fem_books


Книги, рекомендуемые феминистками


"Царь велел тебя повесить"
кот
maiorova
Мне страстно хотелось прочитать эту книгу, в том числе и оттого, что в отзывах на неё попадались невероятные, космические перлы, невообразимые. "Типично литовское э-э, м-м-м, простодушие", например. Или вот интересная фраза:

Творчество Элтанг многие несправедливо, как представляется, именуют «женской прозой». Мне совершенно не по душе этот сексистский термин, тем более, что современная литература (и русская в том числе) знает множество примеров, когда писательницы выдают вполне себе мужской текст с истинно мужским умением обобщать и системно анализировать.
А. Аврутина



Складывалось совершенно чёткое ощущение, что рецензентов цинично разыграли в духе элтанговских персонажей, подсунув им разные романы... Из повторений пройденного -- Элтанг периодически сравнивают с Набоковым. Видимо, ассоциативный механизм так работает: действие происходит в Европе + герои с иностранными именами + хороший язык без двух подряд "что" и "который" = Набоков. Почему? Я бы скорее назвала, как ни странно это прозвучит, Бориса Житкова. Ведь в детстве не приходилось слышать вопросов, почему Христо из "Элчан-Кайя" -- грек, а механик Салерно -- итальянец. Почему русская девочка Зоя, моя землячка из деревни Токсово, стала в Португалии Зоэ? Чему тут удивляться, переименовали же пьяные моряки испанского матадора Хосе-Марию в "Машку"...

Что изменилось в "Царе" по сравнению с "Другими барабанами"? Во-первых, дали слово Зое, той самой женщине, которую Костас избрал для реализации своей программы "Прекрасная дама". У него много других дам, но вот нужна ещё и прекрасная. Чтобы недоступная, чтобы взоры непреклонны, чтобы зачарованный замок с драконами, все тридцать три удовольствия. Но когда незадачливый рыцарь получает от своей Донны замок по завещанию, через голову законной наследницы, а трупы драконов чернеют по углам, он понимает: что-то пошло категорически не так.

Если бы я "Царя" рецензировала, главной темой назвала бы несовпадение. Ожиданий с действительностью, если хотите. Мир Лены Элтанг -- это когда после привычного "раз-два-три-четыре" следует "десять", а далее в рифму звучит "царь велел тебя повесить". Хотя ещё минуту назад вы об этом царе и слыхом не слыхивали. Знаете, как дальше продолжается стишок?

А царица не дала
И повесила царя.


Никогда бы не подумала, хотя считалок слыхала великое множество. Вспоминается фильм "Миллионер из трущоб", где мальчик, выросший в ужасающей нищете, выигрывает огромную сумму в телешоу. Последний вопрос викторины, о чудо!, оказался по одной из немногих книг, этим мальчиком прочитанных. Один жалкий ключик был, а поди ж ты, открыл дверь к богатству и успеху. Бывают такие миллионеры из трущоб, а бывают и нищие из золотых чертогов. Как Костас. Не просто начитанный -- эрудированный, он любую ситуацию может истолковать хоть по Фрейду, хоть по Мерлину, хоть по девице Ленорман, к чему угодно припомнит подходящую цитату. У него в руках громадная связка ключей, но ни единый не подходит к замкам, в изобилии навешанным на двери. Даже на самые простецкие деревянные, уж молчу о золотых. Аудитория в аналогичном положении! Мы можем знать, что Габия представляет собой доброго домашнего духа из литовской мифологии. Но что это знание прибавит нам о Габии-героине, о её злополучной сестре, о нелепом треугольнике, который совестно освящать прилагательным "любовный"? Какая вообще любовность, какой очаг, кто здесь в принципе и кого любит? Сестра сестре пишет: Что ж, я пожелала бы тебе поправиться, если бы не была медицинским работником и не знала, что это пустые слова. Прощай, милая.

Зоэ пишет: Знаешь, с тех пор как мне трудно стало вставать с постели, я начала думать о своём теле по-другому.Collapse )

Весёлое детство "Весёлых картинок"
the_trikster

Издательство журнал Весёлые картинки (главный редактор Инна Антипенко) к 60-летнему юбилею издания подготовило сборник "Весёлое детство "Весёлых картинок" 

"Это была давняя мечта редакции - выпустить настоящую подарочную книгу, большого формата  с интересным дизайнерским решением и большим количеством иллюстраций,  посвященную истории "Весёлых картинок".

Первая книга — о периоде 50-60 гг.
И скоро выйдет вторая книга —  "ВЕСЕЛЫЕ КАРТИНКИ" - ПУТЕШЕСТВИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ" , о художниках , работавших в журнале в 70-80 е годы  прошлого века под руководством главного редактора Рубена Варшамова.


Read more...Collapse )

Рассказ Марины Урусовой
кот
maiorova
Из сборника "Рассказы для зануд-интеллектуалов" (1995)

Спатаданца

Испанец, баск, и молодой генерал, почти ровесники, прибыли на побережье Черного моря одновременно. Баск Луис Урбета был цирковой наездник. По дороге на гастроли он заглянул к друзьям. Генерал — пображничать с офицерами и фаворитами-спортсменами. Луис, воспитанник советского детского дома, сохранил черты и манеры пиренейского горца. Походка его была нетороплива и горделива, как у матадора. В Испании четыре баскские провинции: Бискайя, Гипускоа, Алава и Наварра. Во Франции три. Итого семь. Read more...Collapse )

Н.М. Карпушина "Любимые книги глазами математика"
кот в салатнике
lada_ladushka
Карпушина Наталья Михайловна
Любимые книги глазами математика. Занимательные задачи и познавательные истории для взрослых и детей
Издательство: Наука и жизнь
2011
2017 г. - 2-е издание, исправленное и дополненное



На страницах художественных книг нашли отражение многие математические идеи и понятия. Какие вопросы математики и почему затрагивали в своих произведениях известные писатели? Какие задачи приходилось решать героям Дж. Свифта, Л. Кэрролла, Ж. Верна, М. Рида, Дж. Лондона, А. Конан Дойла, А. Пушкина, Ф. Достоевского, А. Чехова? Успешно ли они справлялись с этими задачами? Насколько были правы в оценках и точны в расчетах сами авторы – люди, зачастую далекие от математики?

Помимо любопытных наблюдений, зарисовок и примеров в книге содержится более ста оригинальных занимательных задач на сюжеты, заимствованные из популярных литературных произведений. Часть задач и примеров была опубликована в журнале «Наука и жизнь» в 2008—2010 годах.

Книга адресована всем, кто любит математику и литературу, независимо от возраста.

Мексика: Сибил Бедфорд
кот
maiorova
Сибил Бедфорд [Sybille Bedford], урожденная фрайн Сибилла Алейда Эльза фон Шёнбек, появилась на свет в Шарлоттенбурге в 1911 году. Её отец, фрайгерр Максимилиан Йозеф фон Шёнбек, отставной военный, коллекционировал живопись и хорошее вино. Будучи католиком, он рассорился с семьёй, чтобы жениться вторым браком на Элизабет Бернардт, очень богатой девушке еврейского происхождения. Кстати, дочь Шёнбека от первого брака, Максимилиана по прозвищу Кэтси, в годы войны станет известна как сотрудница немецкой разведки и, по слухам, двойная агентка.




В 1918 году Элизабет развелась и уехала в Англию, оставив ему единственного ребёнка. Втроём со старухой няней отец и дочь поселились в потихоньку разваливающемся замке Фельдкирх. Жили они в двух комнатах: остальные не на что было отапливать. Днём хозяйничали, работали на огороде, заботились о курах, а вечером играли в карты и сумерничали. Коллекция антиквариата постепенно таяла, как и винный погреб, но та или иная драгоценная бутылочка то и дело появлялась на столе. На десятом году Сибилла не умела ни читать, ни писать, разговаривала только по-немецки и ни с кем, кроме папы да нянюшки, не общалась. И тут гром среди ясного неба, мать требует девочку к себе, хочет увидеться. Скрепя сердце, фрайгерр собрал Сибиллу в дальнюю дорогу – мать есть мать. Больше девочка не увидела отца: он тяжело заболел и умер. Элизабет Бернардт готова была содержать дочку, но воспитывать не собиралась. Она к тому времени вышла замуж вторично, за некоего Адольфо, итальянского студента-архитектора, много моложе её. Было не до взрослеющей дочери. И как поступает Бернардт? Отдаёт не говорящую по-английски девочку на попечение случайным знакомым, английской семейной паре, которая показалась более-менее порядочной. На содержание Сибиллы приходили крупные суммы, но никакого образования она не получила, была вроде приживалки. Английский выучила, тем не менее.

В конце двадцатых Сибилла наконец воссоединилась с матерью и отчимом во Франции, в курортном местечке Санари-сюр-Мер. По соседству жили Олдос и Мария Хаксли, которые подружились с девушкой и поддерживали её. А поддержка была нужна, ой как нужна. Из-за постоянных измен мужа Элизабет Бернардт пережила тяжёлый нервный срыв. Какой-то проходимец-доктор прописал морфий, она практически сразу пристрастилась и превратилась в наркоманку. Не спас положение и переезд в Италию. Адольфо вскоре ушёл, а падчерице подарил на прощание пишущую машинку:
– Если ты собираешься в этом жить дальше, хотя бы записывай.

Обязанности добывать ежедневную дозу теперь лежали на Сибил. Притоны и наркоторговцы стали частью её обихода: как на работу люди ходят, так она ходила покупать морфий для матери. Элизабет понемногу сходила с ума. В довершение всего Сибил написала статью в антигитлеровский журнал, и её банковские счета в Германии тут же были арестованы. Паспорт было не поменять. Попахивало депортацией, а с учётом еврейских корней – и концлагерем. Но тут Мария Хаксли нашла выход. Именно она дала мужу драгоценный совет, тот списался с неким морским офицером Терри Бедфордом, и офицер приехал, женился на Сибил и обеспечил ей британский паспорт. Хотя молодая жена взяла фамилию мужа, брак был лавандовый: Бедфорд являлся геем, его невеста – лесбиянкой. Но нацистам об этом знать было необязательно. После развода Сибил сохраняла фамилию бывшего мужа до конца жизни.

В 1940 году чета Хаксли вывезла будущую писательницу из Франции в Калифорнию, где она и провела военные годы. После войны Бедфорд год прожила в Мексике со своей возлюбленной Эстер Артур, Э. «Визита к дону Отавио», затем возвратилась в Европу, жила во Франции и в Италии, переживала бурный роман с Ивлин Гендель, впоследствии известной издательницей и писательницей. Гендель ради неё даже от мужа ушла. Собственно, ни о какой литературной славе Бедфорд не помышляла, занималась журналистикой, время от времени ведя рубрику «лучшие рестораны» или «винный гид». В вине и кухне она разбиралась досконально, сама великолепно готовила. Говорила: Всякая пища -- дар богов, всякая пища несёт в себе частичку чуда: куриное яйцо не в меньшей степени чудесно, чем трюфель. Первая её книга «Внезапный взгляд» [The Sudden View], позже переименованная издательством в «Визит к дону Отавио: Мексиканскую одиссею» [A Visit to Don Otavio: a Mexican Odyssey], содержит массу сведений о кулинарии и застольных обычаях Мексики. Однако этим, конечно, не исчерпывается.

Сталкиваясь с чуждым и во всяком случае непривычным укладом жизни, путешественник склонен впадать в одно из трёх С: сарказм, скепсис, сентиментальность. А Бедфорд не впадает. Всё ей в Мексике незнакомо, многое непонятно, иное не нравится – вино, вот например, бурда бурдой, а кое-какие вещи и откровенно пугают. Я бы посмотрела на тех башибузуков, которые не испугались бы. Случается, события вызывают в памяти ассоциации из прошлого, и эти ассоциации можно понять, только зная биографию писательницы. Не потому ли Бедфорд сострадает императору Максимилиану, правителю, прямо скажем, не наилучшему, что вспоминает другого Максимилиана – отца? Или: если бы у нацистов был мало-мальский художественный вкус и понимание, что такое империя, они подражали бы ацтекским зодчим, а не громоздили шпейеровщину... Без малейшего желания встать над Мексикой и свысока её пожалеть. Опять же, персонажи. Беспомощный добряк дон Отавио. Его старший брат-«бизнесмен» с кольтом в кармане. Нарядные невестки, практичность которых растёт из недалёкости. Соседи все эти невменяемые, одна немецкая гомеопатка, которую все уверенно считают ведьмой, чего стоит. Или американец, который советует всем покупать гробы. У Ивлина Во, допустим, из них получились бы кадавры, ничтожества ползучие, он бы их высмеял. Другой кто сделал бы трогательных старосветских помещиков в Новом Свете. А у Бедфорд — люди и люди. Ничего экзотического. На Озоне «Мексиканская одиссея» доступна за жалкие копейки. К слову.

Read more...Collapse )

Сибил Бедфорд умерла в Лондоне в 2006 году, девяноста четырёх лет от роду.

Мануэла Гретковская "На всемирной линии"
2015
elena_sophia
Гретковская выпустила новый роман: http://www.polityka.pl/tygodnikpolityka/kultura/ksiazki/1718238,1,recenzja-ksiazki-manuela-gretkowska-na-linii-swiata.read
Это либфем-писательница, которая попробовала основать Партию Женщин, но провалилась на выборах после того, как по совету мужа сфотографировалась голой для рекламы этой партии. Надо было, как мудрые женщины завещают, послушать, что скажет мужчина, и сделать наоборот.

Студентка психологии Наташа подрабатывает в эротическом видеочате. Программист Том из Силиконовой Долины предлагает ей заключить контракт и переехать в Калифорнию, "где создаётся будущее и часто случаются землетрясения" (из польской аннотации). И тогда начинаются всякие необъяснимые события.

Тут критик Богуслав Карпович сожалеет, что в 90-х МГ начинала как интересная постмодернистка, а потом стала писать попсу: "Агент" - один из её последних романов, оказался просто крепкой читабельной прозой, простой и приятной для чтения, но после "Метафизического кабаре" я ожидал от авторки чего-то большего".

"...часть романа, в которой описывается жизнь Наташи в посёлке Силиконовой Долины, я считаю лучшей. Наташа заботится об аутичном ребенке Тома, проявляя большое внимание, сочувствие и чувствительность. Она знакомится со своими ближайших соседями: французом Энцо, разумеется, айтишником, и его женой-латиноамериканкой Симоной, художницей. ...это довольно интересная, колоритная компания, совершенно не подозревающая о судорогах, которые за мгновение испытает мир".
"...турбулентность, в которой протекает новая реальность, не уступает по масштабу и событийной изобретательности книгам Станислава Лема или Филиппа Дика. Я подозреваю, что для читателей, которые избегают чтения фантастики, она может стать очень крепким орешком"
О недостатках книги:
"...у Наташи нет никаких, даже самых незначительных языковых проблем. Она без труда понимает всё и каждого в любой ситуации. Второй минус - авторка щедро одарила почти всех персонажей переизбытком интеллекта и красоты".

Есть неплохие цитаты:
"Мать говорила мне, что красота - оружие женщин. Кому-то мало быть красивой. Уродство - это настоящая сила".

(no subject)
быть начеку
mansikka01
Спасибо freya_victoria - я озадачилась историей "Русского Букера", Николаенко не первая женщина, которой его вручили.

Лауреатками становились:

в 2010 году - Елена Колядина с романом "Цветочный крест";

в 2009 году - Елена Чижова с романом "Время женщин";

в 2006 году - Ольга Славникова с романом "2017" (самое время почитать!);

в 2001 году - Людмила Улицкая с "Казусом Кукоцкого".

Четверг - стихотворение. Кристина Россетти
кот
maiorova
Базар гоблинов

Утром и вечером –
Гоблинов крик:
"Ягоды – фрукты, проглотишь язык!
А ну, налетай, а ну, покупай!
Райские яблочки, вишни (не клеваны!),
Вот шелковица черноголовая,
Персик румяный, клюква с болот,
Красной малиной набей себе рот.
Лимоны кислы, а вот мандарины,
Сладки и сочны неповторимо.
Арбузы и дыни,
Айва, ананас
В саду нашем разом поспели для вас:
Росные зори, не лето, а рай…
А ну, налетай, а ну, покупай!
Огни барбариса,
Крыжовник, смородина
Вызрели в нашем саду, в огороде ли.
Гранаты багровые,
Абрикосы медовые,
Финики, сливы,
Душистые груши –
Сладкое диво
Отведай, откушай!
Гроздь виноградная
Прямо с лозы –
Светятся ягоды чище слезы.
Глазу милы,
Тают во рту,
Не обойди красоту-вкусноту!
А ну, налетай, а ну, покупай!"

Что ни вечер,
В камышах у ручейка
Остужает свежий ветер
Жар девичьего ушка.
Две сестрицы, две подружки
Прижимаются друг к дружке.
Вытянуты губки –
Чуткие голубки,
Щеки пылают,
Дух замирает.
"Ляг поближе! – шепчет Лора, –
Верно, гоблины страшны?
Нам их фрукты не нужны:
Что там пьют кривые корни В их саду из глубины?Collapse )

Перевод Бориса Ривкина
Оригинал: https://www.poetryfoundation.org/poems/44996/goblin-market
Пост о поэтессе в сообществе: https://fem-books.livejournal.com/732905.html



Амелия Бауэрли (Бауэрле) [Amelia Bowerley (Bauerle)]. Очень удался авторке котообразный.

Другие иллюстрацииCollapse )

Наталия Гинзбург
freya_victoria

"Её героинями всегда были такие же сильные женщины, как она сама. И они, говорившие от первого лица, так или иначе являлись отражением ее собственных мыслей и ее жизни. Уже в 1990-м, за год до кончины, она сказала: «Если я и пытаюсь выдумывать какие-то истории, мне это не удается – моя собственная автобиография всегда подстерегает как волк из-за угла»."
Статья Ольги Левицкой


Книжные циклы -- о пользе и вреде
кот
maiorova
Осенью этого года вышла заключительная книга тетралогии А. Борисовой "Земля удаганок", "Небесный огонь". Я очень её ждала, купила одна из первых, и в итоге тянула и откладывала до последнего, вот только вчера дочитала. И, хоть закончилось всё хорошо (тм) и среди обломков последней битвы потихоньку строится новый мир, я осталась, с печалью вздыхая о мире старом и о павших в этой самой битве... будь она неладна. Есть у Борисовой такая сквозная героиня Модун, преподавательница военного дела, и она под занавес бросает одну фразу:
-- Я сам вырастила сына для цели, и он её достиг. Отчего же скорбь моя кажется мне больше неба?



И Модун права: одни действующие лица достигают цели и навсегда уходят, другие остаются жить долго и счастливо уже за рамками эпоса, но ощущение "кончен бал, погасли свечи" сильнее, когда заканчивается многотомник. Привыкаю, что ли, больше? Я не сторонница бесконечных сиквелов в стиле "новые встречи с полюбившимися персонажами" -- но, как видится, форма многосерийной саги чаще исчерпывает персонажей и сюжеты полностью, до конца, чем единственное произведение. В конце сериала чаще стоит точка, а не многоточие. Если, конечно, не планируется ещё один сериал.

Бывают ситуации, когда эта закономерность нарушается, а многотомная эпопея не доходит до финала: по причинам ли чисто литературного характера, по биографическим (сошёл же с ума Мервин Пик, не успев дописать четвёртый волюм своего "Горменгаста"), а то и сугубо по коммерческим соображениям. Приведу пример: в серии "Век дракона" наряду с кучей ерунды попалась совершенно потрясающая книжка Терезы Эджертон "Ожерелье королевы" [The Queen’s Necklace]. Заглавие наводит ассоциации с Дюма-отцом, но на самом деле там другой литературный бэкграунд: Остен, сёстры Бронте, Жорж Санд и особенно "Графиня Рудольштадт", возможно, Теккерей и Диккенс, масоны, иллюминаты, ослабление абсолютной монархии, женская эмансипация, протофеминизм и даже еврейский вопрос в исполнении гоблинов. Если бы искали не магический артефакт, а драгоценности короны, была бы очаровательная комедия плаща и шпаги из георгианской эпохи. Повествование обрывалось на полуслове, явно предусматривая том второй, а далее, чем шут не шутит, и третий, и четвёртый, я ринулась искать продолжение -- и что же? Издательство, недовольное ходом продаж, сочло нецелесообразным продолжать серию. Меня это раздосадовало до крайности. Добро бы сама Эджертон потеряла интерес к "Ожерелью" и ударилась, скажем, в космооперу -- такой исход я поняла бы и приняла. Но вторжение рынка превратило полноценное произведение (или первую часть полноценного произведения, не суть важно) в какой-то обрубок, есть начало, нет конца. И не будет, что характерно. Если другое издательство не заинтересуется. Как же я теперь узнаю, что там у гоблинов?

?

Log in

No account? Create an account