December 8th, 2017

2015
  • svarti

Мануэла Гретковская "На всемирной линии"

Гретковская выпустила новый роман: http://www.polityka.pl/tygodnikpolityka/kultura/ksiazki/1718238,1,recenzja-ksiazki-manuela-gretkowska-na-linii-swiata.read
Это либфем-писательница, которая попробовала основать Партию Женщин, но провалилась на выборах после того, как по совету мужа сфотографировалась голой для рекламы этой партии. Надо было, как мудрые женщины завещают, послушать, что скажет мужчина, и сделать наоборот.

Студентка психологии Наташа подрабатывает в эротическом видеочате. Программист Том из Силиконовой Долины предлагает ей заключить контракт и переехать в Калифорнию, "где создаётся будущее и часто случаются землетрясения" (из польской аннотации). И тогда начинаются всякие необъяснимые события.

Тут критик Богуслав Карпович сожалеет, что в 90-х МГ начинала как интересная постмодернистка, а потом стала писать попсу: "Агент" - один из её последних романов, оказался просто крепкой читабельной прозой, простой и приятной для чтения, но после "Метафизического кабаре" я ожидал от авторки чего-то большего".

"...часть романа, в которой описывается жизнь Наташи в посёлке Силиконовой Долины, я считаю лучшей. Наташа заботится об аутичном ребенке Тома, проявляя большое внимание, сочувствие и чувствительность. Она знакомится со своими ближайших соседями: французом Энцо, разумеется, айтишником, и его женой-латиноамериканкой Симоной, художницей. ...это довольно интересная, колоритная компания, совершенно не подозревающая о судорогах, которые за мгновение испытает мир".
"...турбулентность, в которой протекает новая реальность, не уступает по масштабу и событийной изобретательности книгам Станислава Лема или Филиппа Дика. Я подозреваю, что для читателей, которые избегают чтения фантастики, она может стать очень крепким орешком"
О недостатках книги:
"...у Наташи нет никаких, даже самых незначительных языковых проблем. Она без труда понимает всё и каждого в любой ситуации. Второй минус - авторка щедро одарила почти всех персонажей переизбытком интеллекта и красоты".

Есть неплохие цитаты:
"Мать говорила мне, что красота - оружие женщин. Кому-то мало быть красивой. Уродство - это настоящая сила".
кот

Мексика: Сибил Бедфорд

Сибил Бедфорд [Sybille Bedford], урожденная фрайн Сибилла Алейда Эльза фон Шёнбек, появилась на свет в Шарлоттенбурге в 1911 году. Её отец, фрайгерр Максимилиан Йозеф фон Шёнбек, отставной военный, коллекционировал живопись и хорошее вино. Будучи католиком, он рассорился с семьёй, чтобы жениться вторым браком на Элизабет Бернардт, очень богатой девушке еврейского происхождения. Кстати, дочь Шёнбека от первого брака, Максимилиана по прозвищу Кэтси, в годы войны станет известна как сотрудница немецкой разведки и, по слухам, двойная агентка.




В 1918 году Элизабет развелась и уехала в Англию, оставив ему единственного ребёнка. Втроём со старухой няней отец и дочь поселились в потихоньку разваливающемся замке Фельдкирх. Жили они в двух комнатах: остальные не на что было отапливать. Днём хозяйничали, работали на огороде, заботились о курах, а вечером играли в карты и сумерничали. Коллекция антиквариата постепенно таяла, как и винный погреб, но та или иная драгоценная бутылочка то и дело появлялась на столе. На десятом году Сибилла не умела ни читать, ни писать, разговаривала только по-немецки и ни с кем, кроме папы да нянюшки, не общалась. И тут гром среди ясного неба, мать требует девочку к себе, хочет увидеться. Скрепя сердце, фрайгерр собрал Сибиллу в дальнюю дорогу – мать есть мать. Больше девочка не увидела отца: он тяжело заболел и умер. Элизабет Бернардт готова была содержать дочку, но воспитывать не собиралась. Она к тому времени вышла замуж вторично, за некоего Адольфо, итальянского студента-архитектора, много моложе её. Было не до взрослеющей дочери. И как поступает Бернардт? Отдаёт не говорящую по-английски девочку на попечение случайным знакомым, английской семейной паре, которая показалась более-менее порядочной. На содержание Сибиллы приходили крупные суммы, но никакого образования она не получила, была вроде приживалки. Английский выучила, тем не менее.

В конце двадцатых Сибилла наконец воссоединилась с матерью и отчимом во Франции, в курортном местечке Санари-сюр-Мер. По соседству жили Олдос и Мария Хаксли, которые подружились с девушкой и поддерживали её. А поддержка была нужна, ой как нужна. Из-за постоянных измен мужа Элизабет Бернардт пережила тяжёлый нервный срыв. Какой-то проходимец-доктор прописал морфий, она практически сразу пристрастилась и превратилась в наркоманку. Не спас положение и переезд в Италию. Адольфо вскоре ушёл, а падчерице подарил на прощание пишущую машинку:
– Если ты собираешься в этом жить дальше, хотя бы записывай.

Обязанности добывать ежедневную дозу теперь лежали на Сибил. Притоны и наркоторговцы стали частью её обихода: как на работу люди ходят, так она ходила покупать морфий для матери. Элизабет понемногу сходила с ума. В довершение всего Сибил написала статью в антигитлеровский журнал, и её банковские счета в Германии тут же были арестованы. Паспорт было не поменять. Попахивало депортацией, а с учётом еврейских корней – и концлагерем. Но тут Мария Хаксли нашла выход. Именно она дала мужу драгоценный совет, тот списался с неким морским офицером Терри Бедфордом, и офицер приехал, женился на Сибил и обеспечил ей британский паспорт. Хотя молодая жена взяла фамилию мужа, брак был лавандовый: Бедфорд являлся геем, его невеста – лесбиянкой. Но нацистам об этом знать было необязательно. После развода Сибил сохраняла фамилию бывшего мужа до конца жизни.

В 1940 году чета Хаксли вывезла будущую писательницу из Франции в Калифорнию, где она и провела военные годы. После войны Бедфорд год прожила в Мексике со своей возлюбленной Эстер Артур, Э. «Визита к дону Отавио», затем возвратилась в Европу, жила во Франции и в Италии, переживала бурный роман с Ивлин Гендель, впоследствии известной издательницей и писательницей. Гендель ради неё даже от мужа ушла. Собственно, ни о какой литературной славе Бедфорд не помышляла, занималась журналистикой, время от времени ведя рубрику «лучшие рестораны» или «винный гид». В вине и кухне она разбиралась досконально, сама великолепно готовила. Говорила: Всякая пища -- дар богов, всякая пища несёт в себе частичку чуда: куриное яйцо не в меньшей степени чудесно, чем трюфель. Первая её книга «Внезапный взгляд» [The Sudden View], позже переименованная издательством в «Визит к дону Отавио: Мексиканскую одиссею» [A Visit to Don Otavio: a Mexican Odyssey], содержит массу сведений о кулинарии и застольных обычаях Мексики. Однако этим, конечно, не исчерпывается.

Сталкиваясь с чуждым и во всяком случае непривычным укладом жизни, путешественник склонен впадать в одно из трёх С: сарказм, скепсис, сентиментальность. А Бедфорд не впадает. Всё ей в Мексике незнакомо, многое непонятно, иное не нравится – вино, вот например, бурда бурдой, а кое-какие вещи и откровенно пугают. Я бы посмотрела на тех башибузуков, которые не испугались бы. Случается, события вызывают в памяти ассоциации из прошлого, и эти ассоциации можно понять, только зная биографию писательницы. Не потому ли Бедфорд сострадает императору Максимилиану, правителю, прямо скажем, не наилучшему, что вспоминает другого Максимилиана – отца? Или: если бы у нацистов был мало-мальский художественный вкус и понимание, что такое империя, они подражали бы ацтекским зодчим, а не громоздили шпейеровщину... Без малейшего желания встать над Мексикой и свысока её пожалеть. Опять же, персонажи. Беспомощный добряк дон Отавио. Его старший брат-«бизнесмен» с кольтом в кармане. Нарядные невестки, практичность которых растёт из недалёкости. Соседи все эти невменяемые, одна немецкая гомеопатка, которую все уверенно считают ведьмой, чего стоит. Или американец, который советует всем покупать гробы. У Ивлина Во, допустим, из них получились бы кадавры, ничтожества ползучие, он бы их высмеял. Другой кто сделал бы трогательных старосветских помещиков в Новом Свете. А у Бедфорд — люди и люди. Ничего экзотического. На Озоне «Мексиканская одиссея» доступна за жалкие копейки. К слову.

Collapse )

Сибил Бедфорд умерла в Лондоне в 2006 году, девяноста четырёх лет от роду.
кот в салатнике

Н.М. Карпушина "Любимые книги глазами математика"

Карпушина Наталья Михайловна
Любимые книги глазами математика. Занимательные задачи и познавательные истории для взрослых и детей
Издательство: Наука и жизнь
2011
2017 г. - 2-е издание, исправленное и дополненное



На страницах художественных книг нашли отражение многие математические идеи и понятия. Какие вопросы математики и почему затрагивали в своих произведениях известные писатели? Какие задачи приходилось решать героям Дж. Свифта, Л. Кэрролла, Ж. Верна, М. Рида, Дж. Лондона, А. Конан Дойла, А. Пушкина, Ф. Достоевского, А. Чехова? Успешно ли они справлялись с этими задачами? Насколько были правы в оценках и точны в расчетах сами авторы – люди, зачастую далекие от математики?

Помимо любопытных наблюдений, зарисовок и примеров в книге содержится более ста оригинальных занимательных задач на сюжеты, заимствованные из популярных литературных произведений. Часть задач и примеров была опубликована в журнале «Наука и жизнь» в 2008—2010 годах.

Книга адресована всем, кто любит математику и литературу, независимо от возраста.