March 13th, 2014

absynthe

Сара Уотерс, "Маленький незнакомец"

Испытываю сильное желание убрать пост под кат, так как, кажется, я уже слишком много тут пишу про романы Сары Уотерс. Но нравится она мне, нравится.

Данный роман, впрочем, шедевром не назову, но добротный исторический психологический триллер с большой дозой мистики.



Год издания: 2009
Год издания на русском языке: 2011
Издательство: Эксмо, Домино

Аннотация: Впервые на русском - новейший роман прославленного автора "Тонкой работы", "Бархатных коготков" и "Нити, сотканной из тьмы", своего рода постскриптум к "Ночному дозору", также вошедший в шорт-лист Букеровской премии.
Эта история с привидениями, в которой слышны отголоски классических книг Диккенса и Эдгара По, Генри Джеймса и Ширли Джексон, Агаты Кристи и Дафны Дюморье, разворачивается в обветшалой усадьбе Хандредс-Холл, претерпевающей не лучшие времена: изысканный парк зарос, половина комнат законсервирована, гостей приходится принимать в цокольном этаже, и вообще быть аристократом невыгодно. Что до действующих лиц, то предоставим слово автору: "Стареющая миссис Айрес, пленница ускользающего былого стиля жизни, ее почти безнадежно незамужняя дочь и израненный на войне сын. Я снабдила их юной служанкой по имени Бетти и мягким другом - доктором Фарадеем, который запутается в хитросплетениях их истории, набравшей жути и преобразившей его. В довершение я подселила к ним нечто вроде призрака..."

Жанр: готический роман.

Удивительным образом в романе нет ни одной лесбиянки, более того, (гасп!) повествование ведется от лица мужчины. Вначале мне даже показалось, что в книге нет ничего феминистического (вполне в духе классической литературы 19-го века, надо сказать, под которую идет стилизация, с неспешным началом, постепенным знакомством с персонажами и вниманием к деталям), однако на середине книги я поняла, что это намеренный прием - слушая "рациональный", "объективный" голос рассказчика-мужчины и глядя его глазами на "других", на нервных, истерических женщин, мы видим и слышим только часть истории, и очень многое остается за кадром.

Кстати, интонации рассказчика мне очень напомнили начало "Грозового перевала", и, поняв это, я увидела много аллюзий на роман Эмили Бронте, он ведь тоже, по сути о доме, об имении, о любви именно к этому имению, и еще там есть одна из самых страшных из читанных мною сцен с привидениями, когда призрак маленькой девочки скребется в окно второго этажа и просится "впустите!".

Отзывы на ливлиб: Collapse )
кот

Женщины среди сотни лучших

Журнал "Афиша", подводя итоги начала века, собрал сто лучших романов, написанных с 2001 по 2013 годы. В экспертный совет из женщин вошли: критикесса Елизавета Биргер, издательница Варвара Горностаева, главная редактриса "Афиши-Город" Екатерина Дементьева, критикесса Катя Морозова, критикесса Анна Наринская, редактриса "Октября" Валерия Пустовая, критикесса Галина Юзефович, то есть женщин 7 человек из сорока. Сколько же женщин авторок в списке, и какие имена сочли необходимым в нём упомянуть?

Хилари Мантел, "Волчий зал". За этот роман Мантел получила Букеровскую премию 2009 года, а в 2012 году продолжение под многообещающим названием «Внесите тела» тоже было избрано Букеровским комитетом. Тем самым Мантел стала первой писательницей, получившей  В 2010 году "Волчий зал" стал также лауреатом премии Вальтера Скотта и Национальную премию ассоциации литературных критиков. Я, к позору своему, не читала, но предыдущая книга Мантел, "Чернее чёрного", стала одним из сильнейших литературных впечатлений за последние годы.

Джоан Роулинг, семитомник о Гарри Поттере. Оказывается, семикнижие по-научному называется "гепталогия". Тут - без комментариев, очень многие читали, и всем есть что сказать. Со своей стороны добавлю, что шестой и в особенности седьмой тома не нашли отклика в моей душе, а первые пять с удовольствием прочла и перечитываю. Любимая героиня - естественно, Луна Лавгуд.

Сюзанна Кларк, "Джонатан Стрендж и мистер Норрелл". Здесь я могу часами разливаться соловьём, потому что влюбилась в этот огромный талмуд сразу и бесповоротно.  Кратко о сути. Издавна остров Британия разделен на две части, северную и южную. На Юге царит технический прогресс, премьер-министр Уильям Питт делит мир с Наполеоном, правит совершенно невменяемый Георг III, и несколько скромных сельских джентльменов пытаются возродить древнюю магию. На Севере воют волки, пляшут эльфы, блуждают болотные огоньки и царствует Король Ворон Джон Аскгласс, маг-вундеркинд со вшами в волосах и планами победоносной войны в гениальном мозгу. В бессилии слагаю перо, это читать надо.

Мариам Петросян, "Дом, в котором..." Вокруг этой книги уже складывается своего рода культ, особый мир поклонниц и поклонников, подобный тому, что существует вокруг "Властелина колец", "Хроник Нарнии". При этом никаких сказочных стран с богатырями и чародеями! Место действия - детский дом для инвалидов.  Главные герои - обыкновенные необыкновенные подростки. И, конечно, сам Дом, который одних принимает в себя, пленяет и затягивает, а других отвергает и выталкивает из себя. Увы, я отношусь к последним, но "Дому, в котором..." как культурному феномену могу только аплодировать.

Кейт Аткинсон, "Жизнь после жизни". Эта английская писательница прославилась как детективщица, её ярым фанатом и пропагандистом стал сам маэстро ужасов Стивен Кинг. Что, собственно, её сподвигло обратиться к теме Второй Мировой войны, я не знаю, но попадание стопроцентное. Перед нами несколько возможных вариантов судьбы, жизни и смерти некой Урсулы Тодд, и первая же - мертворождение, удушение пуповинной петлёй. Казалось бы, нет ничего хуже. Но вторая и последующая версии нас несколько переубеждают... Сюжет захлёстывает, как та самая пуповинная петля, только не душит, а насыщает кислородом. Я как раз  на середине, спасибо за совет сообществу в целом и felix_mencat особенно.

Людмила Улицкая, "Зелёный шатёр". Уважаемые сообщницы, простите мою субъективность. Улицкую-публицистку я чаще всего не понимаю, слишком сильны классовые различия. Улицкую-писательницу глубоко ценю и уважаю, "Медея и её дети" просто откровением была... Но тут! У меня такая метода: раскрыть на любой попавшейся странице и прочесть несколько предложений. Как назло, выпало сакраментальное "Тулу сдали, училище перевели в Томск..." Немного погодя я металась у витрины с военной мемуаристикой, искала справочник "Города-герои" с тем, чтобы выяснить, не сошла ли я с ума. Я-таки здорова, Тулу не сдавали, "Шатёр" читать расхотелось.

Лена Элтанг, "Каменные клёны". Небольшая такая книжечка, жанр устаревший, или освящённый веками: роман в письмах. Стопка писем, записок, обрывков, ошмётков, рецептов из кулинарного бестселлера и заклинаний из бабушкина гримуара, для маскировки переплетённого в обложку от поваренной книжки. "Дура ты, дура, а ещё ведьма" - с первой же страницы обращается к себе потомственная валлийская колдунья Саша Сонли. Сон ли? Ведьма ли? Френдесса моя на Ливлибе написала так: форма одержала убедительную победу над содержанием. Мне кажется, побеждать было особо и нечего, но форма... форма... Ценительницам рекомендую.

Донна Тартт, "Маленький друг". Не буду приводить критические отзывы, вполне восторженные, надо сказать, и от тех, кто любит скандалы, интриги и расследования, и от тех, кто интересуется таинственным жанром "южная готика", и от строгих ценителей стиля и манеры. Я очень помню, как покупала "Маленького друга" - чтоб было чем заняться во время трёхчасовой поездки в Выборг на электричке. Короче говоря, в этот Выборг я приехала уже немного другим человеком. Вот такая вот развлекательная литература

Людмила Петрушевская,  "Номер Один, или В садах других возможностей". Людмилу Стефановну знают все. Кто-то с увлечением поглощает мрачные рассказы, насыщенные чёрным юмором, кто-то с детства помнит мультики по её сценариям: "Краденое солнце", "Кота, который умел петь", бесподобную "Сказку сказок", кто-то смеётся над поросёнком Петром, а кто-то употребляет в речи "пуськи бятые" и "некузявый". Кстати, саму писательницу можно увидеть в анимации: именно она стала прототипом Цапли в печальном мультфильме Норштейна "Журавль и Цапля". Какую прозу может создать такая Цапля? Полюбопытствуйте, не пожалеете.

Зэди Смит, "О красоте". Ещё одна очень интересная авторка, с которой у меня очень сложные отношения. У нобелевской лауреатки Тони Моррисон есть страшная повесть "Голубые глаза". О чернокожей девочке, мечтающей вставить себе светлые глаза, как у белых, чтобы видет мир не таким тёмным. Так вот, произведения Зэди Смит - это как будто тебе  вставляют чёрные как смоль глаза ямайской мулатки. Без анестезии. Странная формулировка: сама не осилила, но каждой советую.

Элизабет Страут "Оливия Киттеридж". Строго говоря, это не роман. Тринадцать, чёртова дюжина рассказов, объединённых сквозным персонажем. Как и следовало ожидать, сущей чертовкой. Надо полагать, американская писательница здорово натерпелась в школе от учительницы математики: властная, нетерпимая госпожа Киттеридж предстаёт перед читателями и читательницами во всей тиранической красе. Отрицательная она героиня, положительная? Или вообще не героиня? За нами выбор. У меня сложилось впечатление, что не отрицательная и не положительная. Попросту такая, как есть.

Майя Кучерская, "Современный Патерик. Чтение для впавших в уныние". Когда агностики высмеивают церковь - это логично и зачастую интересно. Но когда церковь высмеивает некто глубоко верующая, соблюдающая, воцерковлённая - это не только интересно и логично, а и неожиданно. Вот и для филологини Майи Кучерской православная религия - важнейшая часть жизни; она - духовное чадо о. Николая (Гурьянова), о нём в "патерике" проникновеннейшие воспоминания... И тут же ёрнические похождения батюшки-людоеда и батюшки-атеиста, пародийные сказочки о православных белочках и ёжиках. Какой бы вы конфессии ни были, да хоть и никакой, не проходите мимо.

Кэтрин О'Флинн, "Что пропало". Вот уж не могла рассчитывать, что это странное повествование попадёт в русский список лучшего. Она прошла незамеченной, по большому счёту, это не наши проблемы. Ну, пропадают девочки, так бабы ещё нарожают. Ну, судят невиновных, так раз судят, значит, в чём-то да виноваты. Ну, вселенная схлопнулась до размеров супермаркета, и всё - купи-продай. Разве это плохо? Кэтрин О'Флинн не знает, она предлагает делать выводы нам, а сама рассказывает: о страхе, о гибели, о музыке, о тайне. Мне рассказала о поразительной женской дружбе, которая побеждает саму смерть.

Что ж, тринадцать из ста. Не числом, а умением. Читать полностью: http://mag.afisha.ru/stories/100-luchshih-romanov-veka/100-luchshih-romanov-veka/