Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Categories:

Калечина-Малечина, сколько часов до вечера?

С первых же страниц мне пришло в голову, что Катя местами напоминает другую девочку, Наташу из популярнейшего мультфильма "Дом для Кузьки" по сказкам Татьяны Александровой: https://fem-books.livejournal.com/1563403.html. Но в квартире девочки выпало материализоваться не чумазому очаровашке домовому, а гораздо менее приятному персонажу русских народных сказок.

Поймите правильно, не то чтобы я веровала в существование всяческих шишиг. Хотя говорят, пожить в деревне да послушать, как ветер в трубе воет, поверишь и в домового, и в полевого. Однако классическая литература к убеждению тоже руки приложила:  В дочки либо в сестрички возьмите меня, люди добрые...



Иллюстрация Татьяны Гиппиус к сказке Натальи Манасеиной "Кикимора" могла бы подойти и для "Калечины-Малечины"... Мифопоэтическая традиция Серебряного века, оказывается, не прервалась, и пустила вокруг бетонных плит соцреализма тонкие, грациозные и колючие побеги. Сологуб, Зиновьева-Аннибал, Ремизов, как оказалось, легко уживаются внутри канвы советской и постсоветской школьной прозы. Забавно, что фамилия главного хулигана такая же, как у писателя, рассказавшего в XIX веке очень близкую сюжетно и духовно историю.

Действие первое. Невыросшая Катя. В "Калечине-Малечине" нет слов "ребёнок", "дети",  "девочка", "мальчик", "взрослые", "мужчина", "женщина". Есть только выросшие и невыросшие. Катя -- невыросшая. На почве сенсорной перегрузки у неё возникает странное переживание: разобщённость восприятия. Зрение воспринимает не целостную картину, а пёстрые бессмысленные пятна, слух ловит нечленораздельный рёв или подставляет по своему разумению глупые, нелепые слова, пространственное  чувство отключается, вызывая ступор. Но довольно о Кате, кто вокруг неё? Усталые, замороченные родители, которые бы и рады помочь своей невыросшей, да сил нет. Жестокая учительница, не сознающая своей жестокости.  Липовая школьная дружба и вполне  выраженная школьная вражда, та бессмысленная озлобленность против человека, когда и причины объяснить не можешь, и как-то справиться с этим чувством, и отвлечься. Только растоптать, сокрушить, замучить и с недоумением спрашивать себя впоследствии, а фиг ли ж это мы.   Ваддей Ратнер в "Тени баньяна" сообщает, что в кхмерском языке для этого эмоционального состояния существует отдельное слово "кумм". Выросшие, ещё более непонятные, но зачастую столь же озлобленные.

Действие второе. Те же и она.

Бобрик был старшим сыном классной. Он жил и работал в гулливерском городе. Его дочка, внучка Вероники Евгеньевны, училась в платной школе гулливерского города. Бобриком его называла сама классная, остальные повторяли. Он был за. Он походил на сказочного бегемота, удивительно громадного, складчатого и доброго, не бобра вовсе. Катя ссчитала, что ээто всё враки, что он сын Вероники Евгеньевны. Бобрик владел здесь и в Гулливерии магазинами с едой и считался богатым. Он приезжал в лилипутский город раз в неделю на огромной, как поезд, машине. "Тратит своё очень дорогое время совершенно бесплатно, чтобы учить мальчиков жизненно необходимым навыкам", -- повторяла класснаяю Бобрик рассказывал невыросшим мужского пола, как путешествовать в незнакомом городе, как делать мебель из дерева, как не умереть от переохлаждения в лесу, как строить шалаш или лодку, как мастерить самим печатный станок и книжки, фонарики и лампы, удочки и сети и много чего ещё интересного и полезного. Мальчики обожали Бобрика. Вероника Евгеньевна не допускала девочек до сына, хотя он был не против преподавать им тоже. Классная учила девочек сама: готовить еду, шить, вязать, ухаживать за больными, танцевать, говорить и выглядеть женственно. Она переживала и даже иногда плакала на родительских собраниях из-за потери половых различий у современных детей.

Многие родители просили, чтобы их дочерей пустили на бобриковские "труды" вместо "женских и менее полезных". Вероника Евгеньевна отвечала всегда одинаково: "Пусть ваша (кто-нибудь) сначала поменяет пол". Услышав это впервые, Катя не поняла и спросила у Лары. Та знала всё от Алины Алексеевны. Рассказанное захватило Катю на долгие дни. Настоящее и возможное в жизни волшебство -- превращение из девочки в мальчика. Катя принялась активно мечтать об этом. Мальчиковость побеждала девочковость с явной очевидностью: мальчики сильные и могут защититься от битья, сами захотят ми побьют кого угодно, их чаще всего не наказывают за всё подряд, им разрешается так себе учиться, их пускают на "труды" к Бобрикову, их не заставляют вязать, шить и ласково-вежливо разговаривать. Катя мечтала о смене пола три недели, даже начала откладывать деньги из кармана в копилку: Лара объяснила, что это переделывание -- очень дорогая операция.

Однажды Катя дежурила и мыла доску в пустом классе. Вдруг за спиной зашумело. Катя обернулась и увидела перед собой КУрина -- медведя-одноклассника с полинявшей квадратной головой. Курин тяжело дышал гайморитным носом и держал в руках задранную рубашку, как на приёме у врача. Катя опустила взгляд и под круглым животом с грязной кнопкой пупка увидела что-то совершенно ужасное. Штаны Курина ползали по полу. За дверью класса послышалось восторженное хрюканье Сомова и подсомовцев. Катя обошла Курина вдоль стены с портретами великих выросших, попыталась выйти из класса, но дверь прочно держали снаружи. Катя села за свою парту и принялась пытаться читать учебник, а Курин развернулся к ней, подошёл ближе и постоял так ещё какое-то время, пока у него не затекли руки. Дня через четыре Катя осознала, что именно она видела. Больше она не хотела стать мальчиком.



Одна только у меня к молодой московской писательнице Евгении Некрасовой претензия: мало! Посему желаю творческих успехов и льщу себя надеждою на роман-эпопею.
Tags: 21 век, Россия, дети, новинка, роман, русский язык, фольклор, школа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments