Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Categories:

Филиппины: Тринидад Тарроса Субидо

С годом рождения традиционная неразбериха, скорее всего 1912 год, зато точно известно место рождения: Шанхай. Отец филиппинской поэтессы работал в Китае эстрадным музыкантом. Умер он в 1917 году, и вдова с маленькой дочерью вернулась на родину, в Манилу. После окончания школы Тринидад Тарроса держала строгий и сложный экзамен на право работать в Бюро Образования и неожиданно прославилась, получив высший в стране балл, 97 процентов. Экзаменаторы дивились, как можно достичь такого высокого результата без списывания и шпаргалок, и ориентировали способную выпускницу получить высшее образование.



В Манильском университете Тарроса изучала лингвистику, начала писать стихи на английском языке, познакомилась с поэтом Абелардо Субидо, вышла за него замуж. Поженились они на предпоследнем курсе. Почему-то считается, что талантливые люди не уживаются под одной крышей, а Тарроса и Субидо оказались идеальной парой. Вместе они пережили страшные годы оккупации, вместе создали общий поэтический сборник "Два голоса", вместе издавали послевоенную газету The Manila Post, а после её закрытия перешли на фриланс. Вообще Тринидад Тарроса Субидо производит впечатление очень разносторонней личности. Её перу принадлежат труды по лингвистике, стихотворные переводы с тагальского языка, она даже экономический журнал какое-то время редактировала. Но главным делом всегда оставалась поэзия. Любимый жанр -- миниатюра, всегда рассматривающая обычное под необычным углом. Вот, например, хрестоматийное "Языческое" [Paganly], где предлагается обращаться к Богу не привычно-заученно, а только тогда, когда молитва станет естественной и внеразумной, как птичья песня: https://www.poetrynook.com/poem/paganly

Для сборника на русском языке, как нарочно, выбрали сонеты, написанные подчёркнуто традиционно. Но и здесь устоявшиеся клише романтической лирики прячут под собой неожиданное содержание. В "Позабытом свидании" приход чувства любви сравнивается с неизбежным приходом ночи. И так же неизбежно наступает рассвет, и настаёт отрезвление, едва ли не такое же желанное, как любовь, и лирическая героиня отправляется прочь от земных радостей, на поиски неземных. А вторая "Жалоба" описывает архаический обычай. Приходилось читать, помнится, в "Золотой ветви", что у некоторых народностей Юго-Восточной Азии женщина считалась обесчещенной, если её тени касалась тень мужчины.

Жалобы

I

Влюблённо звёзды в океан глядят,
Надеясь в глубине его найти
Увиденные сверху небеса.
Они, сгорая, гаснут на пути.
А мой любимый – рядом, на траве
Робеет и молчит – какой позор! –
Боится раскалённых губ моих,
Вздыхает, как дитя, потупя взор.

II

О, как ты непонятна мне, луна,
Когда тебя целуют облака,
В глазах мужчин, что смотрят на меня,
Ты целомудренна и высока.

А я для них порочна и грешна
Лишь потому, что здесь, в тени ветвей,
Край тени милого коснулся как-то раз
Невольно тени трепетной моей.


Позабытое свидание

I

С природой вместе я любви ждала.
Ждал аромата сумеречный час,
Цветы – росы, луны – ночная мгла.
Сама любовь заворожила нас.
Но просыпались медленно цветы,
Взошла луна, лобзая небосклон,
От счастья улыбаясь с высоты
Всем росам, всем цветам. Мир погружён
В блаженный сон предутренних часов,
Когда не слышно птичьих голосов.
Рассветный час я встретила одна,
Он мне во тьме дорогу освещал
И радость неземную обещал.

II

Лишь стебли трав касались ног моих,
В глазах стоял всё тот же полумрак.
Устала я. Но сердце за двоих
С надеждой билось, и любой пустяк
Напоминал отраду губ и рук,
И пело сердце птицею в груди:
Я жду тебя всю ночь, приди, мой друг!
В рассветной мгле, в безмолвии, среди
Блаженства трав, среди густых ветвей.
Но нет тебя! Светает. Первый луч
Лишь горечь отыскал в душе моей.
Зачем он пробивался из-за туч?
К чему мне смех листвы и утра свет?
Обманута. Надежды в сердце нет.

Сопернице

Тебя я ненавидела за каждый
Счастливый миг! Твой смех был страшен мне.
Ты веселилась – я томилась жаждой,
Был твой рассвет дождём в моём окне,
В росе угаснет светлая улыбка
Цветов, иссякнет влага в роднике,
И это солнце светит слишком зыбко:
Смотри: уже гроза невдалеке.
Его любовь и для меня сияла,
Но умерла. Так будет и с тобой –
Тебя сразит его любовь к другой
И та же боль... Как я вас проклинала!
Прости, я ненавидела тебя,
Но жаль мне, что увянешь ты, любя.

Сонет садовнику

Прохлада ночи в комнате моей.
Окно завесил дикий виноград,
Доносится любовный вздох ветвей –
Меня из мрака окликает сад.
Мерцанье звезд далёких мне милей
Свечей алтарных, а в густом саду
Дыханье роз и белизна лилей
Меня зовут! Любовь моя, иду.
К чему мне всё: алтарь, молитвы, храм?
Свой фимиам я воскурю тебе,
Язычницей паду к твоим ногам!
Но не язычник, а счастливец тот,
Кого на свой алтарь любовь ведёт.

(Переводы О. Чугай)

Тринидад Тарроса Субидо умерла в 1994 году. Через восемь лет её семья опубликовала посмертно поздние стихотворения, чтовызвало новый вспллеск интереса к поэтессе.
Tags: 20 век, Филиппины, английский язык, поэзия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments