September 13th, 2016

Cathy O'Neil: Weapons of Math Destruction: How Big Data Increases Inequality and Threatens Democracy


Кэти О'Нил пишет о том, как алгоритмы и большие данные влияют на жизнь людей.
Множество решений по поводу нашего будущего принимаются алгоритмами. Алгоритмы решают, получит ли человек кредит, сколько будет стоит страховка, оценивают работников, учителей и студентов, сортируют резюме, мониторят наше здоровье.
Алгоритмы внедряются с целью повысить объективность, но так ли они объективны?
Кэти О'Нил утверждает, что алгоритмы не просто описывают реальность, они формируют реальность, увеличивая или ограничивая возможности людей. И хотя они не создавались с целью дискриминации, тем не менее, они могут приводить к дискриминации. Она показывает, как алгоритмы и математические модели вредят людям в самых разных сферах.
Отрывок был опубликован в "The Guardian". Эта глава посвящена тому, как алгоритмы дискриминируют людей при приеме на работу.
Интересная цифра: 72% резюме в США никогда не просматривают живые люди - только компьютерные программы.
кот в салатнике

Доротти Стерлинг "Мэри Джейн"

Оригинал взят у tomtar в Д.Стерлинг "Мэри Джейн"
Доротти Стерлинг "Мэри Джейн"
Год издания: 1964
Издательство: Детская литература
Серия: Школьная библиотека
Перевод Н. Темчиной и Г. Айзмана
Рисунки В.Горяева

Dorothy Sterling
Mary Jane
Published 1959 by Doubleday & Co.




Книгу мы встречаем по одежке. Если одежка-обложка приглянулась, тогда заглядываем внутрь, листаем страницы. Обложка этой книги не вызывает желания познакомиться с ней поближе: кажется, что внутри будет скучная и предсказуемая агитка. На самом деле, это не совсем так. "Мэри Джейн" действительно повесть о расовой дискриминации, точнее, о ее преодолении. Еще точнее - о бытовой ксенофобии, с которой может столкнуться любой. При чтении мне все время вспоминался фильм по роману Джона Гришема "Время убивать". Там в ключевой сцене молодой адвокат в исполнении Мэтью Макконахи произносит эффектную речь о страданиях негритянской девочки, завершая ее фразой: "А теперь представьте, что эта девочка — белая!" Именно так и устроена книга о Мэри Джейн: как обычная школьная повесть о новичке, для которого, как говорилось в одной отечественной книге, "новая школа - это как новая планета. Ты ступаешь на ее землю и не знаешь, кто тебе тут враг, кто друг." Мэри Джейн представляет себя посланцем другой страны в незнакомом ей мире.




MJ_000.jpg




Collapse )



кот

А. фон Бремзен, "Тайны советской кухни"

А. фон Бремзен, "Тайны советской кухни. Книга о еде и надежде"
Издательство: АСТ, Corpus, 2016
ISBN 978-5-17-095063-8

 


Фон Бремзен популярна в США как кулинарная писательница, и рецепты в конце книги выше всяких похвал. Думается невольно: а не замахнуться ли на чанахи? Эх, где наша не пропадала. При этом множество абсурдных ляпсусов наподобие "Михоэлса расстреляли". Хотя про Михоэлса и переводчица могла напортачить, а вот, как вам понравится:

Были фальшивые "киргизские" пироги с экзотическим названием "карагат", но с начинкой из северной чёрной смородины.

Но позвольте, карагат и означает чёрная смородина! Эта ягода не только на севере растёт, в Киргизии природные облепиховые рощи и смородинные кущи. Конечно, человеку свойственно ошибаться, но если карагаты не киргизское блюдо, тогда какое блюдо киргизское? Нет спору, советская кулинария иногда додумывала псевдонациональные кушанья: овощные салаты в скотоводческой кухне казахов, например. Но карагаты под раздачу попали зря. Скептическое чувство вызывают и абзацы, посвящённые своеобразному детсадовскому диссидентству а-ля "чёрную икру едят только партийцы-эксплуататоры, значит, ни за что не стану есть чёрную икру". В пять лет, и такой образ мышления - выглядит натяжкой. Покидала СССР Аня школьницей - и, по её собственны словам, выстраданной антисоветчицей, искренней ненавистницей кремлёвской геронтократии, тухлой картошки в универмаге и мерзостных фиолетовых кур.

Правда, потом выяснилось, что в Штатах тоже еда невкусная...

Много в "Тайнах советской кухни" плакатного, резкого, рассчитанного на восприятие западной аудитории, и хочется, чтобы было больше кухни и меньше политических экскурсов. Политику не хаваем. Но герои сумбурной историко-кулинарной эпопеи встают со страниц, как живые, особенно родители писательницы: мама - богемная дочь высокопоставленного военного, обаятельный выпивоха отец. Вот бы сериал по этой книге! И в конце каждой серии какая-нибудь из бесчисленных тёть Тамар научит готовить пресловутую фаршированную щуку, а сама главная героиня - кулебяку на четыре угла. И да здравствует кулебяка!