January 19th, 2017

Шу Тин

Впечатлила меня биография этой поэтессы. Впрочем, в этом поколении у всех такие биографии.... О ком ни читаешь: "репрессирован - реабилитирован", "отправлен(а) на "трудовое перевоспитание", "ошибочно причислен к правым элементам" и т.д. Правда, о большинстве сложно выяснить подробности, но вот о Шу Тин нашлась прекрасная обширная статья!
"Становление поэтического творчества Шу Тин".
Хайдапова Марина Бато-очировна (Журнал: Вестник Бурятского государственного университета, выпуск № 8 / 2009)
"Шу Тин родилась в 1952 г. в поселке Шима г. Чжанчжоу провинции Фуцзянь, все свое детство и юные годы прожила в г. Сямынь. Она росла в прекрасной интеллигентной семье. Огромное влияние на развитие ее детского ума и души оказал окружавший ее с детства разнообразный и красочный морской пейзаж. Однако внезапно обрушившаяся на семью беда превратила се жизнь в сложное плетение радости и горя, заставив ее слишком рано познать печаль этого мира. В середине 50-х гг. ее отец, работавший в банке, был сослан в отдаленные районы на трудовые работы. Ее мать, которой было нелегко оставаться на прежней работе после случившегося с отцом, вынуждена была с детьми уехать из г. Чжанчжоу и вернуться в Сямынь. Трех детей, очень сильно привязанных друг к другу, пришлось разлучить, отправив к разным бабушкам. Шу Тин выросла с мамой у бабушки со стороны матери. В доме бабушки она была окружена любовью и заботой. С четырехлетнего возраста дедушка учил ее читать танские стихотворения в форме детских песен, а бабушка рассказывала перед сном «Троецарствие», «Речные заводи» и «Рассказы о чудесах из кабинета Ляо». К третьему классу начальной школы она научилась неплохо читать и стала брать разные книги с полок дяди и тети. Позже в своих воспоминаниях о детских годах в очерке «Жизнь, книги и поэзия» она напишет: «Моя ненасытная тяга к чтению стала вызывать тревогу в семье. Как только я исчезала из поля зрения домашних, мама тотчас же отправлялась повсюду искать меня. Она искала меня в коридоре, за дверями, под вешалкой с одеждой и всякий раз ловила меня с поличным». Из-за чтения зрение становилось все хуже и хуже. Во втором классе средней школы первой ступени ее библиотечный читательский билет был сплошь исписан названиями произведений иностранной литературы. И когда ее стали критиковать по этому поводу, она спокойно ответила: «Все китайские книги я уже прочла». В те трудные годы, выпавшие на долю Шу Тин, не по возрасту сильная тяга к чтению оказалась своего рода благом, т.к. вскоре Китай вступил в эпоху отсутствия книг и жесткой цензуры в отношении литературы. К счастью, Шу Тин к тому времени уже успела познакомиться со многими известными произведениями зарубежной литературы, к тому же выработала в себе способность к самообразованию и чувство языка. А иначе, весьма трудно было бы представить, как эта девушка с неполным средним образованием (два класса средней школы первой ступени) смогла бы в такой обстановке породить литературные произведения, ставшие печатью целого поколения.
Collapse )

Бурятия: Дулган Доржиева

Я родом из Хилганы,
Потому к ветрам привычна,
Что дуют и воют
Со всех семи сторон.
Хоть сгибают они,
Но я, как хилгана,
Прочна и живуча.
Снова встаю, качаясь,
Ведь всеми корнями я
В родную землю вросла,
И связь моя с нею
Нерасторжима и кровна...
Так написала о себе Дулган Доржиева, народная поэтесса Бурятии.
Хилгана - это топографическое название (улус в Баргузинском районе Бурятиии) и в то же время одно из названий степной травы - мятлика.
Биография, которую удалось найти, написана страшно бюрократическим языком:
"Она была младшей дочерью в семье Сэсэг и Ринчина Доржиевых (FV: родилась в 1943 году). Рано лишившись матери, воспитывалась у отца и старшей сестры. Было трудное военное  время. Уже с детских лет Дулгар работала в родном колхозе, помогала во всем своим родным. После окончания Улюнской средней школы трудилась на заводе, в библиотеке, государственном архиве.
С 1967 г. работает в качестве переводчика газеты «Баргузинская правда», а в 1981 г. устраивается журналистом в районную газету «Огни Курумкана». Здесь она проявила свой талант и неравнодушное отношение к общественной жизни района, активно участвовала во всех мероприятиях и акциях по возрождению народных традиций и обычаев, культуры и быта своего народа."
Collapse )

Ланьлань


"Ланьлань·蓝蓝 часто называют одним из самых влиятельных лирических авторов современного Китая. Она впервые заявила о себе как новый женский голос поэзии 90-х, и с тех пор уже не покидала литературную сцену. В 1996 году Ланьлань была награждена престижной поэтической премией Лю Лиань и признана группой из семидесяти китайских критиков и поэтов первой в списке «десяти лучших женщин-поэтов» страны. В 2009 году Ланьлань удостоилась трёх наиболее важных литературных наград КНР: премии «Поэзия и Народ», поэтической премии Юйлун, а также права войти в десятку «лучших поэтов Китая».
Под именем Ху Ланьлань·胡兰兰 она родилась в 1967 году в городе Яньтай (провинция Шаньдун) в семье солдата и крестьянки. Ланьлань росла в доме бабушки, на востоке центральной части Китая, в Хэнани. Вдали от ударов «культурной революции» её детство и юность, по признанию самой Ланьлань, оказались удивительно безоблачными, напитанными общением с природой и миром сказки. Идиллия подошла к концу со смертью бабушки, совпавшей с мощным таншаньским землетрясением. Хрупкая, измученная переездами Ланьлань проболела школьные выпускные экзамены, тем самым закрыв себе на время дорогу ВУЗ. Вместо этого она стала работать на фабрике упаковщицей, потом крановщицей и, наконец, техническим писателем.
Collapse )

Чжэн Сяоцюн

Чжэн Сяоцюн·郑小琼, как и другие поэты направления рабочих-мигрантов, много говорит об отчуждении труда, о положении рабочих в условиях быстро развивающейся экономики Китая и стремительной урбанизации. Она родилась в 1980 году в Сычуани, после средней школы уехала на заработки в Гуандун, где и живёт по сей день. С 2007 года Чжэн – лауреат многих премий, в том числе Народной литературной премии ·人民文学奖, получив которою, она отказалась от вступления в местное отделение Союза писателей.

Прежде чем попасть на дунгуаньский завод по производству крепёжных изделий, Чжэн Сяоцюн сменила много мест работы. При поступлении на завод ей присвоили номер 245. На таких производствах из-за частой смены кадров достаточно трудно запомнить, кто есть кто, поэтому рабочие называют друг друга по номерам. Чжэн Сяоцюн два месяца проработала на конвейере, но никто ни разу так и не назвал её по имени, все говорили: «Эй, двести сорок пятая!». В тот год, когда она работала с оборудованием, ей каждый день приходилось переставлять килограммовые куски железа, переключать рубильник, ждать, пока ультразвук проделает в них отверстие, потом опять переставлять, и опять, и опять. Её личный рекорд – тринадцать тысяч отверстий в день. В первый же месяц работы её руки покрылись мозолями.

Регистрации по месту пребывания не было, она скрывалась – её находили, штрафы, жизнь в долг. Она падала на железную кровать в восьмиместной комнате общежития для рабочих, записывала услышанное на заводе. Иногда отправляла что-то в литературные журналы, пока Сюй Цян·许强, главный редактор Поэтического вестника рабочих-мигрантов·打工诗人报, не напечатал у себя стихотворение "батрачить, это слово о многом"·打工,一个沧桑的词. После этой публикации на неё обратили внимание."
"Ей присуждали премии, печатали, звали работать в Дунгуаньский институт литературы, но она не соглашалась и должна была всё это скрывать, иначе женщины – те женщины, о которых она писала и на положение которых хотела обратить внимание – не сказали бы ей ни слова. Они знали горе: травмы на производстве, бедность, болезни, но было и другое. Каждый вечер Чжэн видела соседку с разными мужчинами, потом она плакала и говорила, что не может выйти замуж ни за кого из них. Соседка привела её к другим – нужно было запоминать и записывать. 2008 год выдался тяжёлым, Чжэн Сяоцюн часто меняла места работы, слушала дочек, жён, матерей в Цзянси, Хэнани, Чунцине.Collapse )
кот

Четверг - стихотворение. Вислава Шимборска

Первая фотография Гитлера

А кто этот бутуз, такой прелестный?
Это ж малыш Адольф, чадо супругов Гитлер!
Может быть, вырастет доктором юриспруденции?
Или же в венской опере будет тенором?
Чья это ручка, шейка, глазки, ушко, носик?
Чей это будет животик, еще неизвестно:
печатника, коммерсанта, врача, священника?
Куда эти милые ножки, куда они доберутся?
В садик, в школу, в контору, на свадьбу,
может быть, даже с дочерью бургомистра?

Лапушка, ангелочек, солнышко, крошка,
когда на свет рождался год назад,
на небе и земле не обошлось без знаков:
весеннее солнце и герани в окнах
и музыка шарманки во дворе,
счастливая планета в розовой бумажке,
а перед родами пророческий сон матери:
голубя во сне видеть — радостная новость,
поймать его же — прибудет гость долгожданный.
Тук-тук, кто там, стучится будущий Адольфик.

Пеленочка, слюнявчик, соска, погремушка,
мальчонка, слава Богу и тьфу-тьфу, здоровый,
похож на папу-маму, на котика в корзинке,
на всех других детишек в семейных альбомах.
Ну не будем же плакать, господин фотограф
накроется черной накидкой и сделает: пстрык.

Ателье Клингер, Грабенштрассе, Браунау,
а Браунау — город маленький, но достойный,
почтенные соседи, солидные фирмы,
дух дрожжевого теста и простого мыла.
Не слышно ни воя собак, ни шагов судьбы.
Учитель истории расстегивает воротничок
и зевает.

Перевод Натальи Астафьевой

Актуальная ссылка: http://moskwa.msz.gov.pl/ru/news/zajawlienie_posolstwa_polszy;jsessionid=3F04BFAC73DAB5C03A7E9AD816DC9618.cmsap2p
кот

Италия: Сильвия Аваллоне [Silvia Avallone]

Подыскивая материалы к этому посту, я встречала полярные мнения, пространные рецензии, ожесточённые дискуссии. О самой писательнице - ничего. Родилась в Бьелле в 1984 году, живёт в Болонье. Закончила философский факультет, преподаёт литературоведение. На счету одна книга стихов, два романа. Первый называется "Сталь" [Acciaio]...



В русском переводе, конечно, "Стальное лето", чтобы сгладить ассоциации с Н. Островским. Но сталь следовало бы назвать главной героиней книги. Будни завода, его тайное этрусское имя, выплавка металла, нюансы чёрной металлургии, отчасти нечеловеческие условия труда - перед нами настоящий производственный роман, не хуже "Битвы в пути". Удивительно всё же: смеялись-смеялись над советскими "страстями в литейном ковше", а поди ж ты, за рубежом эта золотая жила разрабатывается вовсю. И достойные образцы попадаются! Так что если вы не против любовных сцен в ковше экскаватора - они там есть. Первый поцелуй героинь, впрочем, происходит в ещё более впечатляющей обстановке: среди полчищ голодных котов. Пьомбино, где взрослеют две подруги, Анна и Франческа, не изобилует романтическими декорациями.

За описание быта рабочих Сильвию Аваллоне и восхваляли, и критиковали. Дескать, если бы мы так соблюдали технику безопасности, как синьора пишет, уже давным-давно взлетели бы на воздух. И не оправляемся где попало, и воруют у нас как у всех, даже меньше, и вообще не такие мы убогие-отсталые на нашей Сталинградской улице. Иные возражают: на зеркало неча пенять. Проскальзывает подозрение, что для некоторых персонажей Вторая мировая закончилась совсем недавно. Если вообще закончилась. На события 11 сентября 2001 года отклик почти единодушный: так им, проклятым американцам, наконец-то им влетело. Другие главные враги - русские, которые пытаются выкупить завод и всех сократить к чёртовой матери. А вот приметы нового времени:

Collapse )

Море, солнце, карнавал - и семейное насилие, нищета,в перспективе - тяжёлая отупляющая работа или преступность... Можно подумать, это проблемы одного отдельно взятого города-героя Пьомбино. В сцене, где юноши воруют провода, так и читалось вместо Алессио и Кристиано - Лёха и, допустим, Костя. Всё узнаваемо. И этим дорого.

Нет, "Стальное лето" не без определённых провисаний. Историю со стриптизом Франчески, например, можно выкинуть, сюжет не пострадает, а образ девушки ничего не потеряет. Но свою аудиторию книга безусловно найдёт, и среди подростков, и среди взрослых. Вот меня же нашла!