?

Log in

No account? Create an account

fem_books


Книги, рекомендуемые феминистками


Феминистская серия от издательства Common Place
Кухтыль
mansikka01 wrote in fem_books
Издательство Common Place объявляет о запуске серии «Ѳ», в которой планируется издавать прозу забытых русских писательниц XIX-XX веков. Первая книга серии уже вышла, это роман писательницы и поэтессы Любови Копыловой (1885—1936) «Одеяло из лоскутьев», написанный в 1934 году.

Цитата с сайта:
Идея серии возникла в попытке ответить на вопрос, почему до 1917 года в истории русской литературы так мало женских имен: мы хотим показать, что женское письмо в России имеет более давнюю традицию, чем принято думать. «Ѳ» — не только и не столько «занимательная археология», сколько восполнение лакун, возвращение читателю забытых женских имен и важных текстов.

Редактор-составитель серии - Мария Нестеренко, у неё есть канал в телеграме: https://t.me/rozacetkin, а вот здесь можно прочитать интервью с ней: http://prochtenie.ru/texts/29447

Мария Бурова, автор канала Женщина пишет, расспросила Марию о серии:
«Главный критерий отбора, чтобы книги были интересны с определенной точки зрения. Например, чем интересен роман Любови Копыловой? Да всем. Это, с одной стороны, роман про взросление, но какой колоритный материал, и какая необычная траектория. Ну и вообще, вот нам показывают судьбу интеллигентки в пред и -пореволюцонную пору, и важно, что писательница берет материал не с потолка, а из своей собственной жизни.

Строгих хронологических рамок в нашей серии не будет, но предполагаю, что чаще всего это будет вторая половина XIX — первая половина ХХ века. Это не обязательно будут какие-то манифесты феминизма, нет, но такие писательницы нас тоже интересуют. Также нас интересуют в литературе отражение женского опыта как такового. Пока что в нашем портфеле — критик Елена Колтоновская, очень яркий и интересный, и писательница Анна Мар».
https://t.me/readwomanread/405

Страница книги на сайте издательства:
http://common.place/kopylova/

Милдред Вирт Бенсон - "мама Нэнси Дрю"
freya_victoria wrote in fem_books

Нэнси Дрю (Nancy Drew) — литературная и киногероиня, девушка-детектив, известная во многих странах мира.
"Для нескольких поколений девушек Нэнси стала частью жизни и кем-то родным. Мы надеялись, что её приключения никогда не закончатся. Во время еженедельных визитов в библиотеку мы выискивали на знакомой полке книги с жёлтыми и синими корешками в надежде, что следующий том никто не забрал.
Эти книги находились в секции под буквой «К», по фамилии загадочной писательницы Кэролайн Кин, о которой ничего не было известно. «Кто она? – думали мы. – Что за невероятные события происходили в её жизни?»
И, пожалуй, мы были слегка разочарованы, когда, уже будучи взрослыми, выяснили, что Кэролайн Кин – лишь псевдоним нескольких литературных рабов, нанятых компанией «Синдикат Стратемайера» (которая также выпускала серии книг «Братья Харди», «Том Свифт» и «Близнецы Бобси») и писавших романы по заранее продуманному сюжету.
Но настоящая Кэролайн Кин – первая, и лучшая, из этих авторов, которая наделила Нэнси её личностными качествами и проницательностью, сделала её храброй и независимой – была именно такой, как мы надеялись. Её звали Милдред Уирт Бенсон. В ночь вторника в возрасте 96 лет она скончалась в Толедо (FV - Бенсон умерла 28 мая 2002 года).
В день своей смерти она пошла на работу, села за стол и начала редактировать свою ежемесячную колонку «Заметки Милли Бенсон», которую писала для газеты своего родного города “Blade”. Милли Бенсон была дерзкой и энергичной. Она работала на “Blade” и её предшественника “Toledo Times” 58 лет, и, даже когда ей было за 90, не желала бросать своё дело. «Позвони моему адвокату», – отвечала она любому, кто, даже деликатно, намекал на то, что ей пора на пенсию. Даже формальный выход на пенсию в последний год жизни не мог её остановить.
Read more...Collapse )

Sheila Jeffreys "The Industrial Vagina"
freya_victoria wrote in fem_books

В оригинале книга называется "The Industrial Vagina: The Political Economy of the Global Sex Trade".


О скудости ролевого репертуара
кот
maiorova wrote in fem_books
Привлекло меня не только заглавие, но и то, что действие происходит в шестидесятые годы. Мрачную изнанку "свингующего Лондона" Дженни Фабиан настоятельно требовалось чем-то оттенить, и Денвер американской дебютантки Синтии Суонсон показался подходящей заменой. Примет времени как таковых в "Книжной лавке" немного. Разве что по радио звучат Shirelles и The Four Seasons, да в моду входят наряды а-ля Жаклин Кеннеди. Ну, Карибский кризис ещё за кадром шевелится. Но в целом: провинциальное сонное царство, так отличное от заморской столицы мод, рока и разврата...



Признаюсь, худшего кошмара в моей читательской судьбе и не упомню. Это натуральный кошмар. Не оттого что скверно написано, написано как раз на крепком среднем уровне. Это именно запись кошмарного сновидения, в котором просыпаешься в другой, не менее, а то и более жуткий сон. До утра проворочалась, сама задремать боялась. Итак, в центре сюжета молодая женщина по имени Китти Миллер. Ну, это для нас она молодая, а для Детройта времён Кеннеди классическая старая дева с причудами. В тридцать ещё не замужем, держит книжный магазин, популярно рассказывая о новых книгах, пестует котика Аслана (я не шучу), находится в лучезарной переписке с мамой и папой и в глубокой дружбе с Фридой, подругой и совладелицей "библиолавки". И этой-то Китти начинают сниться сны.

[лютые спойлеры]В этих грёзах она уже не Китти, а Катарина, хозяйка просторного богатого дома, боготворящая супруга красавца мужчины с больным сердцем и любящая мама двоих... нет, постойте, троих близнецов. Поначалу Китти ведёт себя, как шпионка или засланный казачок, ступат ощупью, только изображая в постели страстную жену, а в детской заботливую маму. Выясняется, что одинокая самостоятельность не так-то её и прельщает, да и замуж она была бы не прочь, да один кандидат выбрал другую, второй провалился куда-то, не успев познакомиться... Кстати, как его звали? Это же кавалер, это же не суслик, его же как-то звали! Но постепенно сонный морок затягивает, завлекает, после чего сбывается анекдот про туризм и эмиграцию. За семейное счастье Катарина расплачивается всё новыми и новыми жертвами: за полноту материнской любви неизлечимой болезнью ребёнка, за статус полноценной женщины потерей своего дела и дружбы, за чудесное спасение благоверного страшной смертью родителей. Любимая певица, и та трагически гибнет в авиакатастрофе. Здесь я с героиней похожа, тоже люблю Пэтси Клайн...

В конечном итоге выясняется, что фантомом было вольное житьё в книжной лавке, а реальность вот она-вот она, на шпинделе намотана, и Китти выбирает окончательно стать Катариной, прочувствованно прощается с призраками родителей и уходит в семью. Жертва принесена. Катарина заслужила быть женой и матерью. Хэппи-энд, ёлки.

Одновременно в грёзе и в действительности умудрялся существовать только кот.


И я читаю-читаю и думаю: что ж мне этот подход "либо ты в семье, либо ты не в семье" напоминает-то? Что ж мне саднит-то, как льдинка в глазу, эта невозможность усидеть на двух стульях -- работать и иметь семью, любить мужа и любить родителей? Вспомнила! Нашумевший прошлогодний хит Эммы Клайн "Девочки" [the girls]. Написанные гораздо более искусно, замысловато, местами почти вычурно, до навязчивости полные примет времени -- мелодий, аксессуаров, фирменных названий, "девочки" по сути сводятся к той же нехитрой максиме. Либо ты в автобусе, либо ты не в автобусе (с) "Электропрохладительный кислотный тест". Либо ты в игре, либо вне игры. Либо у тебя есть семья, причём безразлично, какая, хоть ячейка общества, хоть антиобщественная мафиозная группировка, либо нет семьи и ты ноль. Собственно, почему горюет Эви в финале "девочек"? Из-за того, что подруги её убивать не взяли? Выходит, что так. В десятилетиях её последующего прозябания не было ни-че-го, по силе и мощи душевного переживания хотя бы равноценного Семье. Пусть умом повзрослевшая Эвелин Бойд отлично понимает, что глава коммуны был ничтожным мерзавцем, чужими руками загребавшим жар, что наркотики были всего лишь наркотиками, попойки всего лишь попойками, а грязные безлюбые совокупления грязными безлюбыми совокуплениями -- сердцем она там, в Семье.

В ячейке общества.

После Клайн я осилила до половины суровую документалистику "Helter Skelter: Правда о Чарли Мэнсоне" В. Буглиози и К. Джентри. Когда-нибудь возвращусь, наверное, но целиком это было бы невозможно, настолько противно -- не передать. И, продираясь сквозь отвратительные подробности промывания мозгов и собственно преступления, я поняла одну вещь: кроме соучастниц убийства и жертв, в книге женщин нет. Мелькает тенью тюремная психологиня, с которой одна из убийц пыталась увидеться и ей признаться! Но тюремщик не стал передавать записку, и следствие затянулось на долгий, долгий срок. Только убийцы и убиенные. Ни в полиции, ни в следственных органах, ни среди судей ни одной женской роли. Войти в историю можно было, только если зарезать или быть зарезанной. И как в истории Мэнсона, реального ли, вымышленного ли, нет женских ролей, кроме чудовища с ножом или беспомощной жертвы, так и в истории Китти Миллер нет женских ролей, кроме жёнушки-мамочки или маргиналки-одиночки.

Это давит на психику больше, чем всё остальное.