Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Category:

"«Женский вопрос» в жизни и творчестве А.С. Суворина" О. Макаровой

Нашим современницам, обучающимся в школах и вузах, трудящимся на оплачиваемых должностях, делающим карьеру, зачастую бывает трудно поверить, что ещё совсем недавно в историческом масштабе право женщин на образование и интеллектуальный труд было предметом самых насыщенных дискуссий. Одним из наиболее плодовитых и одарённых противников женской эмансипации был Алексей Сергеевич Суворин, журналист, беллетрист, издатель, известный своими консервативными взглядами.



В исключительно интересной монографии Ольги Макаровой "«Женский вопрос» в жизни и творчестве А.С. Суворина" проанализировано не только его художественное творчество, но и публицистические выступления, выражавшие его откровенно женофобскую позицию. Исследовательница разделяет женофобию, то есть страх перед женщинами, и мизогинию, женоненавистничество, воспринимая их как отдельные явления, связанные причинно-следственно. В случае Суворина это особенно оправданная позиция. Местами он судит умно и остро, выражает искреннюю тревогу за дискриминируемых женщин, начинает, что называется, за здравие, но заканчивает строго и неизбежно за упокой:

Я обворожу женщину своими прогрессивнейшими взглядами на женский вопрос, но про себя думаю: "Бедная овца!" Ты не знаешь, что говорят история и опыт. Никогда, ни в каком обществе, ни в какую эпоху женщина не освобождалась ни посредством ума, ни посредством образования, ни посредством своей добродетели; но всегда, в самые варварские эпохи, во времена господства затворничества, она освобождается посредством распутства. Истинно свободная женщина -- куртизанка. У женщины честной нет даже тех прав, какими владеет мужчина; куртизанка обладает даже привилегиями. Честная женщина, погибла, если она изменяет мужу; куртизанка любит, как владычица, как деспот, для которого закон не писан. И сколько честных женщин завидуют куртизанке! И нельзя не завидовать. Как честный человек, если б я имел детей, то желал бы только одного: чтоб дочери мои были красавицами. Если б это чарующее качество было у них, я приготовил бы им блестящие карьеры. Всё, что может очаровывать: грации, музыка, остроумие, танцы, совершенство и крепость форм -- всё это я развил бы в них и, когда им сравнялось бы семнадцать лет, призвал бы их к себе, изобразил бы им историю куртизанки и благословил бы на этот путь.

Это пишет родитель одиннадцатилетней дочки. Ругал ли себя бойкий фельетонист, когда судьба Сашеньки, его любимицы, сложилась так, как сложилась? Но пусть Суворин и утверждал, что "женщина не возвысится духом и талантом до мужчины, но принизит мужчину до себя", его собственная карьера без женщин, в том числе эмансипированных, не состоялась бы.

[Осторожно, спойлеры!]Его литературной покровительницей была графиня Салиас де Турнемир, прославившаяся под псевдонимом Евгения Тур.
Вместе с ним ездила на сербско-турецкую войну в качестве военной корреспондентки Настасья Каирова, одна из первых женщин-военных репортёров в России. О ней подробнее статья О. Макаровой: http://magazines.russ.ru/nlo/2005/75/maka6.html
Наконец, ухаживала за ним умирающим и проводила в последний путь также женщина, актриса Клавдия Ивановна Дестомб, старая ли подруга, последняя ли любовь -- неведомо.
наконец, без женской поддержки Суворин не стал бы Сувориным! Но обо всём по порядку:

Отец нашего героя Сергей был незаурядным человеком. Сын крепостного и сам государственный крепостной, он попал в рекруты, отличился в Бородинской битве и дослужился до офицерского звания. Под пятьдесят лет он овдовел. Женился вторично на девятнадцатилетней неграмотной поповне Александре Соколовой. Она сама кормила грудью всех своих девятерых детей и, как с особой теплотой вспоминает прославленный сын, "никто из нас не умирал у неё ни в детстве, ни в отрочестве". В 1845 году отец получил дворянство, и только поэтому Алексей Суворин смог поступить в кадетский корпус. Там его травили за просторечные слова и неумение вести себя в обществе, прозвали "мужиком". Военная карьера и так-то не особенно интересовала, а уж необходимость потом с такими товарищами служить... В университет поступать денег не было, и, выйдя в отставку, Суворин осел в родном городе, стал учителем гимназии и женился.

Гордившийся своим целомудрием, к венцу он пришёл девственником. А с будущей супругой познакомился, когда она ещё "лежала в зыбке". Анна Ивановна Баранова была дочерью друга семьи, сельского писаря. В мемуарах Суворин рассказывает:

Помню, как я ужаснулся, увидев, что маленькая Анюта, будущая моя жена, играла с ужатами на завалинке избы. Она брала их в руки, целовала их; ониобвивались вокруг её руки и раскрывали свою пасть, куда она тыкала своим пальчиком...

Бесстрашная девочка, игравшая со змеями, пусть и неядовитыми, и взрослая не изменила своей сильной натуре. В определённой мере журналистскую карьеру Суворина делала она: понукала, ободряла, подзадоривала, сначала уговорила на переезд в Воронеж, потом -- аж в Москву, из Москвы -- в Петербург. Переписывала рукописи, помогала в газетной работе, носила в заклад серебряные ложки, ходила босиком, чтоб сберечь башмаки, мыла полы, изучала акушерство на курсах, чтобы иметь заработок, переводила и компилировала популярные книги для детей. Да, первый перевод жюльверновского "Путешествия к центру Земли" тоже её, в сотрудничестве с подругой, Еленой Лихачёвой. И при этом за десять лет брака произвела на свет пятерых детей: уже упоминавшуюся дочь и четырёх сыновей. Вот это характер! Сам Суворин признавался, что, не будь жены, неустанно "подбивавшей" и даже заступавшейся в трудных ситуациях, так бы и просидел он в уездном Боброве. И не увидел бы ни своих фельетонов в "Ведомостях", ни великой Ермоловой, на сцене Мариинки игравшей главную роль в его пьесе, ни собственной газеты и издательства.

Поздно вечером в ноябре 1874 года в петербургской гостинице "Бельвю" прогремели выстрелы. Любовник, офицер Т. Комаров, выстрелил Анне Сувориной в лицо, затем застрелился сам. Суворина известил лакей-татарин, и, прибежав на место преступления, муж ещё застал жену живой, на последнем издыхании. Есть такой расхожий литературный штамп: чуть не сошёл с ума от горя. Так вот Суворин не чуть, а по-настоящему сошёл. Религиозные убеждения не позволяли ему совершить самоубийство, так он прибегнул к пассивному суициду, например, в мороз ходил без верхней одежды. Удивительно, но факт: скандал не только не унизил "супруга-рогоносца", но и возвысил его в общественном мнении. Даже те, кто раньше плохо относились к Суворину, поддержали его, оказали ему помощь. Например, Салтыков-Щедрин предоставил вдовцу с детьми на лето свою подмосковную усадьбу.

В новый брак Суворин вступил четыре года спустя. Семнадцатилетняя Анна Ивановна (снова Анна Ивановна!) Орфанова была одноклассницей его дочери Саши. Многие, понятное дело, его отговаривали, куда, мол, декабрь с маем венчать, и сорокалетний вдовец уже готов был отказаться от брака. Но то ли будущие тесть с тёщей надавили, то ли влюблённая девушка упросила-умолила, то ли, если верить злым языкам, Суворин уже обязан был жениться как порядочный человек, но свадьба состоялась. И тоже не на счастье. Хотя родилось девятеро детей, не всех их отец считал своими. Некоторые исследователи винят тут сыновей Суворина от первого брака, якобы они жалели всё более дробящегося наследства и распускали сплетни, чтобы довести отца до развода. Может быть, и так. Особое негодование Суворина возбуждали аборты, которые Нюся делала, устав рожать и хоронить... Отзывы о "второй Анне" были разные. Чехов, например, не любил её, обзывал за глаза бесструнной балалайкой. Амфитеатров, напротив, аттестует по-доброму: "веселая и богомольная, добрая, как хлеб, и вспыльчивая, как порох, благодушная и капризная". Она пережила мужа надолго. Как говорили тогда, "из Петербурга переехала в Петроград, а из Петрограда в Ленинград" и умерла в 1936 году в крайней бедности.

Часто приходится сталкиваться с мнением, будто это только у либерально настроенных людей в семейной жизни кавардак, а у консерваторов сплошной домострой, благонравие и благолепие. Судьба А.С. Суворина опровергает эти заблуждения. Не сложилась у него жизнь ни с сильной и самостоятельной даровитой женщиной, ни с юной девушкой, влюблённой в него до безумия. Никакое морализаторство на тему семейных ценностей не спасает от того, что мораль меняется, а ценности исчерпывают себя.


Отрывок из книги: https://polit.ru/article/2019/04/21/ps_makarova/
Tags: 19 век, 2019, 21 век, Россия, литературоведение, мизогиния, новинка, переводчицы, писательницы, реальное преступление, русский язык, семья, феминизм, феминистка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments