September 21st, 2015

Луиз О'Нил о том, как ей пришла в голову идея фем-антиутопии "ONLY EVER YOURS"

ONLY EVER YOURS: "Идея мне впервые пришла в голову в январе 2011 года. Погода была ужасной, метро из-за снега не ходило. Я застряла в Старбаксе и потягивала зеленый чай "гранде", дожидаясь, когда можно будет сесть на поезд, чтобы добраться до работы. Я очень хотела есть и все посматривала на торты, я очень хотела съесть кусок, но понимала, что не смогу. Я страдала от анорексии и булимии с 15 лет, а когда я начала жить в Нью-Йорке моя анорексия снова обострилась, и вес начал упорно падать. Я помню, что чувствовала себя очень усталой и измучанной, и думала, как было бы хорошо, если бы я могла пойти и съесть этот чертов кусок торта, и тут мне в голову пришел образ девушки, стоящей перед классом. Она была одета в бикини, а женщина с бритой головой красным маркером отмечала на ее теле "жир", и все девочки в классе скандировали: Жир. Жир. Жир. Я выхватила из сумки записную книжку и весь следующий час писала и писала, исписав целые страницы. Я начала писать сам роман только в следующем году, когда я вернулась в Ирландию, но именно тогда я захотела написать книгу о том давлении, которое испытывают молодые женщины, чтобы они соответствовали определенным эстетическим стандартам, и об остальном патриархальном дерьме, которое так распространено в нашем обществе".

Еще хочу от себя добавить, что она 1985 года рождения.
А скоро ведь пойдут молодые и интересные авторки 1995 г.р. и 2005! Представляете?
Сколько нового и интересного нас ждет впереди?:)

20 лучших рассказов 2014 года (премия имени О'Генри)

В прошлом году из 20 женских имен было 13 (в этом году уже 15):

Tessa Hadley, “Valentine,” The New Yorker
Olivia Clare, “Pétur,” Ecotone
Kirstin Valdez Quade, “Nemecia,” Narrativemagazine.com
Allison Alsup, “Old Houses,” New Orleans Review
Halina Duraj, “Fatherland,” Harvard Review
Chanelle Benz, “West of the Known,” The American Reader
Colleen Morrissey, “Good Faith,” The Cincinnati Review
Louise Erdrich, “Nero,” The New Yorker
Rebecca Hirsch Garcia, “A Golden Light,” Threepenny Review
Chinelo Okparanta, “Fairness,” Subtropics
Kristen Iskandrian, “The Inheritors,” Tin House
Maura Stanton, “Oh Shenandoah,” New England Review
Laura van den Berg, “Opa-Locka,” The Southern Review

Любопытно, что в 2011 году только 9 имен из 20 были женскими: Collapse )

Eden Robinson - канадская писательница, представительница "первых наций" (индеанка, короче говоря)



Иден Виктория Лена Робинсон родилась в 1968 году в Британской Колумбии, и она принадлежит к племенам (правильно говорить, наверное, первым нациям) Хаисла и Хейлцук.

Печатается с середины 90-х годов, получвет премии, попадает в антологии. Любит писать о социопатах, психопатах и темных сторонах человеческой души.

В ее романе Monkey Beach (2000) молодая девушка на территории Китамаат (родина писательницы) пытается понять, как и почему ее брат пропал в море. Книга рассказывает о взрослении на резервации Хаисла. Это и детектив, и путешествие духа, сочетание реализма с индейской мистикой. Роман получил премию имени Этель Уилсон.



Найдите карту Британской Колумбии. Под Аляской найдите острова Королевы Шарлотты. Проведите пальцем по направлению к побережью и вы наткнетесь на большой остров. Это земля Хаисла, резервация. Лиза Хилл пытается понять, почему ее брат пропал, и вспоминает свое детство.

Из незабываемых персонажей можно назвать бабушку Лизы, Ма-Ма-уу, которая отказывается бросить старые традиции. Родители Лизы пытаются сочетать Западную культуру с индейской, а сама Лиза мечется между физическим миром и миром духов, который для нее не менее реален.

Отрывок из нового романа Улицкой

В октябре Людмила Улицкая представит российской читательнице свой новый роман «Лестница Якова». По жанру это семейная сага, охватывающая более чем столетний период российской истории: с конца ХIХ века по 2011 год. В книге описана судьба шести поколений семьи Осецких. Влюбленности, браки, рождения детей, расставания, смерти. Героини романа постоянно оказываются перед необходимостью сделать выбор, однако определяют его отнюдь не резкие повороты истории. Книга выйдет в «Редакции Елены Шубиной». «Лента.ру» публикует главу из романа.

http://lenta.ru/articles/2015/09/20/ulitskaya/

Сборник 2004 года - "So Long Been Dreaming" (Пост-колониальная фантастика и фэнтези)



Сборник произведений писательниц из Африки, Азии, аборигенок, индеанок, а также американских и британских цветных писательниц.

Редакторка: Nalo Hopkinson

Писательницы (о сколько новых женских имен!): Karin Lowachee, devorah major, Nnedi Okorafor, Eden Robinson, Opal Palmer Adisa, Celu Amberstone, Andrea Hairston, Maya Khankhoje, Larissa Lai, Nisi Shawl, Suzette Mayr, Vandana Singh, Sheree R. Thomas, Carole McDonnell

В западной литературе много вариантов придуманного будущего. Как утверждает писательница Нало Хопкинсон: фантастика/фэнтези "так много говорят об опыте отчужденности, при этом так редко встречаются произведения, написанные самими "отчужденными". Хопкинсон надеется исправить это упущение с помощью данной антологии.

Книга содержит разные варианты будущего, созданные писательницами из "третьего мира".

Книги о политике секса

Jagose A. Orgasmology. Durham: Duke University Press, 2013
Новозеландский исследователь Аннамари Джагоз, пожалуй, наиболее радикальным образом подошла к разговору о сексе. Реконструируя историю нормализации и нормативизации половых отношений в двадцатом веке, она утверждает, что напряжение и непонимание, связанные с представлениями о сексуальной жизни в политическом дискурсе, являются продуктом прошлого века. Доминирование мужского начала, гетеросексуальной нормы и принуждения к сокрытию и нерефлексируемости сексуальной идентичности привели к формированию суррогатного человека, с одной стороны, погруженного в стихию сексуальных переживаний, с другой — загнанного в лабиринт бесконечных ограничений, угроз и замалчиваний.
Невозможность выбора и бесконечные практики оправдания определяют странное, с точки зрения исследователя, замалчивание одной из фундаментальных основ человеческой идентичности — оргазму, как предельному элементу сексуальности. Оргазмология мыслится А. Джагоз как пластичная форма квир-теоретизирования, проблематизирующая доминантные практики удовлетворения сексуальных желаний. Поэтому важнейшими объектами для наблюдения выступают: отношение к одновременному оргазму, практики самоудовлетворения, презентация оргазма в кинематографе и научных лабораториях, разнообразие сексуальных идентичностей и их репрезентация в публичном дискурсе. Оргазм по А. Джагоз — это не частное дело, закрытое от посторонних глаз, а сильнейший, телесно укоренный элемент, формирующий человеческую индивидуальность, задающий ритмы обыденной жизни, и, одновременно, определяющий публичное политическое поле, выступающий чуть ли не единственным действенным инструментом для становления свободного от диктата внешних, предзаданных норм мировоззрения.

Батлер Дж. Психика власти: теории субъекции / Пер. с англ. З. Баблояна. СПб.: Алетейя, 2002
Нет на русском языке более пронзительной критики критиков власти. Привычные призывы к добру и справедливости, упрёки в коррупционности и развращенности правящих элит, разбиваются о систему аргументации Джудит Батлер, согласно которой власть, прежде всего, не то, что принуждает, а что конституирует, делает возможным текущее сосуществование в мире с собой и другими. Критики власти сами представляют собой её производную. И только радикальный отказ от поддержания публичного дискурса, ограниченного лишь социальной, политической и экономической аргументацией, позволяет обнажить скрытые механизмы власти, довлеющие над современным человеком. Телесность, гендер, сексуальное влечение — это не просто интимные сферы, частная жизнь разрозненных индивидов. Это, по Дж. Батлер, мощные дискурсивные машины воспроизводства властных отношений. Различие гомо- и гетеросексуальности, моногамного и квир-ориентированного мировоззрения носят не биологический, а политический характер, и определяется практиками социальных репрезентаций, а не физиологическими потребностями.
Власть выступает возможностью, или условием, формирования субъекта, подталкивает его к реализации своей субъектности и, одновременно, сковывая навязанными, укорененными привязанностями (Дж. Батлер называет их «пассионарными»), такими как любовь к родителям, сексуальное влечение к определенному полу, стереотипы в отношении к сексуальному партнеру. Секс — это единственный механизм обнажения структуры власти, без необходимости подражания и воспроизводства её основных элементов. Это не значит, что автор предлагает избавиться или преодолеть существующий властный порядок. Книга лишь открывает глаза на особенности социальных отношений, идентичности и политической позиции, основанные в предельном варианте на сексуальных влечениях и предрасположенностях. Вместо того, чтобы рассматривать сексуальность как выражение гендера, Джудит Батлер видит в гендере неартикулированную часть сексуальности, некоторую фигуру осмысленного умолчания, поддерживаемую существующим властным порядком. Сексуальность, таким образом, мыслится как центральная фигура для любого разговора, который затрагивает человеческие отношения.

Аннамари Джагоз "Введение в квир-теорию"

"Издание в русском переводе книги Аннамари Джагоз "Введение в квир-теорию" (Annamarie Jagose, Queer Theory: An Introduction (New York University Press, 1997)), является, несомненно, важным событием в процессе легализации ЛГБТ- и квир-проблематики в постсоветском регионе и ее включения в отечественный академический контекст. Безусловно, объем современной западной литературы на эту тему поистине огромен, но монография Джагоз, посвященная исследованию истории становления и описанию основных теоретических положений квир-теории, по мнению ряда западных гендерных и феминистских исследователей, является одним из лучших изданий в области ЛГБТ-исследований за последние годы.
Для постсоветских читателей книга Джагоз важна, по моему мнению, прежде всего тем, что ее автор, основываясь на результатах, полученных многими исследователями гендера, сексуальности, культурной и социальной антропологии, обращается ко всему корпусу квир-теории как академической дисциплины, сформировавшейся на Западе в конце 90-х годов, стремясь избе­жать как редукции к сфере более конвенциальных гей- и лесби-исследований, так и редукции к классической психоаналитической проблематике анализа сексуальных перверсий. При этом автор представляет свою рабочую гипотезу контуров квир-теории как незавершенную, открытую к переформулированию, являющуюся, собственно, пока только введением в нее: Джагос, как она уточ­няет, ставит перед собой задачу ввести в академический контекст некоторые из наиболее важных концептуальных разработок квир-теории и выявить логику развертывания ее различных аспектов."

Ольга Романцова. Журнал "Гендерные Исследование" № 20-21 (2010)

Целиком здесь

Ригэн Фингер "Художницы"

Originally posted by vostrokopytnaya at Почему не было великих художниц?
(Для тех, кто еще не читал этот материал у меня в журнале)

Скан и перевод мини-книги Ригэн Фингер "Художницы":


Collapse )

"Феминиум"

Феминистическая фантастика. Что это такое? Фантастика о женщинах? Фантастика, пропагандирующая идеи феминизма? Фантастика, которая идеи феминизма рассматривает, вертит их так и сяк, придумывает утопии и антиутопии на тему, протестует и соглашается, возмущается и сострадает?

Составитель Далия Трускиновская обозначила идею сборника «ФЕМИНИУМ» просто: феминистическая фантастика это фантастика, действующие и претерпевающие различные приключения герои которой – женщины. «В обычной фантастике звездолет ведет мужчина, в феминистической - женщина». Что же, так бывает и в жизни, и такое действительно интересно почитать. И мужчинам и женщинам. Недаром в западных коммерческих фантастических сериалах довольно часто мелькают женщины-воительницы, женщины – командиры звездолетов и космических станций, женщины-маги. В русской фантастике тоже женщин-героев хватает (вспомнить хотя бы ведьму Вольху) но, однако, еще не настолько. Тем более интересно почитать подобный сборник. Впрочем, в его состав входят и феминистические рассказы в более узком смысле слова. Рассказы, которые касаются самой идеи феминизма и вертят его и так и сяк, на тот лад и на этот. Но, и это радует, грубой пропаганды, в какую бы то ни было сторону – нет.

И, наконец, еще один дополнительный бонус для читателей – возможность погадать на кофейной гуще. Мужчина или женщина автор того или иного текста? Все авторы (за исключением Людмилы Козинец) публикуются под псевдонимами. Женскими. Можно ли понять, кто там настоящая дама, а кто нет? Авторов-мужчин и авторов-женщин в сборнике примерно поровну.

Рецензия здесь

Джоджо Мойес «Последнее письмо от твоего любимого»

О Других книгах Джоджо Мойес в сообществе ранее писали:
"Вилла "Аркадия"
"Ночная музыка"
Originally posted by tat_dream at Книга, как фильм
Джоджо Мойес «Последнее письмо от твоего любимого»
Я ничего раньше не читала у этого автора. И вряд ли бы взялась, поскольку все романы позиционируются как «любовные и романтические истории». В общем это то, что я не очень люблю.
А тут был случай. Я ехала в Смоленск, туда 5 часов на «Ласточке» и столько же обратно. Взяла две книги – эту и еще одну. Другая сразу не пошла, зато эту, достаточно объемную, прочитала за две дороги на одном дыхании.

У меня было ощущение, что я не читаю, а смотрю очень качественную драму. Местами мне хотелось «перекрутить пленку», чтобы заглянуть вперед. Местами наоборот нажать стоп-кадр, чтобы насладиться «изображением». Очень мощная драматургическая история, конечно, не лишенная натяжек, но созданная прямо по учебнику Митты: «движение от счастья к несчастью, от отчаяния к надежде, от взлета к падению…».
О чем книга? Две параллельные истории, которые вопреки правилам математики все-таки сходятся в одну точку. Современная линия лишь обрамляет сюжет, основная же – это история, произошедшая в Англии в 1960 году. Дженнифер Стерлинг приходит в себя на больничной койке после жуткой автомобильной катастрофы. Она не может вспомнить ни обстоятельств аварии, ни своего богатого мужа, ни даже то, как ее зовут. Окружающий мир был чужим для нее до тех пор, пока она не наткнулась на письма, адресованные ей и подписанные просто буквой «Б». Их автор признавался Дженнифер в любви и умолял ее уйти от мужа. И она решает найти автора письма… И тут начинается самое интересное. Что не буду рассказывать. Читается легко, интересно и очень поучительно) Неожиданные повороты гарантированы)
Из негатива. У главной героини «осиная талия». Это подчеркивается такое количество раз, что к финалу у меня стало твердое убеждение, что настоящей любви достойны только худышки)

Пернилла Стальфельт «Книга о любви»

Книга для детей о любви и ее превратностях, проиллюстрированная самой писательницей Перниллой Стальфельт :) С элементами секспросвета.


Collapse )

Больше картинок здесь

Лучшие детские книги сентября от Дарьи Варденбург

Нобуко Итикава «Когда папа приходит поздно…»

Четыре фантастические истории (которые фантастически хороши) о том, что на самом деле происходит с папой мальчика Ацу, когда он задерживается после работы. Папа вместе с кротами роет глубочайшую яму и предотвращает землетрясение, доставляет на небо сына повелителя грома вместе с банкой воды для долгожданного ливня, помогает енотам-полоскунам закинуть только что вымытые звезды на небо и достает застрявшую на дереве волшебную шляпу медведя, без которой не распустятся весной цветы. Веселая и теплая книга с остроумными рисунками Косиро Хаты и в замечательном переводе Елены Байбиковой.





Марьяна Козырева «Девочка перед дверью»
1930-е и 1940-е годы глазами ребенка, сопротивление одной маленькой семьи гигантской машине репрессий, сохранение радости и достоинства в невыносимых обстоятельствах — в подлинной (с небольшой долей вымысла) и замечательно рассказанной истории детства Марьяны Козыревой. Арест родителей в 1933 году, переселение на станцию Верблюд в Ростовской области и жизнь в Узбекистане во время войны, где 14-летняя Марьяна (в книге — Витька, Виктория), пережив смерть матери, работала библиотекарем в селе Автабачек. Несомненно, эта книга напомнит «Сахарного ребенка» Ольги Громовой — повесть по воспоминаниям Стеллы Дубровой (Нудольской), выпущенную в прошлом году издательством «КомпасГид», а также воспоминания эстонской писательницы Леэло Тунгал «Бархат и опилки», выходившие три года назад в таллинском издательстве КПД. Во всех случаях это драгоценные свидетельства о времени 1930–1950-х годов и литература, утверждающая силу человеческого духа, фантазии и чести перед лицом жестокости, трусости и подлости. Написанная в 1975 году «Девочка перед дверью» выходила в самиздатовских журналах «37» и «Часы», в 1990-м ее издала «Детская литература», сейчас она вышла в «Самокате» с комментариями и послесловием Ильи Бернштейна, которые в полной мере дают представление о реальных прототипах героев и историческом контексте, — и вряд ли можно пожелать книге и ее читателям более профессионального издания.

Уте Краузе «Принцессы и разбойники»

Метафорическое изображение «лоскутной» семьи — семьи, в которой дети от разных браков живут вместе, — а также ее проблем и радостей. Папа малолетних разбойников после развода породнился с принцессой, а мама разбойников — с драконом, в результате чего у разбойников появились новые семьи и новые сестры и братья — принцессы и драконы. Запутанная ситуация, неспокойная жизнь на несколько домов, обиды и ссоры — разбойникам предстоит разобраться в своих чувствах и найти выход из положения.

Отсюда

Майя Туровская "Зубы дракона"



В издательстве Corpus вышла колоссальная книга — исследование культуролога и сценариста фильма «Обыкновенный фашизм» Майи Туровской о советских тридцатых. «Афиша» публикует небольшой отрывок — о гонениях на Сергея Эйзенштейна после запрета его фильма «Бежин луг».