October 31st, 2013

absynthe

Маржан Сатрапи "Персеполис"



В 2013 года на русском языке вышла книга Сатрапи, по комиксам которой снят превосходный черно-белый франкоязычный мультфильм "Персеполис".

Изданный в 200 году во Франции «Персеполис» стал даже обязательным для изучения в школе. В настоящее время напечатаны ещё три тома продолжения, тетралогия переведена на 16 языков, включая иврит и китайский.

«Персеполис» - и комиксы, и мультфильс, - повествует о ее собственной жизни, об эмиграции из Ирана, о горьком возвращении, о новом бегстве в Париж. Естественно, на фоне страшных политических событий: свержении шаха, исламской революции, ирано-иракской войны, казнях, цензуре, тяжелом положении женщин, бесконечных запретах и так далее.



Очень интересен рассказ иранской женщины о своей жизни, от первого лица.
absynthe

Анита Диамант "Красный шатер (The Red Tent) (1997)

Это – феминистская версия первой половины книги Исхода, от Лавана и до переселения в Египет.
События, описанные в ней, следуют общей канве Библии, и большинство библейских персонажей появляются и в ней. История подана с точки зрения Дины, единственной дочери Иакова, второстепенного персонажа, запоминающегося только тем, что она послужила причиной кровавого безобразия, учиненного сыновьями Иакова, отталкивающего даже с точки зрения морали того времени. В книге Дина является рассказчиком, и в ее версии (в отличие от «официальной», мужской версии) история совершается не мужчинами, но коллективным разумом и чувством женщин клана Иакова, объединенных «красным шатром», в котором женщины проводят вместе свои «нечистые» дни и рожают, и куда мужчины не имеют доступа ни при каких обстоятельствах.



Перевод взят: http://stellkind.livejournal.com/tag/Перевод%20на%20одной%20ноге

"Как долго мы были потеряны друг для друга.
Мое имя ничего не значит для вас. Память обо мне – прах.
Это не ваша вина, не моя. Порвалась цепь, которая связывает матерей с дочерьми, и слово перешло во владение мужчин, которые ничего в этом не смыслили. Поэтому я стала примечанием на полях, а моя судьба – кратким отступлением в хорошо знакомой истории о моем отце Иакове и блистательной хронике моего брата Иосифа. В те редкие случаи, когда обо мне вспоминают, то только как о жертве. Где-то в начале вашей священной книги есть абзац, который вроде бы говорит, что меня изнасиловали, а потом следует кровавая история о том, как моя честь была отмщена.
Странно было даже думать, что какие-либо матери снова дадут своим дочерям имя Дина. Но некоторые все-таки дали. Возможно, вы догадывались, что было во мне нечто большее, чем немые буквы текста. Может, вы слышали это в музыке моего имени: первая гласная высокая и чистая, как матери зовут детей на закате, а вторая – мягкая, будто нашептывающая среди подушек секреты. Дии-на.
Никто не вспомнит, какой умелой я была повитухой, какие песни я пела, какой хлеб я пекла для моих ненасытных братьев. Ничего не осталось, кроме каких-то исковерканных подробностей о тех нескольких неделях в Шхеме.
А рассказать-то было о чем. Попросили бы меня, я бы начала с истории поколения, которое меня вырастило, начинать нужно как раз оттуда. Чтобы понять любую женщину, вы прежде всего должны спросить о ее матери, а потом внимательно слушать. Можно много понять из рассказов о еде. Задумчивое молчание указывает на незаконченные дела. Чем лучше дочь знает подробности жизни матери, без жалоб и недомолвок, тем сильнее она."

Увы, на русский не переведена.