freya_victoria (freya_victoria) wrote in fem_books,
freya_victoria
freya_victoria
fem_books

Categories:

Leslie Feinberg "Stone Butch Blues"


"Stone Butch Blues" - история лесбиянки-буч по имени Джесс. Лесли Фейнберг всегда подчеркивала, что книга не является автобиографической, однако жизнь Джесс имеет много параллелей с жизнью Фейнберг. Совпадает и возраст - Фейнберг родилась в 1949-м, и происхождение - из еврейской семьи рабочего класса. Самоопределение Фейнберг можно практически целиком отнести и к Джесс: "белая антирасистка, из рабочего класса, секулярная еврейка, трансгендер, лесбиянка, женщина, революционная коммунистка". Разве что коммунистических взглядов у Джесс нет - видимо, это еще впереди - но она активная профсоюзная деятельница.
Фейнберг определяла термин "трансгендер" так: "люди, которые пересекают культурные границы гендера". Весьма широкое определение. Что касается местоимений, по словам ее вдовы Минни Брюс Пратт, Лесли не очень-то заморачивалась по этому поводу, но предпочитала женское "she" и гендерно-нейтральное "zie".


Гендерно неконформную Джесс с детства донимают вопросом: "Ты мальчик или девочка?", и ответить на него она затруднялась. Родители всячески пытаются заставить дочь носить платья и вообще сделать из нее "правильную" девочку. В 11 лет ее отправляют на принудительное "лечение" - за примерку отцовского костюма. После этого она вынуждена несколько лет посещать психоаналитика, а также ходить в "школу обаяния".  Всё это, конечно, не сработало.
В подростковом возрасте Джесс разыскивает гей-бар. Бучи, фем, дрэг-королевы - в их среде она действительно почувствовала себя своей.
Лесбийская барная культура того периода - совершенно особое явление, существенно отличающееся от тех моделей лесбийства, которые существовали в среднем и высшем классах общества.
Приведу обширный отрывок из статьи "Двойная идентичность: рождение лесбийского движения":
"Женщины бедных классов в большинстве своем работали, по крайней мере, до замужества. Сексуальная активность взрослых не пряталась с таким старанием от молодежи. Хотя мизерные зарплаты не позволяли женщинам добиться полной автономности и взгляды их семей, мягко говоря, не одобряли создание пар женщинами, они не были вынуждены так подавлять свою сексуальность, как женщины из более богатых слоев. В конце концов, выходя из дома, девушки видели своих ровесниц, занимающихся проституцией, и секс для них не был таким же табу. С другой стороны, прикрытия в виде социально одобряемых связей с другими женщинами у них тоже не было.
В этих условиях зародился феномен женщин, чья одежда, внешность и поведение соответствовали мужским. Этот феномен позволял женщинам как заниматься мужскими профессиями, обеспечивая финансовую независимость, так и отстаивать свои лесбийские семьи с другими женщинами. Они одевали мужскую одежду и вступали в запретный мир мужчин, оставляя всякий страх. В начале двадцатого века, в период экономического спада это позволяло женщинам находить работу и завоевывать независимость, выдавая себя за мужчин. Получив финансовую независимость, они создавали семьи с другими женщинами.
После 20-х годов именно на базе этой традиции в США сформировалась культура лесбийских баров, где существовало строгое разделение лесбиянок на бучей и фем. В девятнадцатом веке бар был привилегией мужчины, проститутки были единственной категорией женщин, имевшей туда доступ. Культура баров активно развивалась с 30-х годов. Тем не менее, неравенство женщин в сфере бизнеса и малочисленность лесбийского сообщества в небольших городах тормозила этот процесс. Так, в Бостоне в течение 50-х годов появилось несколько баров для гомосексуальных мужчин, но женский бар был всего один. К 1963 году в США существовало около 30 лесбийских баров, при этом в только в Сан-Франциско было столько же баров для геев.
Для подобной разницы в цифрах было несколько причин. Учитывая ограничения для независимости женщин, потенциальных владельцев баров среди женщин было несравненно меньше. По той же причине было меньше потенциальных клиентов баров. Если гей мог быть женат, и при этом в тайне поддерживать гомосексуальные связи на стороне, брак женщины автоматически исключал ее из лесбийской жизни.
Бары нуждались в постоянном притоке денег, которых не хватало у бучей, работавших на низкооплачиваемых работах. Кроме того, хотя женщину, пришедшую в бар, уже не расценивали как падшую, это все равно считалось не подобающим для нее поведением. Полулегальное положение заведений для «сексуальных извращенок» загонял лесбийские бары на обочины города, делал их низкопробными и грязными злачными местами. Пробираться на эти обочины в ночное время также было небезопасно.
Помимо всех этих причин, визит в бар означал открытое признание своей сексуальной ориентации. Мужчины могли избегать подобного эффекта, знакомясь на улицах, но в лесбийской субкультуре таких промежуточных возможностей не было. В эпоху неизбежных гонений на открытых гомосексуалов, визит в гей-бар был подобен Рубикону, который многие лесбиянки так и не решились пересечь.
Тем не менее, именно благодаря всем этим причинам ценность лесбийских баров была колоссальной. Бары стали уникальным местом, где зародилось самосознание лесбиянок. Это были единственные заведения, где лесбиянство стало открытым социальным феноменом. Они провели четкую черту между миром гетеросексуальных женщин и лесбиянок, и помогали женщинам находить и устанавливать социальные связи со своими сестрами-лесбиянками. Неважно, к какой конспирации прибегала женщина в обычной жизни, бар был местом, где она выходила из подполья и открыто заявляла о своих сексуальных предпочтениях."


Разделение на буч и фем, в сущности, копировало мужские и женские гендерные роли. Бучи работали на фабриках и заводах, носили мужские костюмы, коротко стриглись и даже использовали дилдо в постели. Фем были подчеркнуто женственны, носили высокие каблуки, красили ногти, пользовались косметикой. Часто в парах буч-фем буч была "добытчицей", а фем - домохозяйкой. Немало фем зарабатывали на жизнь проституцией, причина банальна - бедность. Одна из любовниц Джесс как раз была проституткой, пока они не начали жить вместе, и ее вынужденное возвращение к этому занятию стало причиной их разрыва.
Надо сказать, такое строгое разделение на буч и фем устраивало не всех. Джесс довелось встретить парочку, состоящую из двух бучей, и это был для нее настоящий шок:
"Я не могла перестать думать о том, как они целуются. Это как будто два парня. Хотя, два парня-гея - это было было бы нормально. Но две буч? Как их может тянуть друг к другу? И кто из них фем в постели?"
Джесс даже перестала общаться со своей приятельницей Фрэнки после того, как узнала о том, что она состоит в любовных отношениях с другой буч. Много позже она переосмыслила это и попросила прощения.


Жизнь не была легкой для лесбиянок, особенно для бучей. Работать на фабриках, в почти полностью мужском коллективе, было тяжело, далеко не все охотно принимали их. Один мужчина подстроил Джесс несчастный случай, в результате которого она чуть не потеряла палец.
Еще в 1950 году Госдепартамент США объявил гомосексуалов социальной группой, несущей угрозу государственной безопасности страны, в результате чего последовали репрессивные действия. В частности, на всей территории США стали проводиться полицейские облавы на гей-бары, был введён законодательный запрет для мужчин и женщин на переодевание в одежду другого пола.
Нарушающих закон «каждый должен носить как минимум три предмета одежды своего пола», то есть, буч и дрэг-королев, во время облавы забирали в участок. Фем - обычно нет, если только они не занимались проституцией. Попасть в участок было кошмаром. Полицейские могли избить, могли изнасиловать, деньги же, до цента, отнимали неизбежно. Однажды Джесс и ее подругу избивают буквально до потери сознания и выкидывают их. окровавленных и бесчувственных, на улицу. В другой раз копы ее насилуют. И это не первое групповое изнасилование в ее жизни - еще в 15 лет ее изнасиловали одноклассники.
Собственно, Джесс неоднократно столкнулась с сексуальным насилием, еще до того, как получила какой-либо нормальный сексуальный опыт с фем. Может быть, поэтому она и стала "каменной буч"?..
"Каменные бучи" не позволяли своим партнершам прикасаться к их гениталиям, и Джесс стала именно такой:
"Я знала, что я тоже была каменной. Это как сигнализация без выключателя. Однажды установленные сирены срабатывают и ворота закрываются, даже если нарушительница - любящая."


Ужас? Но хуже всегда есть куда... В период тяжелейшего экономического кризиса, массовых сокращений и массовой безработицы 1974-75 годов лесбиянкам-буч, которых и раньше-то многие недолюбливали, найти работу стало совсем невозможно, а на пособии по безработице нельзя сидеть вечно. Да и агрессия по отношению к бучам возросла - на Джесс нападают на улице, разбивают ее байк, мужчины в бюро трудоустройства бросаются на нее с обвинениями "такие как ты отнимают наши рабочие места".
Некоторые бучи решают пойти на то, чтобы придать себе женственный облик, но не все могут настолько переступить через себя. Одна из подруг Джесс совершает самоубийство, другая сходит с ума. Джесс выбирает иной путь: она решает начать инъекции тестотерона, чтобы "проходить" как мужчина.
Когда-то Джесс познакомилась с другой буч по имени Рокко, которая уже давно пошла по этому пути:
"Джэн однажды сказала мне, что Рокко избивали столько раз, что никто и подсчитать не мог. Последний раз, когда копы избили ее, она чуть не умерла. Джэн слышала, что Рокко принимала гормоны и сделала операцию груди. Теперь она работала как мужчина в строительной бригаде. Джэн говорила, что Рокко была не единственной he-she, которая сделала это. Это была фантастическая история. Я верила только наполовину, но это не давало мне покоя. Как бы мучительно ни было быть he-she, я поражалась такой храбрости, которая требовалась, чтобы покинуть пол, который ты всегда знала, или чтобы жить так одиноко."
Как Джесс объясняет своей девушке Терезе: "Я должна что-то сделать. Я всю жизнь боролась, защищая то, кем я есть. Я устала. Я не знаю, как продолжать дальше. Это единственный способ, который я могу придумать, чтобы оставаться самой собой и выжить. Я просто не знаю другого способа."
Джесс обсуждает этот вариант с другой своей знакомой буч по имени Грант: "Я не чувствую себя мужчиной в ловушке женского тела. Я просто чувствую себя в ловушке."


Джесс: "Ты сможешь обратно стать буч, когда будет безопасно заявить о себе?"
Грант: "Почему ты думаешь, что это когда-нибудь снова будет безопасно? Возможно, всё кончено для таких, как мы. Возможно, мы застрянем навсегда."


Джесс и Грант приходят к врачу, чтобы получить тесторон.
Доктор Монро: "Думаю, вы пришли сюда из-за своего дисбаланса гормонов. Деньги принесли?"
Джесс и Грант достают кошельки.
Доктор Монро: "Полагаю, вы это хорошенько обдумали."
Врач показывает, как делать инъекции
"Вы делаете себе один укол раз в две недели. Вопросы есть?"
Джесс: "У меня есть вопросы. Например, сколько времени нужно, чтобы это подействовало и есть ли какие-то побочные эффекты?"
Доктор Монро: "Ну, сложно сказать."
Джесс: "Почему это?"
Доктор Монро: "Потому что это довольно-таки... экспериментально. У вас могут быть побочные эффекты: выпадение волос, набор веса, акне."
Джесс: "Это опасно?"
Доктор Монро: "Это всего лишь гормоны. Ваше тело вырабатывает гормоны естественным образом. Вы хотите этого или нет?"
Джесс кивает и берет рецепт.
Джесс: "Еще кое-что. Мне неужно направление на хирургию груди."
Доктор пишет на бумаге имя и номер телефона.
"Две тысячи долларов."


Любимая женщина Джесс, Тереза, не приняла этот выбор, сказав, что не собирается играть в гетеросексуальную парочку и скрывать то, кто она сама и кто Джесс. Тереза и Джесс расстаются, Джесс начинает инъекции, а затем делает операцию по уменьшению груди (это не радикальная мастэктомия, но жировая прослойка удаляется).
Мужской "пасс" действительно позволил Джесс (теперь - Джессу) найти работу. Люди на улице перестали смотреть волком. Открытием было, что можно спокойно флиртовать с женщинами в любом месте - раньше это было возможно для Джесс только в гей-барах. Можно пойти в мужскую парикмахерскую. Можно пойти в мужской туалет - конечно, если там есть закрытые кабинки (раньше Джесс пользовалась женским, но старалась избегать этого, так как часто сталкивалась с негативной реакцией из-за своего неопределенного внешнего вида). Но в то же время - постоянный страх разоблачения. Опасение встретить старых знакомых, которые могут выдать, даже случайно прогорившись. Невозможность рассказать о своей прежней жизни без лжи и умолчаний. И - полная безнадега в плане личной жизни. Для лесбиянок-фем Джесс-мужчина уже непривлекателен, да и негде их искать, тусовка практически развалилась. А с гетеросексуальными женщинами, конечно, сойтись практически невозможно.
Лишь однажды Джесс(у) удается заняться сексом с гетеросексуалкой Энни. Как? Благодаря темноте и дилдо. Но повторять этот трюк слишком опасно - рано или поздно Энни догадается, и тогда последствия могут быть ужасны.
Когда Джесс встречает Эдну, старую знакомую фем, то рассказывает ей о своей жизни так:
"Всю жизнь мне говорили, что с тем, какова я в качестве женщины, что-то сильно не так. Но если я мужчина, то я милый молодой человек."
"Я чувствую себя призраком, Эдна. Как будто меня похоронили заживо."
"Женщин, с которыми я могла бы идентифицироваться, никогда не было много. Но я чертовски уверена, что я и не чувствую себя парнем тоже. Я не знаю, кто я. Это сводит меня с ума."



Десять лет спустя Джесс решает прекратить инъекции тестостерона. Оказывается, выглядеть как мужчина и жить как мужчина - тоже не выход, и это тоже предательство себя.
"Кто я теперь - женщина или мужчина? На этот вопрос невозможно ответить, пока есть только эти два варианта; на него невозможно ответить, если его обязательно задавать."
"Я не жалею о решении принимать гормоны. Я бы недолго прожила, не имея "пасса". И хирургия была подарком себе, возвращением домой в свое тело. Но я хотела больше, чем просто существовать, чужаком, старающимся ни во что не вовлекаться."


Отказавшись от гормонов, Джесс переезжает в Нью-Йорк. Ее все еще воспринимают как мужчину, но внешний вид становится менее определенным. И снова - косые взгляды, агрессия, нападения...
Джесс знакомится со своей соседкой Рут - трансженщиной, прошедшей свой тяжелый путь. Сперва у них устанавливаются дружеские отношения, а затем и любовные.
Горькие слова, которые Джесс говорит Рут:
"Когда я росла, я верила, что буду делать что-то действительно важное со своей жизнью, например, исследовать вселенную или лечить болезни. Я никогда не думала, что проведу столько времени своей жизни, терзаясь вопросом, каким туалетом я могу воспользоваться."
Tags: 20 век, lambda, Америка, ЛГБТ, США, английский язык, бедность, впечатления от чтения, евреи, идентичность, изнасилование, история выживания, лесбийские отношения, лесбиянка, рабочий класс, расизм, русский язык, трансгендер
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments