March 2nd, 2016

Мальчики могут с удовольствием читать книги про девочек, и наоборот, если мы детям это позволим

Робин Стивенс (Robin Stevens) Когда меня просят выступить только перед девочками в школе, потому что в моих книгах для детей главные героини – две девочки, мне кажется, это происходит потому, что и учительницы, и родители предполагают, что их может читать только один пол. Я пишу детские детективы в серии Murder Most Unladylike Mysteries. Они предназначены для детей от 9 до 12 лет, и речь идет о двух девочках, Дейзи Уэллс и Хейзел Уонг. Однако не так важно, кто главные героини, важнее, о чем мои книги (убийства, детективы, 1930-е годы). К сожалению, не все согласны со мной. Несколько недель назад ко мне поступили просьбы из двух школ - поехать и выступить, но только перед школьницами. Я хочу подчеркнуть, что меня очень часто приглашают в школы, и эти два запроса выделяются тем, что это первые случаи, когда меня попросили выступить перед сегрегированной аудиторией. Огромное большинство библиотекарш, учительниц и продавщиц книжных магазинов в жизни такого не предложат. Однако две человеки из двух разных школ предложили, и не следует принижать важность такого явления. Когда я подняла ту тему в своем Twitter, мне написало много писательниц (и мужчин, и женщин), которых тоже приглашали выступать перед однополой аудиторией в школах для совместного обучения. Так что дело не во мне. И я не в первый раз с таким сталкиваюсь. С момента опубликования моей первой книги взрослые все время спрашивают меня, можно ли мои книги читать мальчикам, или же они только для девочек. Если об этом задуматься, то вопрос вообще странный. Почему пол моих персонажек должен влиять на то, кто их будет читать? Может, мужчинам нельзя читать про Мисс Марпл, а женщинам про Шерлока Холмса? Книга о не означает книгу для – не следует ограничивать читательниц книгами только про их собственный пол. Часть великой радости от чтения заключается в том, что можно попасть в разум совершенно иных людей и увидеть мир их глазами. Ребенкой я представляла себя мальчиками, о которых читала, так же часто, как и девочками, и я думаю, что жто сделало из меня более сострадательную взрослую с лучшим воображением. Однако вопрос о том, на кого нац елены мои книги, на мальчиков или девочек, нельзя просто игнорировать. Он возникает из-за предположения что девочки отличаются от мальчиков. Девочки (ну как принято считать до сих пор) эмоциональны, их интересует дружба и семья, в то время как мальчики ориентированы на действия, любят драться и спорт. И раз девочки такие девочковые, мальчикам не может быть интересно то, что они делают или говорят. Я много обсуждала эту проблему с другими авторками, и одна история мне особенно запомнилась. Писательница должны была выступать перед смешанной аудиторией из девочек и мальчиков, и до мероприятия к ней обратилась мама одного мальчика, чтобы спросить, есть ли в ее книгах персонажи-мальчики. Она хотела удостовериться в том, что у ее сына будет книга, в которой есть мальчики, потому что книг о девочек он читает. У меня сердце упало, когда я об этом услышала. Конечно, не читает, потому что его мать учит его не читать такие книги. И он учится тому, что девочками не нужно интересоваться, потому что мы этому научили целое поколение мальчиков. Мне кажется, нам нужно пересмотреть то, какие истории мы даем для чтения своим детям. Мы боимся, что мальчики не будут читать «девочковые книги» или смотреть фильмы про девочек, поэтому мы старательно маргинализируем девочек, разделяя книги, фильмы и игрушки по полу. Однако этим мы не решаем проблему, а поддерживаем ее. Если мальчики не будут читать и смотреть о героинях-девочках, то они не поверят, что девочки все это могут делать. Они не будут видеть в девочках лидерок, они вырастут, ожидая, что женщины будут просто следовать за ними. Мальчикам надо рассматривать девочек как равных – и видеть это в книгах, по ТВ и в фильмах. А мы, взрослые, должны взять на себя обязательства, что мы предоставим им такую возможность. Я отказалась от выступлений в этих двух школах: мои книги для всех детей, а не только для девочек, и я думаю, это стоит защищать.

Анонс новых книг Зейди Смит и Али Смит



Новый роман Зейди Смит, Swing Time, будет о «двух темнокожих девочках, которые мечтают танцевать», а книга Али Смит, Autumn, войдет в серию из 4 книг, Времена года.
Действие романа Зейди Смит будет происходить в Лондоне и западной Африке, главные темы: дружба, музыка, как на нас влияют разные вещи, и как мы выживаем. Танцевать мечтают обе девочки, но талант есть только у одной из них.

Новая книга Али Смит представляет собой медитацию на тему урожая. Это будет первой книгой в серии из 4 книг, названных по временам года. Темы: современная попкультура, границы, эксклюзивность и что такое богатство и достоинство.
Все 4 книги будут представлять собой отдельные произведения, но будут взаимосвязаны и цикличны. Посвящены тому, что такое время, как мы его испытываем, а также, какие маркеры повторяются в наших жизнях.
кот

Анна-Леена Хяркёнен

Маловато у нас постов по тегу "эротика", решила я и принесла в сообщество самый антиэротичный роман о сексе, какой вообще знаю. Эротика есть тайна, фигура умолчания, флёр, а в прозе Хяркёнен всё нараспашку. Её откровенность нельзя назвать бесстыжей и тем самым возбуждающей, она за пределами стыда и бесстыдства. Аудитория, которую обнадёжили рекламные призывы а-ля "финский ответ Кама-сутре", притихшая и непонимающая, расползается по домам. "Я краснею, когда сейчас листаю свою книгу, в 43 года я написала бы ее сдержаннее. Но идея та же", - говорит писательница.



Анна-Леена Хяркёнен [Anna-Leena Härkönen] родилась в 1965 году в провинциальном финском городе Лиминка. Закончила театральный институт в Тампере, играел в театре и кино. В девятнадцать лет она, гимназистка выпускного класса, проснулась знаменитой: её роман "Убить быка" [Häräntappoase], тот самый, который сочинялся во время уроков и прятался под партой, получил престижную премию за лучший дебют. "я долго держала его в руках – все гладила, гладила переплет... Это было так удивительно – моя книга"... "Убить быка" попала в школьную программу, по ней снят молодёжный сериал, и до сих пор Хяркёнен воспринимается под знаком той бесхитростной повести о первой любви. Однако её тематика значительно более разнообразна: "Слабопозитивная" - сборник заметок о материнстве первого года и послеродовой депрессии, а "Обсуждение окончено" - документальная хроника психиатрических мытарств и суицида младшей сестры. Выход произведений Хяркёнен с неизбежностью сопровождается скандалом.

Полагаю, что практически все финки – феминистки. Однако я никогда не была членом какой-нибудь организации мужененавистниц [Так в переводе, но как в оригинале - не нашла - прим. Майоровой]. Не нужно всё в жизни воспринимать слишком серьезно!

Вкратце фабула: некая Сара, двадцати четырёх лет от роду, страдает от того, что не испытывает оргазма в сексе. Прибежище она находит в фантазиях садомазохистского плана, очевидно, навеянных порнопродукцией. Оргазм становится её идеей фикс, её наваждением. Её любовник Йоуни пожимает плечами. Он в принципе не осознаёт, о чём шум. Ему-то всё нравится! В таком подходе Йоуни не одинок. Ещё совсем недавно авторитетные сексологи утверждали, что главное удовольствие женщины в сексе - когда доволен муж, а за личной усладой гонятся лишь распущенные, низкие натуры. Потом мы получили право на оргазм. В какой момент оно превратилось в обязанность? "Ну, чего тебе надо? Пылесосом тебя обработать, что ли?" - возмущается Йоуни, а Саре понятно одно:
Ты меня опять не удовлетворил. А я так хочу чувствовать себя настоящей женщиной! Во мне скрыто столько чувств, надо только выпустить их на свободу! И ты можешь это сделать! Если бы ты хоть немного меня любил, ты сделал бы это! Я хочу, чтобы ты стал для меня всем! Стань для меня всем, слышишь?!

И если для того, чтобы ощутить себя настоящей, нужен пылесос - да будет пылесос. Нет детей - ненастоящая, нет оргазма - ненастоящая, нет работы - ненастоящая, слишком углубляешься в работу или чересчур занята детьми - тоже ненастоящая... продолжим список? Сару преследует мучительное видение: их любовное ложе находится в огромном стеклянном аквариуме, и тысячи чужих глаз оценивают длину прелюдии, правильность позы при садке, качество копуляции.

Из интервью А.-Л. Хяркенен газете «Деловой Петербург»:
Двадцать лет назад меня поражало, почему все разговоры сводятся к сексу, к тому, что надо заниматься сексом, говорить только о сексе, одеваться обязательно сексуально и так далее. Вернее, почему мы обязаны это делать?.. А сейчас требования возрастают. Я считаю, что подростков не стоит насильно выталкивать в эту тему. Дети должны взрослеть постепенно, сами, без рывков, а их старшие друзья, телевидение, молодежные журналы хотят, чтобы девочки сразу становились женщинами. Сейчас положено в 11-12 лет эти темы обсуждать, а я еще в куклы, кажется, играла.[...] За последние 20 лет ситуация не изменилась, а если поменялась, то к худшему. Невозможно наслаждаться жизнью, если в ней нет секса. Это проникает не только в телевизор. Я как-то видела рекламную кампанию: одежда и белье «секси» для детей, даже не подростков».

Maeve Binchy "A Few of the Girls: Stories" (2015)



Цитата: "В моих книгах гадкие утята не превращаются в прекрасных лебедей. В них гадкие утята превращаются в уверенных в себе уток".

Ирландская писательница Мэйв Бинчи скончалась в 2012, но ее книги еще продолжают выходить, в прошлом году вышел сборник ранее не изданных рассказов.

Из википедии:

Бинчи происходила из католической семьи и училась в монастырской школе. В 1963 году она преподавала французский язык с ирландским акцентом в дублинской школе. Родители учеников подарили ей поездку в Израиль. Поскольку денег у Мэйв не было, она поехала жить и работать в кибуц, собирала апельсины, потрошила цыплят и писала письма родителям, которые очень за нее беспокоились. А родители посылали ее письма в газету, и их публиковали.
И так Мэйв стала писательницей. Это совсем не трудно, решила она, просто пиши письмо домой.

Еще в Израиле она стала атеисткой. Как-то искала место проведения Тайной вечери, залезла на гору, к пещере, которую охранял израильский солдат родом из Бруклина. Она рыдала от отчаяния.
"А что вы хотели найти, мэм?" - поинтересовался солдат: " Стол в ренессансном стиле, накрытый на 13 человек?"
- Вообще, да, ответила она.

Еще Бинчи была 6 футов ростом, даже 6'1" (больше 180 см), и довольно полная, и в юности, в своем маленьком ирландском городке никогда не считала себя привлекательной. Она думала, что будет всю жизнь жить с родителями, а потом одна, и ничего хорошего ее в жизни не ждет.

И ведь это не помешало ей стать популярнейшей и любимейшей многими читательницами всего мира писательницей.
Я очень рекомендую ее для чтения тем, у кого погано на душе.
Она, знаете ли, душевная. И мир под ее пером получается тяжелый, и не справедливый, но таящий в себе надежду. А люди - сложные, разные, не совершенные, но не безнадежные.

Сама она говорила: "Надо же, я продаюсь лучше, чем классики! Но я еще не сошла с ума, прекрасно понимаю, что мои книги покупают в отпуск".

Перу: "Автобиография Марии Элены Мойяно: Жизнь и смерть перуанской активистки"

Собственно, автобиография убитой в 1992 году активистки составляет лишь небольшую часть этой книги, в остальном она представляет собой компиляцию речей и текстов Марии Элены Мойяно, сделанную ее подругой Дианой Милославич Тупак, дополненную также очерками об истории феминизма в Перу.
Мария Элена Мойяно - перуанская феминистка, причем, не "академическая" феминистка, а активистка, которая занималась решением различных проблем женщин на практике, жительница трущобного городка Вилья Эль Сальвадор.
Весьма интересная книга с точки зрения теории интерсекциональности - о практике феминизма в бедных странах, охваченных кризисом. В такой бедной стране, каковой является Перу, наиболее актуальная проблема женщин - выживание их самих и их детей. Бедность и безработица имеют гендерную специфику и делают женщин еще более уязвимыми.
Мойяно не только выступала против мачизма и гендерного неравенства, она  создала фонд  Vaso de Leche ("Стакан молока"), целью которого было предоставить каждому ребенку в ее городке хотя бы один стакан молока в день - это вопрос жизни и смерти. Среди ее проектов - материнские клубы, а также коммунальные кухни, где женщины совместно готовили еду, таким образом экономя на закупках и "подстраховывая" тех, у кого в данный момент нет возможности купить продукты, а также освобождали свое время, готовя посменно. Она организовывала здравоохранительные программы для женщин - просвещение в сфере контрацепции, вагинальных инфекций, обследования для выявления рака шейки матки. Женщины общины Вилья Эль Сальвадор, самоорганизовывались также и для других дел, необходимых для повышения качества жизни общины - убирали улицы, высаживали деревья, следили за тем, чтобы на местных дискотеках не распространяли наркотики и т.д. С одной стороны (и в книге об этом сказано), получается, что женщины взяли на себя, помимо домашнего труда еще много других обязанностей в общественной сфере, увеличив нагрузку, лежащую на их плечах. С другой стороны, Мойяно утверждает, что им это помогало чувствовать, что они действительно контролируют свою жизнь, и набираться опыта самоорганизации и демократических практик, которые они впоследствии могут применять в политической сфере. Сама Мойяно стала заместительницей мэра города после того, как заслужила большое уважение в своей общине. Баллотироваться на пост мэра она, однако, не решилась... Но надеялась, что впоследствии из этой среды выйдет много лидерок, которые займут места и в местной власти, и в парламенте, и в правительстве.
Кому же помешала Мария Элена Мойяно? Помешала она "Сендеро Луминосо", маоистской партизанской организации. Они сочли, что самоорганизация женщин и бедных людей вообще препятствует победе революции, что подобные инициативы служат "подушкой безопасности" для режима, смягчая недовольство граждан текущей ситуацией в стране. Как же, люди сами улучшают свою жизнь, не дожидаясь коммунистического рая!
Сперва ей угрожали и выдвигали несправедливые обвинения - якобы это она устроила взрыв в центре раздачи молока. Мойяно отвечала, что никогда бы не разрушила дело собственных рук, и очевидно, что взрыв сами же сендеристы и организовали. Она была не первой и не последней женщиной, убитой сендеристами, женщины-активистки были их излюбленной целью. Убили ее с особой жестокостью (привязали к ней динамит и взорвали), на глазах у толпы, в которой были ее собственные дети.
Вот такая печальная судьба лидерки из народа...