May 13th, 2016

2015
  • svarti

Urszula Kozioł

https://ru.wikipedia.org/wiki/Козел,_Уршуля

Женская субъектность, старение, сатира на патриархат (и патриархатную мудроженственность), польское протестное движение, фольклорные мотивы. В сети почти ничего нет, и я решила расшифровать скан.
Но это такой феминизм различия, слегка эссенциалистский, с нью-эйджевыми мотивами (неудивительно: Уршуле сейчас 84 года, это поколенческое у восточных европеек).
Муж переводчицы Натальи Астафьевой, Владимир Британишский, пишет об авторке:
"Уршуля Козел и в конце 70-х, и в середине 80-х была для Москвы в “черном списке”. Наши польские знакомые не хотели этому верить, удивлялась и сама Уршуля, узнав об этом от нас. Но философски заметила: “Мы не знаем, как нас видят!” Оказывается, польские власти видели ее в черном свете. У польских властей была многоступенчатая, подробная градация наказаний для писателей. Уршулю наказали мягко: в Польше ее продолжали печатать, а в Москве “просили” не публиковать, не поощрять строптивую.
Строптивой Уршуля предстала в первом же заметном стихотворении, обратившем на нее внимание, оно появилось в 1962-м в литературной газете молодых “Вспулчесность” (“Современность”), газете, в те годы довольно независимой. Стихотворение называлось “Рецепт мясного блюда”:

Нужен лишь острый нож
нужен лишь гладкий камень...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
...Все что потом обычно
Ведь главное приправы
(С каким подать гарниром как сочетать цвета)
С огнем теперь легко спасибо Прометею
Были бы нож да камень.
И покорная шея.
(Перевод Н. Астафьевой.)

В 1962-м многие поляки пребывали еще в благодушии, а Уршуля уже ощущала тенденцию времени: власти будут отбирать завоеванные в 1956-м свободы, нельзя подставлять свою шею покорно".Collapse )
кот

Франция: Элен Ленуар

Элен Ленуар [Hélène Lenoir] родилась в Нейи, «богатом» пригороде Парижа в 1955 году. По образованию она преподавательница французского языка, с 1980 года живёт и работает в Германии, в Бад-Наухейме, небольшом городе неподалёку от Франкфурта. Литературой она увлекалась с детства, но только в тридцатилетнем возрасте собралась с духом и разослала рукопись своего первого романа по нескольким издательствам. Ответил ей известный Жером Лендон, глава издательского дома «Минюи». Рукопись он отверг, но приложил подробное письмо, что конкретно надо переделать, что не устраивает, а что хорошо. Через несколько лет Ленуар отправила Лендону несколько работ и телеграммой была вызвана в Париж для подписания договора. Её дебют состоялся в 1994-ом. Название - «Трещина» - придумал, кстати, всё тот же Лендон. Писательница абсолютно без иронии называет её своим вторым отцом. «Передышка», единственная её книга, переведённая на русский, вышла через несколько месяцев после его смерти...



Некоторые произведения Ленуар переводились и на немецкий, но сама она утверждает, что хуже и гаже этого перевода нет ничего, и для Германии она просто учительница, не писательница. Удивительно, что наш переводчик замечает, что над «Передышкой» работал через не хочу-не желаю. Любопытно, как это сказалось на качестве интерпретации. Во всяком случае, читалось мне тоже сложно, но время потерянным не считаю и более того - рекомендую. По манере письма сразу понятно, что любимая проза Ленуар — Натали Саррот, Маргерит Дюрас... но в целом не схоже ни с чем и ни к чему не сводимо. Притом фабулу можно пересказать в нескольких словах. Муж едет в Хельсинки к умирающей жене. Ну, то есть прямо не говорится - дескать, жена умирает, но инфаркт, реанимация, стентирование - эти слова нагоняют определённое настроение. Расставались они надо бы хуже, да некуда, со скандалом, последние слова, которые он ей бросил, были: "Я не беру чаевых". Почему чаевых? Какие чаевые? И сам герой вряд ли ответит на этот вопрос: не помнит хорошенько, из-за чего побранились. В купе с этим безымянным типом ехала женщина лет сорока, немка или фламандка. Он всю дорогу мечтал, как бы половчее к попутчице пристать, а потом при всём народе ущипнул её за грудь. Она его ударила по физиономии. Всё. И за этой незамысловатой, глупой в чём-то историей - весь человек с отношением к окружающим как к батарейкам для подзарядки, грушам для битья и секс-куклам. Весь мужчина как он есть, со всеми радостями и благодатями мужской гендерной идентичности. Вот с кем мы, условно (и неусловно) говоря, едем в одном поезде. Приедем ли? Кто знает...