Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Categories:

"Витающие в облаках" Кейт Аткинсон -- мои впечатления

Немногие знают, но я страстная обожательница Вальтера Скотта, и один из самых любимых романов -- "Эдинбургская темница". Дикие шотландские пейзажи, тайна рождения, бунты, безумие женщины, приключения на вересковых пустошах, две сестры: старшая скромная и серьёзная, а младшенькая свободолюбивая и весёлая, зовут её Эффи. И стоило мне открыть роман о Шотландии, где есть и тайна рождения, и вересковые пустоши с приключениями, и бунтарство, и безумие, и две сестры, а ещё каннабиноиды, собаки, лекции по английской литературе, забытые предки и сиамские коты-кровосмесители, плюс главную героиню зовут Эффи, -- оторваться уже не смогла. Правда, действие происходит не в Эдинбурге, а в Данди. Но много ли мы знаем книг, где действие происходит в Данди, городе Вильяма Топаза Макгонагалл, которого единодушно признали самым плохим поэтом Великобритании? Аткинсон, приняв от него эстафетную палочку, воспела свою альма матер с равной критичностью, но с несравненно большим мастерством.



Интересно, почему юность называют временем свободы, временем возможностей? По-моему, это время, когда наиболее остро переживается отсутствие этих самых возможностей и свободы. Писательница предусмотрительно указала, что описание факультета не совпадает с действительностью, а персонажи выдуманы целиком и полностью, но тем добилась обратного: эффект узнавания настолько острый, что слёзы наворачиваются от смешанных чувств -- ностальгии и мучительной досады за напрасно потраченные годы. Преподавательский состав, студенчество, тени прошлого, какие-то случайные люди, вторгающиеся в жизнь, как раскалённый нож в масло, -- все они водят вокруг злополучной Эффи шутовской хоровод, а она пытается то худо-бедно осмыслить происходящее, то принять, что никакого смысла в этом осмыслении нет и не будет. Несмотря на грозное 18+ на обложке, завидую белой завистью тем, кто успеет прочесть раньше восемнадцати...

— Это настоящее! — с жаром воскликнул Робин. — То, что сейчас происходит, очень важно!
— А я не знала, что буддисты интересуются политикой.
— Буддисты?
— Вчера ты был буддистом.
— Ну и что, а сегодня я, может, маоист. Ты ничего не знаешь.
С его последними словами я спорить не могла.
К нам через мешанину тел пробились Шуг и Боб.
— Анархия рулит, — лаконично заявил Шуг.
Боб держал кулёк из коричневой бумаги, доставал оттуда волшебные грибы и ел один за другим, словно леденцы. Он предложил кулек Робину.
— Вы — людишки без убеждений, верно ведь? — сказал Робин, отправляя в рот пригоршню псилоцибиновых грибов. — Ленивые гедонисты. Вас волнуют только собственные мелкие жизни.
— Его политизировали, — объяснила я Бобу и Шугу.
— Ух ты! — сказал Боб. — Больно было?
Рядом с Робином появилась Шерон.
— Прямое действие, — сказала она, лихорадочно тряся сосками, — это единственный способ что-либо изменить.
— Именно! — согласился Робин.
— Херня, — сказал Шуг (очень лаконично, подумала я).
— Когда придёт революция, вас и таких, как вы, поставят к стенке первыми! — прошипела Шерон.
Робеспьер, Сталин, Шерон — траектория развития политической мысли стала мне ясна. Шерон в полемическом задоре принялась разглагольствовать о том, как студенты будут править миром и как рабочие с местной часовой фабрики и хлебозавода возьмут на себя управление факультетом гуманитарных и общественных наук (кстати, вот это могло бы оказаться и к лучшему).
— А я думала, мы митингуем из-за Вьетнама... или из-за шахтёров... — удивилась я.
При виде моей тупости Робин вздохнул:
— Мы митингуем из-за всего!
— Из-за всего? Но это же очень много разного...
— Ты ничем не лучше своего парня, — обиженно сказал Робин.

Будьте осторожны с примечаниями! Они настолько увлекательно написаны, что могут оттянуть на себя внимание от основного текста. Не могла и предположить, что современный роман преподнесли читающей публике так бережно и заботливо, с сохранением стилистических особенностей оригинала, с комментариями, как в "Литпамятниках", с любовью к самомалейшим деталям... Впрочем, Аткинсон заслуживает такого подхода.
Tags: 20 век, 21 век, Великобритания, Шотландия, английский язык, бестселлер, взросление, роман, русский язык, черный юмор
Subscribe

  • Фрэнсис Харпер

    Фрэнсис Харпер (24 сентября 1825 — 22 февраля 1911) — афроамериканская аболиционистка, суфражистка, поэтесса и писательница. Родилась…

  • Люси Терри – первая афроамериканская поэтесса

    Люси Терри (ок. 1730 – 11 июля 1821) родилась в Африке и была похищена работорговцами в младенческом возрасте. Первые годы прожила в штате…

  • Winson Hudson "Mississippi Harmony: memoirs of a freedom fighter"

    Уинсон Хадсон, урожденная Гейтс (17 ноября 1916 – 1 мая 2004) – американская активистка борьбы за гражданские права. Родилась в городке…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments

  • Фрэнсис Харпер

    Фрэнсис Харпер (24 сентября 1825 — 22 февраля 1911) — афроамериканская аболиционистка, суфражистка, поэтесса и писательница. Родилась…

  • Люси Терри – первая афроамериканская поэтесса

    Люси Терри (ок. 1730 – 11 июля 1821) родилась в Африке и была похищена работорговцами в младенческом возрасте. Первые годы прожила в штате…

  • Winson Hudson "Mississippi Harmony: memoirs of a freedom fighter"

    Уинсон Хадсон, урожденная Гейтс (17 ноября 1916 – 1 мая 2004) – американская активистка борьбы за гражданские права. Родилась в городке…