freya_victoria (freya_victoria) wrote in fem_books,
freya_victoria
freya_victoria
fem_books

Categories:

Лора Жюно, герцогиня д’Абрантес


Портрет работы Маргерит Жерар ("Лора Жюно с супругом")
Вот что пишет о ней википедия:
"Лора Жюно, герцогиня д’Абрантес (фр. Laure Junot, Duchesse d’Abrantès), урождённая Лора (Лаура) Аделаида Констанс Пермон (фр. Laure Adelaïde Constance Permon; 6 ноября 1784, Монпелье — 7 июня 1838, Париж) — жена наполеоновского генерала Жюно, герцога д’Абрантес. Автор знаменитых мемуаров о Наполеоне Бонапарте «Записки герцогини Абрантес» (в 18 томах)."

Из книги Сергея Нечаева "Париж Наполеона Бонопарта":
"Одной из самых неординарных личностей того времени была Лора Жюно, герцогиня д'Абрантес, умершая в 1838 году. Эта дама (урожденная Пермон) с ранних лет была хорошо знакома с Бонапартами. Отметим, например, что отец Наполеона Карло Бонапарте умер в доме Пермонов, а сам Наполеон, приехав в Париж, часто бывал у Пермонов в гостях (считается даже, что он был влюблен в мать Лоры).
Лора вышла замуж за генерала Жюно и родила от него четверых детей.
Наполеон, будучи Первым консулом, одно время оказывал Лоре недвусмысленные знаки внимания. Ги Бретон, в частности, ссылаясь на "Мемуары" Лоры, пишет об этом следующее:
"Летом 1801 года Жозефина, все еще надеявшаяся забеременеть, снова поехала на курорт Пломбьер, воды которого, как я уже говорил, исцеляли от бесплодия…
В ее отсутствие Бонапарт расположился в Мальмезоне с Гортензией и несколькими красивыми дамами. Среди них была Лора Пермон, будущая герцогиня д'Абрантес, которая в двадцать лет вышла замуж за Жюно.
Первый консул был весел, как никогда. Он смеялся, играл в карты и бегал по лужайкам взапуски с гостьями. Играл он с ними в обгонялки и на другой манер. Мадам Жюно, будущая герцогиня д'Абрантес, рассказывает в своих "Мемуарах" весьма занятную историю. Послушаем ее: "Однажды утром я крепко спала. Вдруг я была разбужена громким стуком в дверь и неожиданно увидела у своей постели Первого консула. Я решила, что это мне снится, и потерла глаза. Он захохотал:
– Да, это я! – сказал он. – Почему Вы так встревожены?
Я посмотрела на часы – пять часов!
– В самом деле, – заметил он, когда я показала ему на стрелки часов, – еще так рано? Ну, тем лучше, давайте поболтаем.
И, взяв кресло, он поставил его в изножье моей кровати и сел, скрестив ноги.
Достав из кармана толстую пачку писем, он развязал ее, бросил письма на простыни, словно на свое бюро, и принялся разбирать и читать их, иногда сопровождая ироническими комментариями. Я слушала, по-прежнему лежа в постели. Он разбирал и читал письма полчаса, потом, отложив три-четыре конверта с надписями: "Первому консулу, лично. Только в собственные руки", воскликнул:
– Ага! Вот они!.. Пробило шесть часов.
– Черт возьми, мне пора! – вскричал он, собрал с моей кровати свои письма, ущипнул сквозь простыню мою ножку и удалился, распевая фальшивым резким голосом:
"Нет, нет, это невозможно,
Такой красы на белом свете не бывает!
О, до чего ж дитя это прелестно!
Эта красоточка с ума меня свела"…"
На следующее утро мадам Жюно была разбужена таким же стуком в дверь, и Первый консул, так же как и накануне, вошел с пачкой писем и газет в руке. Тем же движением он бросил свою корреспонденцию на кровать, разложил ее и стал читать, одновременно болтая и пошучивая с молодой женщиной. "После этого, – пишет мадам д'Абрантес, – он ущипнул меня за ногу сквозь покрывало, попрощался и направился в свой кабинет, фальшиво напевая какой-то известный мотив…"
Сто лет историки бурно обсуждали, ограничился ли Наполеон тем, что щипал за ногу очаровательную мадам д'Абрантес или зашел в своих "ребяческих проказах" значительно дальше.
После трагической гибели генерала Жюно и падения Империи Лора д'Абрантес осталась одна с четырьмя детьми на руках. Кроме того, у нее насчитывалось долгов на почти полтора миллиона франков. Разоренной вдове пришлось продать все свои драгоценности, обстановку и винный погреб.
В этих условиях она и жила до своего знакомства с Оноре де Бальзаком, только мечтавшим о писательской карьере. Герцогине д'Абрантес было уже за сорок, но она все еще оставалась красивой и привлекательной, а от былого величия ей удалось сохранить благородство осанки и прекрасное знание света.
Бальзак был очарован. Знакомство с герцогиней, пусть даже с герцогиней времен Империи, льстило его тщеславию. Еще бы, Лора д'Абрантес знавала самого Наполеона! Она жила при дворе, знала в Тюильри каждый закоулок. Она наблюдала мировую историю и с черной лестницы, и из алькова. А еще она имела массу интересных и весьма полезных знакомств.
Живой, любознательный и начитанный Бальзак тоже не оставил герцогиню равнодушной. Она сразу поняла, что он – талантливый писатель, который волей судьбы вынужден заниматься какой-то ерундой, лишь бы заработать денег, в которых он очень нуждался. Но если он пишет под чужим именем для кого-то, то почему не для нее и не под ее именем? И тут герцогине пришла в голову гениальная, как ей показалось, мысль.
Вот что пишет об этом автор книги об элегантной жизни Парижа Анна Мартен-Фюжье:
"Герцогиня д'Абрантес играла важную роль при дворе императора, однако ко времени своего знакомства с Бальзаком она разорилась и сделалась просто-напросто вдовой Жюно, рассчитывающей, что начинающий литератор поможет ей сочинить мемуары".
Действительно, она очень хорошо знала Наполеона и его эпоху, в деталях помнила массу придворных историй и начавших забываться скандалов, реально имевших место или вымышленных. Воспоминания обо всем этом могли бы быть интересны читателям, могли бы принести неплохой гонорар.
Сам Бальзак, слушая рассказы герцогини, тоже считал, что она должна издать монументальные "Мемуары", не одну книгу, а целый, как теперь говорят, "сериал" из не менее двух десятков томов.
Так началось их сотрудничество: Лора рассказывала молодому Бальзаку занимательные истории из своей жизни и жизни своих великих знакомых, а он литературно обрабатывал ее рассказы и даже писал за нее целые главы ее "Мемуаров".
Работа эта, даже с учетом высочайшей производительности Бальзака, была долгой и трудной. Длилась она по меньшей мере несколько лет. Однако время было потрачено не зря. Успех многотомного произведения, названного "Мемуарами мадам герцогини д'Абрантес, или Историческими воспоминаниями о Наполеоне, Революции, Директории, Консульстве, Империи и Реставрации", был огромным.
Сочинение в 1831–1834 годах вышло огромным тиражом во Франции, было переведено на несколько языков, в том числе и на русский.
Примерно в это же время вышло еще несколько произведений Лоры д'Абрантес, в том числе шеститомная "История парижских салонов" и "Воспоминания о посольской миссии и пребывании в Испании и Португалии в 1808–1811 годах" и т. д. Кто их писал, остается только догадываться.
Как бы то ни было, любой читавший эти книги подтвердит, что написаны они мастерски. С точки зрения же обилия фактического материала можно констатировать лишь одно – герцогиня д'Абрантес обладала очень хорошей памятью.
Благодаря этим книгам, Лора вновь стала богатой и популярной в свете. В ответ она, используя свои старые связи, тоже оказала Бальзаку ряд услуг, которые коренным образом изменили всю его жизнь и, фактически, сделали его тем, кем он остался в истории мировой литературы."

Были издания и на русском, кое-что можно найти на google books:
русское издание в переводе Ксенофонта Полевого (16 томов; Москва, 1835—1839): тома 13, 14, 15 и 16.
Tags: 19 век, Европа, Франция, история женскими глазами, мемуаристика, русский язык, французский язык
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments