?

Log in

No account? Create an account

fem_books


Книги, рекомендуемые феминистками


Previous Entry Share Flag Next Entry
"Жертвы моды"
кот
maiorova wrote in fem_books
В моей любимой серии издательства НЛО: "Библиотека журнала" "Теория моды" знатное пополнение -- Элисон Мэтьюз Дэйвид, "Жертвы моды. Опасная одежда прошлого и наших дней" [Alison Mattews David, Fashion Victims: The Dangers of Dress Past and Present]. Обыкновенно выражение "жертва моды" используется в ироническом ключе, с оттенком подтрунивания. Жертва моды -- это индивид, который до такой степени подчинил свою жизнь модным веяниям, что выглядит глупо, смешно или нелепо. Чаще всего пол "жертвы моды" -- женский. Я уже с восторгом цитировала по ссылке http://fem-books.livejournal.com/1446649.html парижского литератора Делора:

Если идёт дождь, женщина из Парижа раскроет зонтик - но только не парижанка, ведь хорошенькая женщина с зонтиком подобна красивой, но фальшиво звучащей рифме. Женщина из Парижа хочет заботиться о своём здоровье, парижанка - о формах. Одна - женщина, другая - поэт.



Это было бы смешно, когда бы не было так грустно. В эпоху моды на женственные "греческие наряды" была зафиксирована невиданная доселе смертность девушек и молодых женщин... от воспаления лёгких. Шифон в облипочку выполнял эстетическую функцию, но от холода и сквозняков не защищал, понятное дело, никак.

Выражение «байковое зло» кажется оксюмороном, но именно так звучал заголовок статьи, опубликованной в 1911 году в новозеландской газете. У современного читателя слово «байка» может вызывать самые теплые воспоминания о том, как уютно бывает закутаться в мягкую пижаму зябкой зимней ночью. Однако в начале XX века байка, новоизобретенная хлопковая имитация шерстяной фланели, вызывала страх и праведный гнев и в конце концов привела к принятию в Великобритании новых оградительных законов.

<…> Накануне Рождества журнал Spectator опубликовал письмо, озаглавленное «Воспламеняющаяся байка» 76. На Рождество среди представителей среднего и высшего классов было принято покупать одежду в пользу бедных. Чтобы подарки с благими намерениями не стали смертоносными дарами, автор письма просит своих читателей покупать определенную марку ткани — «Негорючую байку доктора Перкина» (Dr. Perkin’s Non-Flam), химически обработанную для придания ей огнестойкости.

Автор ссылается на «страшную опасность, которая угрожает ребенку, одетому в обычную ворсистую, уютную на вид и дешевую байку», ведь эта ткань «вспыхивает, как бумага», от малейшей искры. Поскольку негорючая байка была чуть дороже необработанной ткани, «ради экономии нескольких жалких пенсов никак не прекратится этот „холокост невинных“, ширящийся от недели к неделе по мере приближения зимы: уютная теплая одежка слишком часто оказывается саваном для бедной малютки». Год спустя городской коронер Ливерпуля предупреждал, что байка «липнет к плоти, и отделить ее не так легко, как обычную ткань, что вызывает больший шок и более обширные ожоги».

На примере байки будет показано, как текстиль, защищающий своего обладателя от холода, подвергал его опасности возгорания и становился причиной вестиментарных и правовых споров. Также он подстегнул научные инновации и разработку стандартизированных методов тестирования, направленных на защиту самых уязвимых граждан страны.

Шерстяная фланель была дорогостоящей тканью, поэтому была создана более дешевая имитация, стоившая в два раза меньше. Ей дали милое уменьшительное название — flannelette. Фланель хорошего качества была плотной, теплой и долговечной, но высокая стоимость делала ее недоступной для потребителя из рабочего класса.

Благодаря начесу с одной или двух сторон, на ощупь она напоминала фетр и помогала сохранить тепло тела. В мире без централизованного отопления фланель защищала организм от переохлаждения и, как считалось, исцеляла целый ряд недугов. Фланелевые «оздоровительные рубашки», или gilets de santé, а также подъюбники носили как нижнее белье, особенно эту одежду рекомендовали детям, пожилым людям, больным и слабым здоровьем.

<…> Слава фланели как оздоравливающей и целительной ткани обеспечила популярность и ее дешевому заменителю. <…> Байка была комфортной и дешевой, не давала усадку при стирке, в отличие от шерстяной фланели, которую старались чистить нечасто, отчего она приобретала неприятный запах.

<…> В 1910-х годах она почти заменила собой шерстяную фланель, и в медицинском журнале The Lancet писали, что «удобную и уютную» имитацию фланели носят и ценят все классы общества. Однако в отличие от шерстяной фланели — плотно сотканных волокон белка животного происхождения, — которая была действительно огнестойкой, ткани на основе растительного волокна, например, хлопка, легко воспламенялись, и байка не исключение.

Байка — это ткань полотняного переплетения, ворс на ней создается путем «кардования» или «вычесывания», то есть надрывания поверхностных нитей, в результате чего ткань «покрывается пушком из мельчайших волокон, напоминающим тонкий слой хлопковой ваты». Ворс, схожий с птичьим пухом или подпушью млекопитающих, придавал байке мягкость и сохранял тепло, но, если на него попадала искра, языки пламени мгновенно накрывали «всю поверхность пушистого слоя хлопка и распространялись с небывалой скоростью».

Описание фабрики по изготовлению байки свидетельствует о том, что это был один из немногих товаров, производители которого были защищены лучше, чем потребители: помещение, где производилось вычесывание ворса, было «подвергнуто огнезащитной обработке и, в качестве особой меры предосторожности, около каждого станка помещался пожарный рукав».

В статье The Lancet, посвященной ожогам, проблема считалась гендерно обусловленной. На основании анализа статистических данных авторы критически высказывались об одежде для девочек. В возрасте до трех лет смертность среди мальчиков резко возрастала, поскольку современники королевы Виктории и короля Эдуарда одевали младенцев в одинаковые платья вне зависимости от пола. Однако она снижалась, когда в возрасте около четырех лет мальчиков переодевали в мужскую одежду — бриджи, а затем и вовсе становилась статистической погрешностью.

В то же время девочки, носившие более свободную одежду, умирали вдвое чаще, чем мальчики, в возрасте от четырех до пяти лет и в восемь раз чаще в возрасте от пятнадцати до двадцати лет. Разительное несоответствие. Например, в период с 1906 по 1911 год от ожогов в возрасте от пяти до десяти лет погибли 389 мальчиков и 1427 девочек. Доктор Бренд отмечал, что девочек из рабочего класса укутывали в несколько слоев тонкой ткани:

«Девочкам приходится хуже всего. Прежде всего, на них надеты плотная нательная рубашка и громоздкая сорочка из байки. Ниже — байковые панталоны, закрепленные чем-то вроде корсета, часто на косточках. Затем два или три слоя присборенных или плиссированных подъюбников. <…> Поверх всего этого надевается объемистое платье, тоже часто собранное в складки, и передник. <…> Кажется, не существует более огнеопасного одеяния, чем это, состоящее из нескольких слоев непрочной ткани, разделенных воздухом. Загорись только краешек передника, и в мгновенье ока маленькая жертва охвачена огнем. С другой стороны, степень огнеопасности костюма для мальчиков, состоящего из полотняных бриджей и вязаной кофты или куртки, гораздо ниже».



То есть пожарные предупреждают, врачи тревожатся, всем мыслящим людям очевидно, что пышное платьице с фартучком гораздо более огнеопасно, чем костюмчик с бриджами. Но переодевают только мальчиков, а костюм девочки с каждым годом становится всё многослойнее, воздушнее... и гибельнее. Тут я подумала, что с самого первого класса не могу отделаться от мысли: женская одежда не просто нефункциональная, она опасная. Вы же помните советскую форму? Синие костюмы для мальчиков, конечно, глаз не радовали, но в них легко было и бегать, и прыгать, и даже драться. Зимой они давали достаточно тепла, а летом снял пиджак и ходи в рубашке. А рубашку можно было менять каждый день -- к вопросу о гигиене. Девочка же, с понедельника по пятницу вынужденная носить шерстяное платье, в тёплое время года прела, а в холодное мёрзла. Всё-таки мини-юбка не лучшее решение в мороз. Кстати, после эпической зимы 1986-1987 года ленинградским девочкам разрешили зимой носить брюки. Среагировали... слегка запоздало. Что же до нелепого фартука с крылышками, он не грел и не украшал, но снимать его не разрешалось. И если уж обсуждать эстетику: форма мальчиков не мялась -- в отличие от формы девочек. Лоснящиеся на заду плиссированные юбки приходилось гладить ежедневно. Плюс настирывание и подшивание манжет, воротничков. Вот такие "жертвы моды".

Другие отрывки из "Жертв моды": https://deti.mail.ru/family/deti-zhertvy-mody-opasnaya-odezhda-proshlogo/


  • 1
Спасибо, очень познавательно - и очень жутко! И да, особенно если вспомнить свое, родное - прямо мороз по коже, как вспомнила те платья, фартуки и манжеты. Сейчас кажется жутким нечеловеческим анахронизмом, а некоторое количество народу наверняка ностальгирует по "порядку" и "опрятному виду", эх.

У меня, например, мама очень за школьную форму и аргументирует так: одинаковая одежда скрадывает классовые различия. Грубо говоря, дочка миллионера и дочка ассенизатора в одинаковых платьицах. По мне, какое там скрадывает. Даже свой класс вспоминаю -- одна девочка чуть ли не в опорки обута, а у другой в ушах серёжки в половину средней зарплаты.

О реформировании женского костюма тогда писали многие врачи, Платтен, к примеру. Но, как я поняла, тогда был диктат моды и понадобилось много лет, чтобы мода стала гуманнее к женщинам и девочкам.

Вот все глумятся над грубой "конструктивистской" модой советских двадцатых, но она по крайней мере комфортная. В ней удобно двигаться, удобно работать.

Меня тоже удивляет, как широко распространено доминирование эстетического над всем остальным, когда речь заходит о девочках и молодых девушках. Причём и среди женщин тоже.

Как будто себя не хотят помнить в этом возрасте!

А ничего не изменилось.
Груды женских туфель на каблуках на площадках лестниц башен-близнецов. И ни одной пары мужских ботинок.
Стюардесс на авиалиниях продолжают упаковывать в каблуки и те же самые горючие колготки.

И не говорите, жутко смотреть на стюардесс на каблучищах - да и форма там, судя по всему, привет школьному платью, жуткие ограничивающие движения фасоны из явно дешевых (ну и горючих) материалов - и это для многочасовой работы на ногах в летящем самолете!

"Благодаря начесу с одной или двух сторон, на ощупь она напоминала фетр и помогала сохранить тепло тела. В мире без централизованного отопления фланель защищала организм от переохлаждения и, как считалось, исцеляла целый ряд недугов. Фланелевые «оздоровительные рубашки», или gilets de santé, а также подъюбники носили как нижнее белье, особенно эту одежду рекомендовали детям, пожилым людям, больным и слабым здоровьем".

Жорж Дантес в письмах благодарил барона Геккерна за то, что тот подарил ему нижнее белье из фланели, и тем буквально спас ему жизнь, так как Жорж очень боялся простудиться в знаменитом Петербургском климате, а фланель был ему не по карману. :))

Вот это дорогая ткань была -- офицер, и тот не мог себе позволить.

Вы же помните советскую форму?

Тут не могу не процитировать себя :)
Это из еще неопубликованной повести, написанной этом летом:

" Да тогда мальчики и девочки носили разную форму. И форма девочек была словно нарочно сделана так, чтобы им было неудобно двигаться. Я даже нашла выкройку и заказала себе такую форму в интернете, чтобы не нужно было объяснять портному зачем она мне понадобилась (вряд ли я могла бы объяснить). Надела и встала перед зеркалом. Попробовала присесть, подпрыгнуть, завязать шнурок не кроссовке. И снова ничего не поняла. Это платье словно нарочно выставляло меня смешной, неуклюжей, заставляло все время следить не задрался ли подол, не расстегнулся ли фартук"...

Re: Вы же помните советскую форму?

"Кроме этих расходов, был у нас еще постоянный расход на туфли и корсеты. Правда, институтки могли получать корсет от казны. Но "казенный" корсет был чрезвычайно неудобен, не говоря уже о том, что он был сшит не по фигуре. В него вставляли вместо китового уса металлические или деревянные пластинки, которые беспрестанно ломались и впивались в тело. Поносишь бывало такой корсет месяц-другой, и все тело оказывается в ссадинах и ранках. Нестерпимая боль заставляла институток умолять родных дать денег на покупку собственного корсета. Та, которой удавалось раздобыть денег, заказывала его у корсетницы, специально приезжавшей в институт снимать мерку. Носить же корсеты должны были все без исключения.
Что касается туфель, то мы тоже не могли обойтись одной казенной парой. На уроках танцев и балах, устраиваемых два раза в год в институте, наши "шлепанцы" падали с ног и вызывали насмешки.
-- Да вы, кажется, вместо носка пятку вперед вывернули, -- говорила учительница танцев, заметив какую-нибудь девочку в казенной обуви.
Эта острота обычно имела большой успех, и классная дама и воспитанницы каждый раз разражались смехом, а сконфуженная институтка не знала, куда от стыда глаза девать."

"осле прогулки меня как новенькую отправили к кастелянше, женщине, заведывающей гардеробом воспитанниц.
Мне выдали неуклюжее коричневое платье (коричневый цвет, "кофейный", отличал наш младший класс от других, отчего мы и получили прозвище "кофулек"), Платье было с большим круглым вырезом у шеи и с короткими рукавами. На голые руки надевались белые рукавчики, подвязанные тесемками под рукавами платья. На голую шею накидывали уродливую пелеринку. Кроме того, поверх платья надевался белый передник, который застегивался сзади булавками. Пелеринка, рукавчики и передник были из грубого холста, по праздникам они заменялись коленкоровыми. На ногах у воспитанниц были казенные грубые башмаки."

" Хотя утренняя молитва начиналась в семь часов утра, так что на наше одеванье полагался целый час, но этого времени едва хватало: институтки носили нелепую одежду, с которой почти никто не умудрялся справиться самостоятельно. Застегнуть платье сзади, заколоть булавками лиф передника, аккуратно подвязать рукавчики под рукава, заплести волосы в две тугие косички, подвесить их жгутами на затылке, пришпилить бант посредине -- на все это требовалась чужая помощь.
Во многих семьях девочки к десяти годам уже умели сами справляться со своей прической и одеваньем. Но, поступив в институт, они скоро отвыкали от этого. То же случилось и со мной. Дома я обходилась без всякой помощи, но теперь я то и дело обращалась то к одной, то к другой подруге с просьбой застегнуть сзади булавку, подержать тесемку рукавчика или приколоть на затылке бант." (с)

Еще пышные юбки были причиной частых падений женщин с лестниц - иногда с очень печальными результатами. Не видно же, куда ногу ставишь, особенно если в потемках.

А мужчины того времени сетовали на неудобные галстуки... Удивительная всё-таки штука жизнь.

Самое странное, что сейчас, когда всё таки сняли ножные кандалы, девчонок, бедолаг, продолжают одевать ужасно похоже. Утром провожаю сына до школы, и вижу коротки пышные юбки одноклассниц и совсем малявок и с тоской думаю: ну зачем? Ну почему не бриджи, не брючки, не более функциональные юбки наконец (а это я тебе, голуба, говорю как краевед, есть функциональные юбки, давеча я в такой перелезала через ограду Таврического сада!)? Нет, пышные и короткие, которые, миль пардон мой лукизм, ещё и сильно не красят малышек, у которых пропорции пока не взрослые. А уж как им в этом бегается-прыгается...

И что особенно досадно -- вроде бы есть выбор, но разные цвета, отделка... фасоны в основном на одну колодку.

(Deleted comment)
Никаких приятных воспоминаний о коричневой форме нет. Хорошо еще в мае нам разрешали перейти на "пионерскую" - белые рубашки и юбки, хоть не жарко было. А вот зимой - иди в рейтузах и потом прячься их снимай. И воротнички с манжетами... С синей формой стало повеселее, поскольку можно было блузки варьировать, но проблема с зимой осталалсь, тем более что в 13-14 лет рейтузы носить совсем не хочется. Впрочем, в посление два года я училась без формы - другая школа, да и время другое. И оказалось что форма таки да, спасает от вопроса: что надеть, потому что надевать как-то было нечего. я носила одну пару искренне потертых джинс или ту же школьную юбку.

  • 1