Полина Жеребцова "Ослиная порода"
Несколько лет назад Полина Жеребцова поразила читателей своей документальной книгой "Муравей в стеклянной банке. Чеченские дневники 1994-2004 гг.", следом был один из лучших сборников рассказов за последнее время - "Тонкая серебристая нить". В этих двух книгах сплошь и рядом гремела война. "Ослиная порода" - тоже документальная проза, но о мирных днях в жизни Полины. Здесь сто одна история о ее детстве.
Полина Жеребцова словно вновь становится ребенком и говорит с нами легко и непринужденно, как умеют только дети: простодушно, даже наивно и иронично рассказывает о том, в каких ежовых рукавицах держала ее мама, воспитывая. Но на Кавказе это норма. Детей ее мама делила на три "породы": ангельская, "от чертей остатки" и ослиная. Ослиная - значит упрямая. Полина была такой - с характером. Всегда умела себя проявить, не давала маме расслабляться: то ковер подстрижет, то содержимое детского горшка разметает по всей комнате… А на завтра началась война. Детство кончилось.
Откровенный сборник получился. И симпатичный.
Отрывок из книги:
"А моей маме хотелось для всех детей во дворе хоть раз в неделю устроить настоящий праздник. Чтобы все дети почувствовали себя сытыми и окруженными заботой. Так появился "Веселый день". В этот день, который выпадал на субботу или воскресенье, моя мама пекла огромное количество разнообразных пирогов, пирожков и булок и раздавала ребятишкам. Запивали компотом, разлитым в бумажные стаканчики. Когда все наедались, шли в парк кататься на каруселях - моя мама платила мелкую денежку, чтобы каждый ребенок мог разок прокатиться. Потом она покупала нам леденцы и мороженое. - Вот это да! - шептались соседи. - Надо же, как чудит! Зачем она заботится о чужих детях?! А дворовые малыши бежали к моей маме, обнимали ее, называли "наша любимая тетя Лена". И я, признаться, сильно ревновала, отпихивала их руками и ногами, повизгивала: - Это моя мама! Не трогайте! - за что нередко получала подзатыльники. - Не ревнуй! Ибо ревность и зависть есть страшные грехи человеческие! - учила меня мама. Она строила всех детей парами, и мы, держась за руки, шли по улице. Прохожие думали, что идет группа из детского сада. Соседки, видя, что раз в неделю можно на целый день избавиться от своего ребенка, души в маме не чаяли и слово "спасибо" кричали из окон на разных языках".
Отсюда