August 26th, 2013

absynthe

Чимаманда Нгози Адичи. Половина желтого солнца

Я когда-то видела по ББС интервью с писательницей, и с тех пор очень хотела прочесть, но прочла лишь спустя годы, а прочтя, была поражена, как мало я знаю про историю Африки.



Это история того, как в конце 1960-х христианский юг Нигерии неуспешно пытался отделиться от мусульманского севера, создав свою страну Бьяфру. В некоторых европейских языках, например, в испанском о Бьяфре осталась память в выражении "голодающие как в Бьяфре".

Началась гражданская война, Север устроил полную блокаду, начался жуткий голод, массово умирали дети, "Запад" (включая СССР) встал на сторону Севера, там же нефть, кончилось все тем, что Юг сдался, после полутора миллиона смертей.

О женщинах там отдельно нет (хотя можно многое почерпнуть, женских персонажей много), так как это первая книга, а чтобы писательница могла опубликовать первую книгу (и прославиться), это должна быть книга о "всех людях".

Много очень интересного этнографического материала: скажем, в первой главе - 60-е годы, мальчик из деревни попадает прислугой в дом профессора, тоже черного, который обещает отдать его в школу (семья не смогла себе позволить его обучение). Интересно описано его восхищение электричеством, водой из крана, холодными полами, холодным воздухом из холодильника и огромным количеством еды в нем. При этом показано, что мальчик не дурак вовсе.

Это нельзя забывать - человек, не знакомый с новыи технологиями - от холодильников до айфонов - вовсе не обязательно тупой, бесчувственный дикарь. У него тоже есть ум, часто острый, и чувство собственного достоинства. (Кажется, я это пишу о себе, я сейчас пытаюсь освоиться с новым телефоном).

Русский перевод вышел в 2011 годы, «Фантом пресс», перевод с английского Марины Извековой.
Роман получил премию "Оранж"

Прочесть можно тут - http://flibusta.net/a/88303

Что еще? Организация "Врачи без границ" - Medecins sans frontiers - была создана именно после той войны, французскими докторами, чтобы облегчать страдания мирного населения во время войн.

Основное большинство умерших - дети.
absynthe

Чимаманда Нгози Адичи, Americanah

Я начала читать новую книгу Адичи, пока нравится. Решила поделиться тем, что свежо в памяти, хотя до конца еше вовсе даже не дочитала.



К сожалению, перевода на русский нет, прочесть можно на английском языке.

ГГ, нигерийка, преподает и живет в Принстоне, в престижнейшем университете, и ведет блог под названием "Наблюдения о жизни чернокожих американцев (ранее называвшихся неграми) глазами чернокожей не-американки".

Обычно, когда ее спрашивают незакомцы, чем вы занимаетесь, она кратко отвечает - веду блог о жизни.

Полное название выдает редко.

Как-то в электричке она сидела рядом с белым парнем с дредами, в такой потрепанной рубашке, решила, что, раз он явный левак и борец за социальную справедливость, ему можно сказать полное название.

Он ей ответил: "Проблемы расовой дискриминации преувеличены. Вам, чернокожим, пора перестать носиться со своей расой, главная проблема - классовое разделение, бедные и богатые".

В другой раз она сидела в самолете рядом с менеджером среднего звена из Огайо. Ну по одежде решила, что он менеджер среднего звена, и он много вопросов задавал, она и ответила, думала - сразу заткнется и отстанет.

Он спросил: А вы про усыновление писали? Никому в этой стране не нужны черные ребятишки, не полукровки, а черные. Даже черным не нужны!

Оказывается, они с женой усыновили черного ребенка, и теперь соседи на них смотрят как на психов, решивших стать мучениками вообще непонятно ради чего.

Дочитала я до 6 страницы, где она решает вернуться домой в Нигерию. Домой ей хочется.

Еще из наблюдений: в центре города, скажем, в Манхеттене, все белые и худые, а на окраине, скажем, в Бруклине - черные и толстые.

А еще в Принстоне нет салона для плетения африканских косичек - те немногочисленные черные, которые тут, живут слишком светлокожи, и волосы у них прямые, и ей приходится ездить в соседний городок, где живут черные. Много интересного про эти салоны, работают в них чаще всего франкоговорящие западные африканки, и их английский понять очень сложно, хотя они и смотрят весь день нигерийские фильмы и сериалы ("Нолливуд" снабжает кино-контентом всю Африку). Африканкам они улыбаются иначе, чем американкам.

А еще, вызвав такси, она очень боится, что приедет таксист-нигериец, который по ее акценту поймет, что она из Нигерии, и либо начнет говорить, что он сам магистр, такси - это так, подработка, и дочка у него учится на отлично в Рутжерсе, либо обиженно замолчит и даже не скажет ей "спасибо" за чаевые, как же так, девчонка, а так поднялась, небось медсестрой работает даже или бухгалтершей.

Приезжает такси. Водитель черный. На именной бирке написано: Мервин Смит. Имя не нигерийское, но кто с нигерийцами угадает, они берут любые имена! Он заговаривает - уффф, карибец!

- Страшная жара, болтает таксист, в такую жару умирают старики, у кого кондиционера нет, им надо ехать в торговый центр, а если отвезти их некому?

Она приезжает в облупленный салон плетения косичек и говорит владелице: Страшная жара!, зная, что та не скажет, как белые - тебе жарко?! Но ты же из Африки?!
absynthe

Интервью с Чимамандой Нгози Адичи

http://smart-ru.info/340

Текст под катом.

Вынесу то, что важно, потому что применимо и к репрезентации женщин в литературе, и к любым меньшинствам, не представленным в мейнстримовой литературе.

"когда, лет в семь, я стала сочинять рассказы ... я писала точно такие же рассказы, какие я читала. Все мои персонажи были с белой кожей и голубоглазыми. Они играли в снегу. Они кушали яблоки. (Смех) И они много разговаривали о погоде. "Как прекрасно, что солнце вышло из-за туч". (Смех) И это все несмотря на то, что я жила в Нигерии. Я никогда не выезжала за пределы Нигерии. У нас не было снега. Мы ели манго. И мы никогда не разговаривали о погоде, потому что в этом не было нужды.

...

Мне кажется, это хорошо показывает насколько мы впечатлительны и уязвимы перед лицом рассказа, особенно будучи детьми. Потому что всё, что я читала - это были книги, где главными героями были иностранцы, то я была убеждена, что книги, по своей натуре, обязательно должны были быть об иностранцах, и должны рассказывать о тех вещах, с которыми я не могла себя персонально отождествить. Все изменилось, когда я открыла для себя африканские книги. Их было не так много и их было гораздо труднее достать, чем иностранные книги.

Но благодаря таким писателям как Чинуа Ачебе и Камара Лаэ, я прошла через психологический сдвиг своего восприятия литературы. Я поняла, что люди вроде меня, девочки с шоколадным цветом кожи, чьи кудрявые волосы нельзя было собрать в хвостик, тоже могли существовать в литературе. Я начала писать о темах, которые я знала.

Я любила те американские и английские книги, которые я читала. Они возбуждали мое воображение. Они открывали мне новые миры. Но их непреднамеренным влиянием было то, что я не знала что люди как я могли существовать в литературе. Поэтому открытие африканских писателей для меня было тем, что спасло меня от обладания одной единственной точкой зрения о том, что такое книги".

И еще:

"Невозможно рассказать об единственной точке зрения не рассказав о власти. В языке Игбо есть слово, которое мне приходит в голову каждый раз, когда я думаю о мировых структурах власти - и это слово "nkali". Это слово, которое примерно переводится как "быть лучше, чем другие". Как и наши экономические и политические миры, рассказы тоже определяются по принципу "nkali". Как их рассказывают, кто их рассказывает, когда их рассказывают и сколько раз их рассказывают, на самом деле зависит от власти.

Власть - это способность не только рассказать о других людях, но создать наиболее распространенный рассказ о них. Палестинский поэт Моурид Баргхоути пишет, что если вы хотите отнять у людей личность, проще всего это сделать - рассказав их историю, начав её с "во-вторых". Начните рассказ со стрел индейцев, а не с нашествия британцев - и у вас получится совсем другой рассказ. Начните рассказ с краха африканских государств, а не с истории их создания как колоний, и у вас получится совсем другая точка зрения."

Collapse )
котяра улыбка

Серия "Документ"

Это серия автобиографических книг о жестоком обращении с женщинами из разных уголков мира.

"Сожженная заживо" Суад
В семнадцать лет за "преступление против чести семьи" она была приговорена к смерти самыми близкими ей людьми. О ее чудесном спасении, о людях, которые пришли ей на помощь, и как с этим жить, - эта документальная повесть.

Suad__Sozhzhennaya_zazhivo

"Продана" Вера Эфрон
Она так мечтала о стильной работе за рубежом. Ей и в голову не могло прийти, что в Европе она попадет в настоящее рабство! Теперь у нее нет права голоса, ее тело больше не принадлежит ей. Но у нее есть цель - вырваться на свободу. И им легче убить ее, чем сломить.
Шокирующая история русской девушки, ставшей жертвой траффикинга.

Vera_Efron__Prodana

Collapse )
Я прочла первые шесть книг из списка и рекомендую их. За интересность остальных не ручаюсь.
lab4
  • labota

Нестандартная популярность: Пеппи снова с нами. Эссе о женских образах

Это эссе было опубликовано на сайте read-only.org 16 марта 2010, на конкурс. Полностью перенести его невозможно технически, но можно пойти по ссылке, если интересно.
В череде гламурных образов с глянцевых обложек журналов и шаблонных женских фигур из странного вида литературы, называемого «дамским романом» они торчат, как палки из снега – не заметить их невозможно. Это нестандарные женские образы, не подпадающие ни под один из голливудских канонов, и именно поэтому непреходяще и необыкновенно популярные. Я знаю по крайней мере три, и всех их зовут Пеппи. Которая Длинный Чулок.

Самой первой из них скоро пора на пенсию – ее придумала Астрид Лингред еще аж в 1945 году. Все бы ничего, но девчушка на пенсию отнюдь не собирается. За эти годы популярность ее перешла все мыслимые и немыслимые границы, и не заметить этого, живя в Скандинавии, невозможно. Пеппи вам будет улыбаться из витрины каждого второго магазина для детей, и не только собственной персоной, но и с кружек, ложек и носочков. Если у вас есть маленький ребенок, будьте готовы просмотреть энное количество великолепно поставленных художественных фильмов, выпускаемых в новых обложках со старым, 1969 года, содержанием, а также не меньшее количество мультиков. Избежать этого не удалось и мне, поэтому я знаю про Пеппи все.
Читать дальше про Лисбет Саландру и Каменскую здесь:
http://labota.read-only.org/842.html