Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Category:

Филиппины: Лигайя Викторио Фруто

Неясности начинаются уже с года рождения: советская библиографическая справка приводит приблизительную дату "около 1910 года", сайт cbrainard.blogspot.com называет 1914 год, в других источниках 1912. С именем тоже всё непросто. Лигайя единственная в семье получила филиппинское имя, тогда как все остальные дети в семье носили испанские имена. Приходский священник сказал необычному имени решительное нет, но сеньор Викторио был упрямее, и девочку нарекли всё-таки Лигайей. Но не в католической церкви, а в филиппинской независимой. Все последующие годы мать сокрушалась, дескать, как так, все мы католики, а Лигайя одна в независимой, и было принято компромиссное решение: пройти католическую конфирмацию с католическим именем. Имя выбрали, провели конфирмацию, записали в приходскую книгу и... забыли. Лигайя так и осталась для всех Лигайей, и дома, и в школе, и в педагогическом училище. А приходские книги, скорее всего, во время войны сгорели.



Вообще для Филиппин характерна сложная языковая ситуация. Испанский -- язык колониального прошлого и деловой коммуникации. Английский -- язык учения. Лигайя Викторио первые свои книги прочла на английском и рассказы писала на английском. Тагальский -- язык межнационального общения, и ещё зачастую прибавляется национальный язык, на котором говорят в семье. Среди национальных языков есть распространённые, а есть и очень редкие. В семье писательницы говорили по-тагальски, а вот работать после окончания училища она отправилась в горы, в город Багио. В первый год её работы там случилась страшная и романтическая история. Женщина из народности игорот, горянка, влюбилась в христианина и поселилась с ним под одной крышей. Это уникальный случай. Игороты считали, общение с христианами выходит боком. Так и случилось: мужчина начал поглядывать на сторону, женщина ревновала... в общем, в хижине случился пожар, и все единодушно решили, что это подожгла горянка. Один из первых рассказов Лигайи Викторио -- версия событий в той самой хижине.

К учительству ей так и не удалось вернуться -- замужество и рождение ребёнка по филиппинским представлениям того времени были несовместимы с профессиональной деятельностью. Тем более когда муж из известного семейства, а Рамон Рейес был из очень известного семейства. Дядя -- популярный поэт, отец учился в одном классе с национальным героем Хосе Рисалем. И тем не менее приохотил жену к литературному труду именно Рейес. Он работал художником в столичной газете, там понадобилось лёгкое перо на маленькие заметки. Муж и жена работали бок о бок. Общественное мнение поохало, поахало и успокоилось. Лигайя и Рамон были молоды, взаимно влюблены, но жили несчастливо: из их четверых детей в живых остался только старший сын, остальные умирали в младенчестве.

Во время войны Лигайя Викторио потеряла дядю, двух братьев и мужа, застреленного бандитами прямо на пороге. Тогда было очень много бандитов, которые называли себя партизанами, но занимались грабежом и похищениями. Газету к тому времени закрыли. Молодая вдова с ребёнком осталась в воюющей стране без средств к существованию. Улыбнулась удача: пригласили в женский журнал, который Лигайя издавала чуть ли не в одиночку, предлагала аудитории "десять рецептов из одного кокоса и как сварить суп для всей семьи из ничего". Типичный такой журнал военной поры. Распродавали вещи, украшения. Первая бомбёжка застала писательницу в ванной, и она кричала домочадцам: "оставьте меня, дайте домыться, если суждено погибнуть, я погибну вымытой!"

Послевоенные годы Лигайя Викторио Фруто вспоминает как время общей эйфории (не оправдавшейся). У неё, однако,  всё сложилось хорошо. Прекрасная должность атташе по культуре на Гавайях, в филиппинском консульстве, очень удачный второй брак. На родину возвращаться она не стала, будучи в оппозиции к режиму президента Маркоса. Умерла  в 2001 году, окружённая заботой сына, внуков и правнуков. 

К рассказам Лигайи Викторио Фруто лучше всего подходит эпитет "ностальгические". Современность с её обиходными драмами и трагедиями: безработицей, эмиграцией, нервным перенапряжением -- не то чтобы трактуется как абсолютное зло, но безоговорочно проигрывает минувшему... или скорее воспоминаниям о минувшем.
На русском есть четыре рассказа в переводе Т. Каргановой-Мальян:
"Тупада" -- петушиный бой и его последствия
"Новогодний рассказ" -- перед праздником ожидают увольнений
"День одинокой женщины" -- грустная новелла, где всё остаётся в воспоминаниях.
"Молодой человек в сумерках" -- из жизни сотрудника военной базы.

Устные мемуары (англ.)
Tags: 20 век, 21 век, Филиппины, английский язык, бытописание, мемуаристика, писательницы, рассказ, русский язык, смерть
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Двенадцать дневников

    В издательстве «Нестор-История» недавно вышла книга историка, филолога и географа П. Поляна ««Если только буду жив...»…

  • Подборка к празднику: о войне и не только

    Сразу хочу оговориться, что это не такой исчерпывающий перечень, какой составила бы профессиональная специалистка в области истории Второй мировой…

  • Алэн Польц "Женщина и война"

    "Статистика, необходимая и неизбежная в любом военно-историческом исследовании, превращает, увы, безмерные страдания миллионов людей в…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments