December 16th, 2016

2015
  • svarti

Валери Соланас. Засунь себе в задницу! Kolonna Publications, 2016

"В издательстве Kolonna Publications / «Митин Журнал» вышел перевод пьесы Валери Соланас «Засунь себе в задницу!», рассказывающей историю «мужененавистницы — проститутки и попрошайки».
...Долгое время «Засунь себе в задницу!» считалась утраченной, однако в конце 1990-х она была найдена, а вскоре опубликована и поставлена. Русское издание пьесы сопровождается новой редакцией «ОТБРОС: манифеста», а также дополнено несколькими статьями, рассказывающими о Валери Соланас. С любезного разрешения издателей мы предлагаем вашему вниманию эссе Джеймса М. Хардинга, американского ученого, специалиста в области экспериментального театра и перформанса, написанное в 2001 году, в котором он анализирует поступок Соланас в контексте истории искусства XX века".
http://artguide.com/posts/1114



Старое обсуждение манифеста В.С.
кот

Ирландия: Энн Энрайт

Энн Энрайт [Anne Enright] родилась в Дублине в 1962 году, младшей из пятерых детей. Как она сама рассказывает, все братья и сёстры были «с головой на плечах и хорошо сдавали экзамены», но склонность к творчеству проявляла только Энн. Она несколько терялась среди старших — направленных на успех молодых профессионалов, - но ей улыбнулась удача: по международной учебной программе два года проучиться в Канаде. В школе для одарённых детей. Когда я оттуда вернулась, - улыбается писательница, - на Ирландии свет перестал сходиться клином.



Получив две степени — по английскому языку и философии — в Тринити-колледже (у наших там, очевидно, рассадник), Энрайт отпраздновала свой двадцать первый день рождения и получила на совершеннолетие в подарок от семьи электрическую пишущую машинку. Не пропадать же полезной вещи! Написала ещё одну письменную работу и выиграла двухлетний курс писательского мастерства в Англии под руководством Анджелы Картер. При всей благодарности к наставнице сама Энрайт не особенно высоко оценивает результаты своих тогдашних трудов - все попытки создать некий целостный нарратив превращались в череду разрозненных бессвязных фрагментов. Однако нашлась профессия, где такому мышлению дали честь и место: телевидение. В послужном списке Энн Энрайт комедийные шоу, детские программы, и именно работая на ирландском национальном канале RTE, она выпустила первый сборник рассказов, The Portable Virgin. Имеются два варианта перевода: «Портативная девственница» и «Переносная статуя Девы Марии». У меня сборник куплен три года назад, и я из него прочла три новеллы. В год по новелле, во избежание передозировки. Это такой сюрреализм, что Дали по сравнению с ним художник-передвижник. То же можно сказать и о первом романе: The Wig My Father Wore, “Парик моего отца”. Завязка: Грейс, молодая сотрудница телевидения, вступает в брак с ангелом по имени Стивен. Натуральный ангел, явился из рая. А в раю у них девять кругов. Русский перевод великолепной Светланы Силаковой полностью сохранил уровень психоделичности оригинала, и сентенции типа «Трудно злиться на авокадо, но я пытаюсь» или про коннахтский диалект почтеннейшей начальницы запомнятся вам надолго. Со времён «Парика» за Энрайт закрепилась слава, что называется, писательницы для критиков, которую массовый читатель воспринимает с трудом, а высоколобые специалисты ждут, как в детстве новый выпуск комиксов про щенка Пифа. И тут внезапно в 2008 году за семейную сагу The Gathering Энрайт получает Букеровскую премию. Некто Лайам Хегарти, сорокалетний алкоголик, утонул в Брайтоне. А может быть, утопили. А может быть, утопился. За расследование берётся Вероника, самая близкая к Лайаму по возрасту из двенадцатерых детей Хегарти... Осталось, впрочем, уже девять.

The Gathering представляет собой эпическое поругание скреп, верней, основной скрепы ирландского менталитета: большой традиционной католической семьи. Многодетность — это благочестие? Нет, в церкви семейство сидит с тем же скучающим видом, с каким сидят в автобусе. Многодетность — это общность? А как вам понравятся ежеутренние драки за чистое бельё перед выходом в школу? Многодетность — это дружба и дружелюбие? Нет, ты интересуешь братьев и сестёр, только пока у тебя имеется что-то, что можно украсть. Многодетность — это социализация? В каком-то смысле да, ведь большому клану нужны и кухарка, и прачка, и мальчик для битья, и шут-психопат. Да так и пойдёшь шутом по свету, потому что ничего иного в семье не усвоил. Какая сила инерции заставляет не справившихся с выращиванием первого, второго, третьего - рожать вплоть до одиннадцатого и двенадцатого, на ту же муку и одиночество в толпе? Может быть, дело в воспитании самих родителей? В поисках разгадки Вероника обращается к бабушке и дедушке, Аде и Лэму Ньюджентам... И отвечает на все вопросы, даже на тот, который не задавала.

Ну, хорошо. Новому поколению ирландок, поколению «кельтского тигра» - сказочного экономического рывка — удалось сделать так, что их дети получают вовремя медицинскую помощь и не дерутся за чистые трусы и майки. И единственная дочь исподволь становится единственным смыслом существования семьи, да и самих матери и отца... Я много прочла отзывов на «Забытый вальс»: кто сочувствует брошенной жене, кто — Джине, кто — Шону, незадачливому папаше, который стремится и на ёлку влезть, и рыбку съесть. Как всегда в любовном треугольнике, ребёнок — не более чем обстоятельство непреодолимой силы. А ведь Иви тоже человек, вообще-то! Да, полные некрасивые дети с эпилепсией тоже люди. Даже если они ещё и девочки. Но эту истину ещё предстоит усвоить всем взрослым участникам драмы.

Из интервью:
- Вы считаете себя ирландской писательницей?
- Нет, я всегда где-то с краю. Как зелёный салат.
я

Франсуаза Барб-Галль. Как говорить с детьми об искусстве



Я очень рада, что владею этой книгой, перечитывала ее уже дважды и наверняка буду повторять. Причем помогает она мне не только говорить об искусстве с детьми, но, прежде всего,  самой хоть немного что-то понять.
Первая треть книги посвящена общим вопросам: как сделать поход в музей приятным и полезным, что показывать детям разного возраста, почему страринные картины такие темные, а на современных нарисовано не пойми что и т.д. Во второй, большей части книги, рассматриваются конкретные картины и даются рекомендации в виде ответов на возможные детские вопросы. Картины рассматриваются самые разные: от "Благовещения" Фра Анджелико до "Синей монохромии" Ива Клейна. Рекомендации сгруппированы по возрастам. Т.е., для каждой картины есть темы для обсуждения с 5-7-летками, 8-10-летками и подростками, что, безусловно, очень удобно. Например, к картине Базелица "Девушки из Ольмо II" первые вопросы для пятилеток звучат так: "Картина висит вверх ногами! А нельзя повесить ее нормально?":) С более взрослыми детьми предлагается среди прочего обсудить, почему картина кажется одновременно и плоской и объемной, а с подростками поговорить о том, как Базелиц работал и с какой  целью написал эту картину. Т.е., книга многоразовая и долгоиграющая. К ней можно возвращаться снова и снова по мере взросления детей.
Единственный минус книги - ее объем. 30 картин - это капля в океане живописи всех стилей и эпох. Поэтому я очень обрадовалась, узнав про выход новых книг серии - "Как говорить с детьми об искусстве ХХ века" той же писательницы и "Как говорить с детьми о традиционном искусстве" Изабель Глорье-Дезуш. Обязательно себе куплю.