October 23rd, 2017

кот

Мали: Пенда Сумаре

Биография малийской писательницы и фольклористки Пенды Сумаре [Penda Soumare] укладывается в несколько строк. Родилась в столице Мали Бамако в 1960 году. Училась в Сенегале -- почему-то вся франкофонная Западная Африка ездит учиться в Сенегал, там, наверное, вузы самые продвинутые. Мать семерых детей. Сейчас живёт во Франции с семьёй старшей дочери. Как и у многих в Мали, у Пенды Сумаре три родных языка: бамбара, сонинке и французский. Свои сказки она рассказывает в книгах-трилингвах.



По понятным причинам мне была доступна (да и то постольку-поскольку, потому что язык я знаю исключительно плохо) только французская часть, но я её одолела -- о потраченном времени не жалею нисколько. Письменная малийская литература небогата, зато устная традиция огромна, практически неисчерпаема. Здесь и языческий эпос, и гриоты - профессиональные барды, хранители (и хранительницы) исторического опыта, и деревенские сказительницы. Повествование или песня, как до сих пор считается, оказывают магический эффект на сознание слушающих. Заглавная сказка, "Чародейка", как раз и посвящена такой песне. [Сказка очень жуткая]У некой женщины все дети умерли младенцами. Добрые духи снизошли к её горю: подсказали ей, уже немолодой и, очевидно, беременной в последний раз, несколько поэтических строк, которые нужно напевать ребёнку, чтобы он рос здоровым и сильным. Но одна трудность -- другие не должны узнать эту песню. Сразу после родов женщина удалилась от людей, поселилась в пещере и там каждый вечер напевала малышу таинственные стихи, пришедшие из мира духов. Её стали называть злой чародейкой, боялись, обходили за три версты на карачках. Но один парнишка случайно пробрался в пещеру и подслушал песню. "Чародейка" взяла с него страшную клятву, чтобы он никому не разболтал, и смиловалась, отпустила. Однажды мальчик нарушил обещание - в игре напел несколько слов из песни. Другие ребята стали его расспрашивать, и он всё раззвонил: и где услышал, и что это заклинание делает, и про чародейку, и про её сына... Друзья восхищались его смелостью и хлопали его по плечу. А там далеко, в пещере, умер малыш, и мать ничем не могла ему помочь.
Через какое-то время то ли силы клятвы, то ли просто нечистая совесть привела мальчика к пещере. Обезумевшая от горя женщина убила его голыми руками -- и исчезла, никому не известно, где она теперь.
Можно предположить, что в "Чародейке" отразились тайные обряды женских союзов, за разглашение которых в Мали до сих пор можно принять жестокую смерть.
Вторая сказка, "Галадио", тоже оказалась на гендерную тематику: о том, как отошёл в прошлое обычай убивать новорождённых девочек.

Книгу рекомендую всем, кто интересуется фольклором, -- язык совсем несложный. Уж если я осилила...
кот в салатнике

Болгария: Елена Алексиева "Нобелевский лауреат"

Елена Алексиева
Нобелевский лауреат [перевод Наталии Нанкиновой]. - М.: Центр книги Рудомино, 2017. - 528 с. - (Серия "Новый болгарский роман").
ISBN 978-5-00087-132-4



Рецензия Галины Юзефович https://meduza.io/feature/2017/10/21/knigi-kotorye-vy-bez-nas-ne-naydete

Эдуардо Гертельсман — лауреат Нобелевской премии по литературе, по полной программе страдающий постнобелевским синдромом (на плечи писателя мучительно давит бремя читательских ожиданий, а внутри у него при этом пусто и гулко, как в жестяной бочке) — приезжает с официальным визитом в захолустную Софию. Расчувствовавшись на банкете, устроенном в его честь, Гертельсман произносит сакраментальную фразу «Свой следующий роман я, возможно, хотел бы написать в Болгарии», а после уходит в ночь подышать свежим воздухом — и не возвращается. Через пару дней агент писателя получает видео: на нем Гертельсман, очевидно, жестоко избитый, стоит на коленях с мешком на голове, а похитители требуют за его жизнь огромный выкуп. Еще несколькими днями позже полиция находит труп другого писателя — болгарского и куда менее известного, но почему-то облаченного в пиджак и брюки, принадлежащие нобелевскому лауреату. За дело берется Ванда Беловская — относительно молодая и вызывающе одинокая сотрудница софийской полиции, незадолго до этого не то отличившаяся, не то проштрафившаяся во время расследования громкого дела о коррупции.

Елена Алексиева из тех авторов, которым, в сущности, совершенно не интересно писать настоящий честный детектив. Не меньше (а на самом деле гораздо больше), чем собственно поиски злополучного нобелиата, ее интересуют взаимоотношения героини с ручной игуаной по кличке Генри (непростые), с матерью (натянутые), с собственным лишним весом (обреченные) и с бывшим приятелем, а нынче министром внутренних дел (неоднозначные). Сны Ванды, ее страхи, стихи, которые она пишет (презирая себя за эту «слабость»), ночная София, по которой Ванда бродит (одновременно жалкая, помпезная и уютная), пряные индонезийские контрабандные сигареты, которые курит напарник героини, а еще перманентно ущемленная национальная гордость маленького народа, постсоциалистический ресентимент, стыдная бедность и растворенная в воздухе историческая память — «Нобелевский лауреат» под завязку набит вещами симпатичными и трогательными, но с точки зрения жанра заведомо избыточными. Однако жаловаться грех: Алексиевой удается сохранить баланс между детективом и собственно литературой. Со всем своим немалым культурным багажом роман ухитряется оторваться от земли и не без изящества полететь намеченным курсом в сторону развязки — может быть, не вовсе сногсшибательной, но ни в коей мере не разочаровывающей.

Судя по отзывам в болгарской прессе, Елена Алексиева на родине считается крепким середнячком, а не суперзвездой и национальным достоянием. Ну, что ж — если это в самом деле так, то, пожалуй, к болгарской литературе стоит присмотреться повнимательнее.