вдова кота вышла замуж за пса (svarti) wrote in fem_books,
вдова кота вышла замуж за пса
svarti
fem_books

Category:

Aimée Baker - The Saints of the Last Days

Васякина, говорят, агрессивная, не поэзия это, говорят. На Западе такие тексты мало кого удивили бы.

Aimée Baker received her MFA in fiction from Arizona State University. Currently, she lives in northern New York, where she is a visiting lecturer at the State University of New York, Plattsburgh, and serves as the fiction editor at Saranac Review. Her poetry, fiction, and creative nonfiction have been published in The Southern Review, The Massachusetts Review, Gulf Coast, Black Warrior Review, and others. She is at work on a collection of poetry and a collection of essays.
http://aimeebaker.com/

Оригинал: https://www.guernicamag.com/the-saints-of-the-last-days/
Перевод Елены Филипповой
TW: насилие над несовершеннолетними

Эйми Бейкер

Святые последних дней


Я прошу тебя, чтоб на исходе дня, пчелы слетались на мед ее дыхания

Покровительница девочек
(Энн Мари Барр, 8 лет, пропала 31 августа 1961 года, Тахома, штат Вашингтон)

Прошу, пусть она никогда не кончается, боже ты мой,
озаренная вспышками молний ночь. Пусть всегда
бьет по улицам черным как звериные шкурки

этот дождь. Пусть лежат эти девочки в тихих домах,
в темноте закрывают глаза
под потявкиванье собак, уплывают в сладчайшую

дрему. А убийцы кружат как слепые,
выискивая ягнят, тех, чьи маленькие тела под белеющими простынями
вскрыты в морге и до косточек обнажены,

бог весть как, но мы, женщины, связаны вместе
точно прутья, и прежде, чем нас спалят,
нитка белая, удерживающая нас прочно,

пропитается кровью. Сделай так, чтоб тела этих девочек
не оказались за чертой подоконника. Пусть лежат они
в теплых постелях, с одеялом, подоткнутым по краям,

натянутым до подбородка. Пусть как нитку
не вытащат их из спасительной темноты этих комнат,
пусть зацепится нитка за прутья, пусть будет крепкой эта красная нить.

Покровительница раненых
(Рита Джолли, 17 лет, пропала 29 июня 1973 года, Западный Линн, штат Орегон)

Я прошу тебя, чтоб на исходе дня, пчелы слетались на мед
ее дыхания. Чтобы сладость меда, приманивающая пчел
на закате дня, вытекала из полуоткрытых губ,

из единственной алой ранки, воскрешающей прошлое.
Вот и снова тот вечер, она идет
по тротуарам в щербинах и трещинах,

мимо темных газонов, заросших травой и колючим
чертополохом, ты ведь, господи, знаешь:
сердцам как всему живому нужны забота

и любовь, и покой, и твоя защита. Я прошу тебя, господи,
пусть этот странный гул, что доносится
из чернильной тьмы за ее спиной,

будет просто гудением роя пчел,
облепившего не высохшие кости, а кусты
белесых роз. Пусть то зло, что из тьмы надвигается с гулом,

когда, падая и спотыкаясь, она бежит по пустынной улице
к алой ленте заката, будет роем пчелиным, гудением проводов,
а не тем, что настигло ее в конце концов, как нам кажется.

Покровительница швей
(Викки Линн Холлар, 24 года, пропала 20 августа 1973 года, Юджин, штат Орегон)

Прощу тебя, пусть она будет из женщин, которые знают,
как выдернуть нитку, чтоб распустить строчку,
как спрямить подол, как вырезать лишний лоскут,

сохранив рисунок, пошли ей, господи, наперсток
с капелькой твоей крови , и пусть он упадет прямо к ее ногам -
тогда она будет знать,

что тот мрачный мужчина, идущий следом,
хочет ее убить, как убивал других, но твой подарок -
могущественный предмет,

он может исправить прошлое:
по черной вене шоссе она пройдет сквозь поток машин,
и платье пунцовое в красных потеках вновь станет чистым

и незапятнанным. Защелка на дверце ее машины
окажется прочной, болты не выпадут как гнилые зубы.
И утренний свет будет ее ласкать до самой старости.

Но если молитвы не смогут ее спасти, и точно минута в минуту
тот вечер разрежет нож, она возьмет иголку и сможет дыру заштопать:
а если не сможет – закроет глаза и заснет..

Покровительница пленниц
(Донна Гейл Мэнсон, 19 лет, пропала 12 марта 1974 года, Олимпия, штат Вашингтон)

Пусть этот волк свернется в тепле в логове на сухой лозе,
пусть как другие звери впадет он в зимнюю спячку,
а если проснется, пусть скроет дороги лесная тьма,

пусть знаки следы ее защитят, дожди сотрут ее запах.
Пусть вздрогнет она как от ледяного ветра,
когда он окажется рядом, пусть ее сердце сожмет аорту,

подсказывая, что вышел он на охоту и движется к цели.
Пусть будет готова, когда прольется волшебная музыка
и втечет в нее сквозь бледную кожу, преобразуя

обычную рыжую девушку в электрический разряд,
в ионы, звенящие в небе, в сверкающие дуги, отточенные как лунные серпы.
Дай, господи, ей немного своей небесной плоти,

чтоб известь негашеная не съела ее костей.
Пусть речь в ее рту станет разить как лезвие,
слова из ее уст, как яд болиголова, варящийся на плите.

Дай, боже, увидеть ей первого летнего мотылька
на темном стекле – скребет он лапками, загнутыми крючками,
трепещет усиками, сверкающими под фонарем как белая кость.

Покровительница жертв вероломства
(Джордженна Хоукинс, 18 лет, пропала 11 июня 1974 года, Сиэтл, штат Вашингтон)

Прошу тебя, господи, если она закричит в аллее,
пусть те кто услышат, пробудятся ото сна,
а не впадут еще глубже в сон. Пусть, если она

пойдет мимо рододендронов, склонивших до самой земли
тяжелые головы, рыжие как лесной пожар,
и встретит мужчину, сжимающего портфель – пусть ему не верит.

В убийствах он новичок, не знает, как по-испански сказать
«предатель» или же почему на его руках
эти шрамы, оставленные кислотой, и как они появились.

А она плывет над цветами, срывает астры, плетет венок,
надевает его как корону на каштановую головку,
эти длинные волосы – он так жаждет к ним прикоснуться.

Но прошу тебя, не дай ему, пусть он больше не стискивает ей грудь,
не выдавливает из легких весь воздух,
не ломает ей ребер цвета слоновой кости.

О мой боже, благослови сердца тех, кто так любил ее, кто чувствует,
как до сих пор, ее ловкие пальчики касаются их руки.
О мой боже, благослови эти горькие, горькие сердца.

Покровительница фруктовых садов
(Нэнси Уилкокс, 17 лет, пропала 2 октября 1974 года, Холладэй, штат Юта)

Прошу тебя, пусть этот сад пустой, уже без фруктов,
не прячет ее тело ни в траве, ни у ограды, ни среди ветвей,
ни под ногами меж кривых корней в земле садовой.

Обереги от лживых слов, от шепотка свистящего,
когда он гладит шейку ей, целует ушко,
лезет в гнездо пушистое меж сжатых ног.

Пусть поднимается она с земли, с распущенными волосами,
в которых запутались листья, с бледной кожей,
пропахшей мускусом гниющих фруктов.

Пусть на земле меж призрачных стволов, где он ей сотворил алтарь,
найдет она одежду, вытряхнет уснувших в складках насекомых,
оденется и выйдет в сумерки.

Пусть тело ее не рассыплется, не вытечет белесый костный мозг,
найдутся все кости – ключичные, берцовые, и лучевые,
и тазовые, чтоб весь собрать скелет, в грязи лежавший

так долго и так далеко от дома. Прошу тебя мой боже, пусть она
не помнит, как больно его рука сжимала ее шею,
как булькало в горле, как дергалось тело в трепещущей тишине.

Покровительница никогда не теряющих надежды
(Дебра Кент, 17 лет, пропала 8 ноября 1974 года, Баунтифул, штат Юта)

Прошу, пусть будет довольно света, чтоб осветить
темноту, пусть станут светиться пряди ее волос,
когда она подойдет к машине. Прошу,

пусть будет довольно света на этой парковке, вокруг
парковки, пусть это его остановит, не даст приблизиться,
не позволит войти в пространство, где крутятся вихрем

галактики. Пусть этот проклятый звездочет
ретируется в тень, не станет заламывать руки, тащить ее за ноги
при свете на продуваемой ветрами площадке,

выберет другое место. Благословляй ее всякий раз,
пусть она станет кем-то другим, наденет маску,
но никогда не столкнется с ним.

Знаешь, пока он охотится в ночи, наручники стягивают запястья
другой девушки, вся в царапинах и синяках
она схвачена тем же способом. Прошу тебя,

пусть наступит для них, обеих, утро нового дня.
Пусть они проснутся, выключат свет перед входом,
протрут матовые плафоны, вытряхнут насекомых, ничего не оставят.

Покровительница путешествующих в горах
(Джулия Каннингэм, 26 лет, пропала 15 марта 1975 года, Уэйл, штат Колорадо)

Прошу тебя, пусть этот снег ослепит его,
спрячет ее, укроет от его глаз,
когда она побежит из таверны к себе домой.

Пусть этот ветер сорвет удавку с шеи, мягкими хлопьями
прикроет ее след. Пусть обратится она
прядью мха, спрячется меж стволов.

Пусть будет что-то, прошу тебя, что-нибудь, что ее спасет
от человека на костылях, с губами,
застывшими в кривой улыбке. Пусть горный ветер

перенесет ее на другую сторону склона,
подальше от белых его манжет, от его рук, от черной его лопаты,
которой копает он, задыхаясь, ямы в ночной земле.

Но если он сможет ее найти, дай ей надежду, отзовись на ее молитвы.
Пусть обернется она диким зверьком, способным
пережить горный холод, и дыхание калеки,

обжигающим скарабеем ползущее по шее. Пусть она выгрызет
кожу с его костей. Дай ей единственной из убитых
кости убийцы закапывать вечно, хоронить его снова и снова.

Покровительница внезапно умерших
(Денис Линн Оливерсон, 24 года, пропала 6 апреля 1975 года, Гранд Джанкшн, штат Колорадо)

Пусть колеса ее велосипеда крутятся без остановки,
пусть цепь ее велосипеда пощелкивает как цикада,
пусть катится она весело по улицам городским.

Но дай ей услышать поезд, клацанье металла, вибрирующий дребезг
над головой, когда она проезжает под эстакадой
по темному виадуку на желтом велосипеде.

Пусть отсвет от спиц хотя бы добавит немного света
в подземном капкане, в котором она совсем одна.
Пусть только он не подходит к ней, не тянет ее за руку,

не бьет ее, не вцепляется с диким воплем
ей в волосы. Но если ему удастся схватить ее,
пусть ускользнет, превратится в каменный столб,

белый и тяжелый, с венами из магнетита –
серебряными прожилками на месте рваных ран.
Лишь бы не стала пленницей в логове, где ее холят,

где умащают тело и сладкий нектар льют в рот.
Лишь бы за время плена волосы не отросли до пола,
мешая побегу. Прошу тебя, благослови ее бунт.

Покровительница утопленных
(Динетт Кальвер, 12 лет, пропала 6 мая 1975 года, Покателло, штат Айдахо)

Прошу, когда воды сомкнутся над ней, пусть она
задержит дыханье. Пусть не заплачет и губ не разожмет,
и воздух из стынущих легких не выпустит серебряными пузырьками,

пытаясь сделать вдох. Пусть будет в той ванной хотя бы светло,
и лампы, мерцающие под потолком, напомнят ей танец змеи,
и пусть она не закроет глаза и смотрит из-под воды.

Не знает никто, что ее привело в гостиничный номер –
обычная девочка: красная клетчатая рубашка и синие джинсы.
Не знает никто, кто мог утопить эту девочку и почему.

Но дай ей подняться из этой белейшей купели,
стекает вода с ее кожи, струится по складочкам тела,
у ног превращается в устье, от пальцев отходит протоками и рукавами,

речной глубиной, где топят любовников, стискивая в объятьях.
И здесь, в этой ванной, в фарфоровом млечном свете,
пусть та глубина схватит его и стиснет, того, кто ее убил.

Пусть он упадет на ледяное дно. И хлынет свет на запрокинутое лицо.
И воздуха вдруг станет очень мало. И сердце забьется и замрет.
И будет вода как прозрачное стекло над его невидящими глазами.

Покровительница забытых
(Сьюзен Кертис, 15 лет, пропала 27 июня 1975 года, Прово, штат Юта)

Пусть, когда ее сердце забьется чаще
и на нежную кожу упадет слабый дрожащий
свет, она сможет выдержать

эти жаждущие губы, липкими поцелуями
скользящие по ее щеке, а вечернее платьице,
желтое, наполнится лунным светом, в каждой складочке,

твердым как броня, но никогда не запутается в ногах,
когда она вдруг сорвется с места и побежит.
Пусть работают ее мускулы, пусть стараются ее ноги,

пусть несут ее по пустому асфальтовому шоссе
марафонские полсотни миль, пусть ей хватит сил
от него оторваться и первой пересечь финишную черту.

Дай ей, господи, выжить, дай ей перелететь
пропасть, за спиной оставить и черную тень,
и знойную желтизну песков, и выматывающие

подъемы. Унеси ее подальше от этих мест,
пусть мужчина преследующий ее по пятам,
не свернет ей шею, никогда ее не догонит.

Покровительница мучениц
(Нэнси Бэрд, 23 года, пропала 4 июля 1975 года, Ист Лэйтон, штат Юта)

Пусть, когда он появится в этой глухомани на пустой заправке,
она будет вооружена мечом и взмахнет острым лезвием,
рассекая его тело, разбрызгивая его кровь.

Пусть наносит удар за ударом, пока он не подохнет.
Пусть сумеет убить, чтобы тем, другим
не пришлось засыпать, вспоминая, как он лизал их кожу,

лез им в рот, доводил до обморока,
пропитывал липким страхом сны, а свежий ветерок
по утрам, пробуждая их, превращался в лезвие ножа

перед их лицом. Пусть сумеет, поскольку в своих мечтах
он хватает за волосы, наматывает их на пальцы, резко дергает,
слушая с вожделеньем, как ломаются шеи.

Пусть сумеет, пусть не отступит, или мы встанем рядом,
и направим ее руку, и оплачем прошлое, и сожжем его на электрическом костре,
и развеем его прах, и освободимся от травмирующих воспоминаний.

Дай нам, господи, не знать, что такое страх, не бояться безлюдных улиц,
темных переулков, ночных станций. Пусть прикроет нас тьма
своим плащом. Пусть не станем мы мученицами.
Tags: 2015, США, английский язык, насилие, перевод, поэзия, феминизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments