October 23rd, 2018

Susie Orbach "Hunger Strike"


Книгу "Hunger Strike" ("Голодная забастовка") Сюзи Орбах посвятила анорексии. Книга написана в 1986 году, как раз в тот период наблюдался рост этого синдрома в западных странах - началось это в 1970-х, а в 1980-х тенденция еще более усилилась. Орбах рассматривает анорексию в широком социальном контексте: как ухаживают за девочками в младенчестве и как их воспитывают в семье; какие культурные послания получает женщина в детстве, в юности, во взрослом возрасте; какие стандарты красоты существуют в обществе.
Эстетические идеалы существовали во все времена, но в последнее время, как утверждает Орбах, стандарт меняется всё чаще, и в целом с начала 1960-х идеальная женская фигура становилась всё худее и худее
Еда играет важную роль в жизни женщин: женщины должны кормить других - и в то же время им предписывается ограничивать себя в еде.
Женщина с анорексией гонится за худобой, но не может осознать, что уже худая; у нее нет уверенности, что она достаточно худая или что худобу удастся удержать надолго. Хотя анорексия - крайний случай, но неуверенность, что их тело "в порядке", знакома многим женщинам. Худобу, к которой стремится женщина с анорексией одновременно можно рассматривать и как ультра-фемининность, и как отрицание женственности (при анорексии не только исчезают свойственные женскому полу "формы", но даже и менструации).
Collapse )
кот

В доме музыка жила

Валентина Чемберджи -- известная переводчица с древних и новых языков. "Автобиографию" Агаты Кристи, которую у нас в сообществе часто обсуждали, мы знаем именно в переводе Чемберджи и Дорониной. Несомненно, кому-то из уважаемых читательниц встречалось её имя в мемуарах Владимира Познера, её первого мужа. "Прощание с иллюзиями" я, к сожалению, до конца не осилила, а вот воспоминания самой Чемберджи  -- это одно из самых мощных литературных впечатлений последнего времени.



«В доме музыка жила» – записки не только о великих: о Шостаковиче, Рихтере, Прокофьеве, упомянутых на обложке. Это и о тех, кого помнят меньше. За фамилиями, знакомыми со школьной скамьи, встают интересные, убедительные и часто – трудные истории. Николай Раков происходил из купцов, что тщательно скрывал. Однако регулярно посещал родную Калугу, где его семья строила жилые и промышленные здания, и возвращался оттуда с неизменной сардонической усмешкой. Что-то опять угробили – значило это выражение лица. М.Р. Раухвергер, этюд которого я полгода мурыжила, оказывается, трогательно заботился о своей парализованной жене. Тихон Хренников – ныне одиозный, а всё же-всё же «Колыбельная Светланы», «Друга я никогда не забуду», «Московских окон негасимый свет» – умел ценить дружбу, но мог и посмотреть на давних друзей особым тяжёлым «государственным» взглядом. А кстати, про Шостаковича. Аж в самой Википедии пишут: его жена, Нина Васильевна Варзар, была по профессии астрофизиком, отказалась от научной карьеры и полностью посвятила себя семье. Как бы не так. Вот что пишет о ней Валентина Чемберджи:

Нина Васильевна,независимая, яркая и незаурядная, всегда жила своей жизнью, не принося жертв. Физик, она с увлечением работала по своей специальности. Она не принадлежала к тем избалованным «жёнам», которых недолюбливала моя мама, но сама была личностью...

Улетала жена в командировки, а муж, всемирно известный, пестовал детей и стоял у плиты. И ничего. Не убыло от священного гения.

Ещё немного о положении женщин в СССР:

Collapse )

Вот такой гендерный парадокс. Определяться через пол унизительно, но быть причисленной зоилами к почётным мужчинам -- звучит гордо. И что характерно, Зара Левина была гораздо талантливее и тоньше, чем её недоброжелатели. Чтобы убедиться в этом, достаточно прслушать вокальный цикл на слова Эммы Мошковской, да хоть романсы из репертуара Шульженко "Малыш" и "Я разлюбила вас". Особенно последний, очаровательная пародия на дворовую лирику. Текст сочинила блестящая певица и фольклористка Л. Глазкова. Несправедливо забытая. Это как припев после женских имён в мемуарах -- несправедливо забытая, несправедливо забытая...

Детство в "В доме музыка жила" окрашено в идиллические тона, полнится светом, полнится музыкой -- концерты, пластинки, отдых в Доме композиторов в Рузе... О родителях -- ничего, кроме любви. Познер, к слову, пишет, что Левина тиранила единственную дочь, доводила до обмороков. Ничего подобного в мемуарах не описывается. А о взрослой жизни Чемберджи пишет подчёркнуто скупо, скромно. Как будто ничего интересного после -- не произошло.