Ольга Майорова (maiorova) wrote in fem_books,
Ольга Майорова
maiorova
fem_books

Categories:

Четверг - стихотворение. Форуг Фаррохзад

Оплакивание сада

Никому нет дела до цветов,
никому нет дела до рыбок,
никто не хочет поверить в то,
что сад погибает.
Что сердце сада давно иссохло от солнечного жара,
что разум сада давно угас
и не помнит свежести,
что помыслы сада –
о чем-то далеком и непонятном.
Жить в нашем доме тоскливо,
жить в нашем доме
в ожидании хоть какой-нибудь тучи и дождя –
скучно.
Отец говорит:
"Мне все надоело!
Довольно с меня!
Я уже отошел от дел".
И читает с утра до вечера в своей комнате
либо исторические хроники,
либо "Шахнаме".
Отец говорит:
"Будьте прокляты все эти рыбы и птицы!
Какое мне дело,
умрет этот сад или нет,
если завтра я сам умру!
Пенсии мне вполне хватает".
Мама – ее всю жизнь
преследуют призраки ада –
расстилает молитвенный коврик,
подозревает во всем
греховные помыслы
и думает, что трава желтеет
из-за нечистой силы.
Мама днями и ночами твердит молитвы,
и дует на цветы,
и дует на рыбок,
и дует на саму себя,
и все ожидает спасения свыше.
Брат говорит про наш сад: могила.
Он и не собирается забивать себе голову мятой травой
и вонючей рыбой,
которая разлагается в протухшей воде
и уменьшается
в численности.
Брат – он большой философ:
для брата исцелить этот сад
значит его уничтожить,
и поэтому он пьянствует,
и стучит кулаками о стены и двери,
и пытается быть
печальным и скорбным,
и несет свою тоску –
как паспорт, календарь, носовой платок или авторучку –
на улицу и базар,
и все же тоска его
не безмерна,
ибо каждый вечер она растворяется
в чаду кабака.
Но моя сестра – она так любит цветы!
И какое у нее доверчивое сердце!
Она и семейство рыбок
кормила когда-то,
она и душу отводила у цветов,
если получала нагоняи от мамы.
Теперь дом ее на другом краю города.
Дом, где весь интерьер – искусственный,
где плавают красные рыбки – искусственные,
где супружеское ложе – искусственное,
где под ветками яблони – искусственной –
она поет песни – искусственные,
а детей плодит – настоящих.
И всякий раз, когда сестра приходит, чтобы свидеться с нами,
она, выпачкав в саду подол,
непременно почистит его одеколоном.
И всякий раз, когда сестра приходит, чтобы свидеться с нами,
она беременна.
Жить в нашем доме тоскливо,
жить в нашем доме тоскливо.
Весь день
за этими стенами раздаются выстрелы
и взрывы снарядов.
Наши соседи не разводят в садах цветы,
они держат там пулеметы и мины;
наши соседи устраивают в облицованных бассейнах
пороховые склады
и укрывают их брезентом.
И дети с нашей улицы
набивают школьные сумки
не учебниками, а гранатами.
Голова идет кругом от жизни в нашем доме.
Мне страшно в этом бездушном времени.
Мне страшно из-за бессмыслицы всех этих игр
и дурного воплощения многих затей.
Я одинока, как тот ученик,
который помешался на геометрии.
И я думаю о нашем ветхом саде,
и думаю,
и думаю,
и думаю...
И сердце сада давно иссохло от солнечного жара,
и разум сада давно угас
и не помнит свежести...

Перевод В. Полещука
Tags: 20 век, Иран, поэзия, русский язык
Subscribe

  • Женщина в книжном магазине

    А вы любите библиотеки, книжные магазины, букинистические лавки? Образ книжницы, хранительницы литературных сокровищ широко распространён в…

  • Вера Гедройц

    Уважаемые читательницы, дудл сегодня видели? Всем рекомендую пост о биографии Веры Игнатьевны: https://fem-books.livejournal.com/1210822.html…

  • Марыля Вольская

    Марыля Вольская (13 марта 1873 — 25 июня 1930) — польская поэтесса и писательница из Львова. Писала под псевдонимом "Иво…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments