August 14th, 2016

кот

Вероника Боде, "Доктор Гоа"

Это двадцать восьмая книга из серии "Письма русского путешественника" издательства НЛО. Серия очень симпатичная, только вот книг женского авторства в ней только пока ещё три - кроме "Доктора Гоа", "Три путешествия" Ольги Седаковой, которые найти удастся разве что в букинистической лавке, и "Триумф красной герани. Книга о Будапеште" моей френдессы anna_bpguide. Ещё одна работа в соавторстве, и всё, список исчерпан. Путешествия, как и рассказы о них, по-прежнему остаются преимущественно мужским делом. Но Гоа - это не только путешествие. Это образ жизни.

Отрывок из одного интервью:

Недавно произошел такой случай. Я всегда вожу с собой икону Матронушки. И вот вскоре после родов я слышу вдруг ночью какой-то звон: оказывается, она упала, но стекло не разбилось, а просто отлетело, и из-под иконы выпала записка, написанная моей детской рукой. Лет двенадцать мне было, наверное, когда мама впервые отвела меня к Матронушке и я написала эту записку: «Святая Блаженная Мать Матрона, умоли Бога дать мне мужа любящего и богатого! И чтоб я его любила всей душой! Аминь». Ешка, конечно, с материальной точки зрения небогат. Когда мы познакомились, он мне сразу сказал: у меня нет ни одной свободной рупии. Но я думаю, что это – вопрос времени и того, кто рядом с мужчиной. И я посмотрела значения слова «богатый» – оно многозначно! Богатство может быть не только материальным, а и душевным, например. Это и «приносящий удачу», и «находящийся с Богом». И вот Ешка – человек, очень богатый душевно. И мне настолько комфортно с ним! Просто очень хорошо! Я даже физически чувствую себя немного пустой, когда его нет рядом. Это именно близость душ, когда не нужно много разговоров. Конечно, я встречала более образованных, более информационно наполненных мужчин. Вот даже с тем бразильцем, с Патриком, мы все время обменивались информацией, чем угодно, но только не любовью. Конечно, я не сразу это поняла, не сразу приняла решение расстаться с Патриком, некоторое время присматривалась.
В феврале, на День влюбленных я поняла, что Ешванта я люблю – наверное, так, как никого никогда не любила. В тот же день я написала Патрику письмо. А ночью пошел дождь (вообще-то в феврале в Гоа дождей никогда не бывает). Я помню: выхожу ночью на балкон – и у меня ощущение, что начался новый этап в жизни. Я еще не понимала какой. Но я вдруг резко начала хотеть ребенка, чего со мной раньше не случалось никогда, я была к этому не готова. И мы приняли решение не предохраняться...


Несколько страниц в подобном духе, и документалистка продолжает:

Через год я снова встретилась с Аней. Она сообщила, что семья любимого все-таки в конце концов приняла ее с дочкой и они с Ешвантом недавно поженились. Аня продала квартиру в России, и теперь на эти деньги молодожены строят красивый новый дом. А Ешвант уволился из ресторана и открыл собственный магазин в соседнем городке.
кактус

Jennifer Utrata. Women without men : single mothers and family change in the new Russia - часть 2

Продолжение, начало здесь.
Авторка постулирует, что одинокие матери в России - это не представительницы какой-то определённой категории населения. Каждая женщина в России имеет одинаковую вероятность стать одинокой матерью, это определяет культурный код в целом, а не характеристики отдельной женщины (напрашиваются параллели с изнасилованиями). Также авторка отмечает, что императив "женщина может/должна сделать из мужчины человека" тянется как минимум из советского времени (что позволяет сделать вывод о бредовости этой идеи).
В книге авторка ставит и отвечает на следующие вопросы:
- Как одинокие матери справляются материально?
- Как одинокие матери справляются эмоционально?
- Кто им помогает?
- Какие различия между одинокими и замужними матерями?
- Как ко всему этому относятся мужчины?
Каждому вопросу посвящена отдельная глава.
[Ответы на вопросы - много текста]Касательно материального положения основное различие проходит между женщинами, получающими достаточную помощь от отца ребёнка (детей) и теми, кто её не получает. Также очень важно, есть ли у одинокой матери мать (дальше бабушка), ей помогающая. В целом женщины жалуются на недостаток поддержки от мужчин и государства, при этом нет особой разницы, это была случайная беременность в молодости или осознанная в более зрелом возрасте. Также проблемами считаются сложности с нахождением нянек для детей, игнор обществом и проблемы с жильём. Отношения с работодателями авторка называет новой формой патриархата, когда женщинам противостоят обезличенные мужчины в виде работодателей. В целом, по словам авторки, одинокие матери мало жалуются, сказывается привычка к бедности.
Эмоционально женщины справляются с вопросами одинокого материнства в неолиберальных условиях с помощью особого вида мышления, который авторка называет практическим реализмом. Практический реализм основан на позитивном мышлении и постулирует, что если чувствовать правильно, думать по-другому, быть гибче и фокусироваться на достижимых целях, то каждая может улучшить своё материальное положение и быть счастливой. Практический реализм сочетается с фатализмом в отношении к государству и к мужчинам, которые считаются слабыми и ненадёжными. Женщины не пытаются изменить страну или мужчин, но пытаются изменить себя. Очень важной считается самопрезентация как успешной женщины. Женщины проявляют презрение к слабым и отрицание феминизма, который считается уделом лесбиянок-мужененавистниц, которых никто не любит. При этом важными считаются гибкость и адаптивность. Это приводит к тому, что одна и та же женщина может попеременно рассказывать о том, какая она женственная и адаптивная или какая она сильная и уверенная в себе. Точно так же женщина может одновременно верить в православие, нью-эйдж и ещё что-то. По словам авторки это совпадает с наблюдениями других социологов, утверждающих, что человеку не так важно иметь непротиворечивую картину мира, как быть гибким и верить, что жизнь имеет смысл. Меньшинство женщин отказывается от такого взгляда на мир, за что их недолюбливают. Поиски богатого мужа или требование льгот от государства также непопулярны.
Идея самодостаточности скрывает тот факт, что одинокие матери получают много помощи от бабушек. Бабушки нянчат детей, помогают с домашней работой или делают её всю, предоставляют овощи и фрукты со своих огородов и иногда помогают деньгами. Помощь бабушек принимается как должное и недооценивается. Если бабушки нет, то одинокая мать пытается найти её заменитель среди коллег, соседей, подруг или принимает решение отказаться от материнства (в книге приводится пример). На бабушек оказывается сильное давление, чтобы они сидели с внуками. Иногда те отказываются, но это скорее эпизодическое явление, чем массовое. Открытые конфликты между матерями и бабушками редки и чаще возникают в тех случаях, когда мать имеет большую материальную поддержку от отца детей. Вообще, атмосфера в материнских семьях более спокойная, чем в семьях с двумя родителями.
Авторка также рассмотрела жизнь замужних женщин. По её наблюдениям основная эмоция замужней женщины - покорность. Атмосфера в семьях более напряженная, больше ссор и криков. Браки в основном неудачные. Женщина либо имеет пьющего и гулящего (иногда бьющего) мужа, к которому относится как к ребёнку, либо муж её подавляет и относится к ней как к функции ("чтобы готовила, убирала и помалкивала"). Детьми отцы в целом почти не занимаются, что роднит замужних матерей с одинокими. Часть женщин сознательно выбирает мужчин, работающих вахтовым методом, так им проще. Счастливые браки также встречаются, но они более редки и женщины предпочитают о них помалкивать. Одинокими матерями чаще восхищаются ("она такая сильная"), но их также и оценивают ("достаточно ли она старалась удержать мужа"). В целом границы между одинокими и замужними матерями сильно размыты.
Авторка старалась пообщаться и с бывшими партнёрами одиноких матерей, но это оказалось сложно. Женщины отказывались знакомить её с мужчинами, сами мужчины отказывались от разговоров или мужчины куда-то уезжали. Те мужчины, с которыми удалось пообщаться, поддерживают негативный дискурс о русских мужчинах ("слабые, пьющие и изменяющие"). Пьянство они называли бичом России (так же, как и женщины), а вот постоянные измены - признаком настоящего мужчины (женщины к такому относятся негативно). Часто мужчины говорили, что пьют с целью доказать свою мужественность и компенсировать низкую зарплату или недостаточное уважение со стороны жены. Мужчины, как и женщины, демонстрировали низкую планку отцовства. Основным вкладом отца они считали денежный, но признавались, что платят алименты мало и нерегулярно. С детьми общались только некоторые, некоторые даже не называли детей от предыдущих браков, когда их просили рассказать о своих детях. Есть определённая группа отцов, исповедующих идеалы вовлечённого отцовства, но даже среди них большинство исповедует эти идеалы только на словах, на деле они отсутствуют в жизни детей. Такие отцы переживают внутренний конфликт, но прикрываются тем, что культура не требует от отца вовлечённости в жизнь детей. Меньшинство мужчин общается с детьми и после развода. Авторка называет четыре причины подобного явления: традиции; суждение о том, что семья должна обеспечиваться треугольником "мать-дитя-государство"; не выдерживание мужчинами вызовов капитализма; игнорирование моральных стимулов.

Авторка называет сложившуюся ситуацию нормализованным гендерным кризисом. Она отмечает, что на государственном уровне одинокие матери практически невидимы: о них не говорят официальные лица и СМИ (в то время как на бытовом уровне они широко обсуждаются). Она отмечает, что в России семья считается чисто женской сферой (в отличие от США, где есть обращения и к мужчинам, как к мужьям и отцам). В отношении к мужчинам Утрата замечает противоречие между желанием свободы и трезвого, ответственного мужчины. В целом женщины в России поддерживают патриархат (что совпадает с линией государства) и не сравнивают свою жизнь с жизнью мужчин.