * *

какой ласкающий сегодня свет: в благости облаков,
после чёрной ливневой ночи, озарённой любовью. Ветер
срывает мокрый пух с ветвей и несёт на лица,

июньское воскресенье раскрывается, как бутон, —
пахнет полынь и тимьян, который я когда-то рвала
для ослепшей прабабки; её старые руки
с ломающейся при движеньях кожей
хватаются за хрупкие льдины памяти. Её палка. Тень,
повторявшая линию плеч
и бёдер, беспомощно, теряя подробности,
как если б уже тогда
(под стеной сиреней или у калитки)
она была лишь воспоминаньем
или отыскиваемой в памяти
деталью.

Лёжа на спине, я смотрю, как ястреб сидит на вершине
воздушного столба, как стряхивает с перьев воду;
в волосы вплетается трава, в радужки –
радуга, и скольжение ласточек

над обрывом дня.
Лучезарность, между дождями.


Перевод Н. Астафьевой
Tags: 20 век, 21 век, Польша, перевод, польский язык, поэзия, природа, русский язык
Subscribe

  • Стефания Хлендовская

    Стефания Хлендовская (8 апреля 1850 — 7 марта 1884) – польская писательница. Сведения о ней довольно скудны, даже портрет не удалось…

  • Марыля Вольская

    Марыля Вольская (13 марта 1873 — 25 июня 1930) — польская поэтесса и писательница из Львова. Писала под псевдонимом "Иво…

  • Хелена Пайздерская

    Хелена Янина Пайздерская, урожденная Богуская (16 мая 1862 - 4 декабря 1927) - польская писательница, поэтесса, переводчица. Родилась в Сандомире…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments